Ксения Вавилова – Мериамос 1. Золотая Лисица (страница 5)
Ботинки заскользили по влажной земле, когда она скатилась в овраг. Ноги тут же уперлись в чью-то руку. Едва сдержав вскрик, она задержала дыхание. По долгу службы девушка видела достаточно мертвых тел, раздевала, мыла, вскрывала, проводила анализы, зашивала, но сейчас необходимость ступать по тому, что еще недавно было живым человеком, вызывала рвотные позывы.
В первую очередь маскировка. Пока её спасает лишь то, что наемников было много, и в лицо они друг друга не знают. А её собственное лицо – огромный заплывший синяк. Стараясь не думать о том, что делает, Лисара стянула куртку с трупа, затем жетон и плоскую кепу.
Военный приказал убрать следы их присутствия, словно никто не заметит, что они вытоптали целую поляну. Собирая в мешок остатки еды, Лисара осматривала дома.
В доме Дария имеется подвал. Лисара всем сердцем надеялась, что он с семьей успели спрятаться там. Тот подвал строился в каменном фундаменте и имел воздуховоды – небольшие окошки, через которые кошки заходили в гости. Отличное место, чтобы переждать пожар.
После непродолжительных поисков подходящий дом был найден. От некогда большого особняка остались черные от копоти стены. Крыша завалилась внутрь, межэтажные перекрытия торчали из каменной стены обгоревшими пеньками. Вокруг дома колосилась высокая крапива – единственное, что не вытоптали наемники. Медленно, стараясь не стонать от боли в горле и спине, Лисара обошла дом и нашла воздуховод по запаху. Запаху выгребной ямы.
Натянув рукава на запястья, раздвинула заросли крапивы. Окошко действительно имелось, и даже чуть больше, чем в доме Дария. Из темноты послышался лязг цепей.
Коней нападающие растеряли, значит, пойдут пешком. Колонна растянется, и Лисара схоронится в лесу, а после вернется к дому.
Пожалев, что не собрала ничего толкового: несколько крупных кусков хлеба, бутылки, в которых что-то плещется, куски ткани и обломок ножа, – просунула мешок в дыру и осторожно опустила, надеясь, что бутылки не побьются.
– Я скоро вернусь за тобой, – шепнула она и как можно скорее отступила.
Наемники собрались уходить. Гору трупов присыпали землей и ветками. К ночи на запах разложения сбегутся падальщики.
Военный к этому моменту построил наемников, пересчитал и приказал выдвигаться. Уставшие и голодные мужчины, с ворчанием двинулись следом за военным. Тот наемник, что не участвовал в нападении, пристроился в конце. Неприятно.
Следующая мысль была достойна бесстрашия Ниобы или смелости Зара: можно пойти с ними и найти нанимателя.
Вышагивая за наемниками, Лисара присмотрелась к военному, что шел впереди. Зачем было похищать Тишину, чтобы после запереть ее так близко к Дарию, который будет носом землю рыть в поисках дочери? Выкуп? Информация? Тогда почему в лагере никто не остался? Зачем устраивать нападение и пожар? В овраге осталась лежать куча народу, это ведь улика. Взрыв, что едва ее не убил, – кто его устроил? Папа? Кто-то из нападающих?
Что, демоны вас раздери, тут происходит?!
«В любом случае Радим начнет поиски и заглянет на пепелище, – успокаивала себя Лисара. – Он папу и освободит. А я немного прогуляюсь».
Глава 4. Лисара Кайт
Одно время Лисара фантазировала, что возьмет отпуск и отправится в пеший поход. Из столицы на Север! Вот это будет достижение. Ночевать в лесах, а когда надоест, можно оплатить гостиницу или напроситься к местным. Дойти до излучины реки Резы и сплавиться на плоту. Переход занял бы чуть больше двух недель.
Чтобы отказаться от этой идеи, достаточно всего одного изматывающего похода.
К ночи наемники достигли деревень вблизи Астры. Всего один дневной переход лишил сил и желания когда-либо двигаться. Мышцы на спине, плечах и бедрах задубели, каждый шаг стал пыткой, а когда появлялась возможность отдохнуть, казалось, Лисара уже не поднимется. Счастье, что сейчас не лето. Комары и оводы обглодали бы их за считанные минуты.
Страдала не она одна. Во время переходов разговаривать было некогда, зато, полежав пару минут, некоторые принимались сетовать на заказ.
– Вам хорошо заплатят, – отозвался военный. Он и не заметил дневного перехода, разве что рубашка промокла от пота.
– Никто не предупреждал, что магистр распылит себя и всех, кто окажется рядом.
После войны, когда многое из случившегося было предано огласке, стало ясно, как немногочисленным магистрам удалось удержать оборону. Кто-то сдавался в плен, другие намеренно забредали глубоко в тыл вражеских лагерей. Высвобождение всей энергии разом при определенных обстоятельствах может вызвать взрыв чудовищной мощности.
«Папа не сделал бы этого, – убежденно произнесла она про себя, зажмуриваясь. – В подвале сидел Дарий с семьей, он не стал бы подвергать их опасности».
Запасы, что она собрала в лагере, быстро истощились, едва хватило до города. От усталости Лисара была не в состоянии рассматривать разросшийся шахтерский город. Пепел в воздухе скреб пересохшее горло. Ноги месили непрекращающуюся грязь, хотя дождей давно не было. Каменные дома зажимали кривые улочки в тиски, наполненные запахом испражнений. На окраине в притоне болезненно худой мужчина с тонкими серыми волосами произвел расчет.
Держа в руках зарплату за полгода, Лисара пыталась понять: много это или мало за магистра? За такого, как она, много, даже слишком. За такого, как папа, пожалуй, маловато, хотя тут, наверное, вопрос в другом. Во сколько эти люди оценивают свою жизнь.
После оплаты военный и худой бухгалтер разошлись. Лисара отдала предпочтение второму: раз у него деньги, то, возможно, он важнее военного, которого так же могли нанять. Проследить за ним не составило труда.
Улочки Астры узкие, кривые, с резкими подъемами и спусками, обледенелые, несмотря на весну, холодные и грязные. Затеряться здесь – раз плюнуть, и пришлось сократить дистанцию, отчасти чтобы не потерять худого из виду, отчасти чтобы не заблудиться самой.
Каменный лабиринт – идеальное место для засады. Когда из очередного поворота выскочили наемники, это стало неприятным сюрпризом.
– О! Малец, давно не виделись, – первый появился из-за каменной стены, пропустив перед этим тощего бухгалтера.
– Сложно, должно быть, бродить по городу с таким тяжелым карманом, – еще один возник за спиной. – Мы можем помочь.
– Спасибо, не стоит, – пятясь к стене, с трудом прохрипела Лисара, судорожно осматриваясь.
Оказавшись зажатой в узком проулке, она понадеялась, что сваленные у стены коробки не слишком гнилые.
– В каком отряде ты был? Что-то я не помню тебя на сборах, – щурясь, спросил один из них.
– Кто командовал твоей группой? – подступил со спины второй.
Рванув к коробкам, она вскрикнула, когда пришлось запрыгнуть на них, а оттуда на крышу. Забросив ногу, она втянула себя наверх. Наемникам достался ботинок. Забравшись повыше, она затаилась, наблюдая за ними. Ругаясь, они выбросили ботинок в канаву и ушли подкарауливать другого наемника в кабаке. Несмотря на холод черепицы, спускаться Лисара не торопилась. Обувь, конечно, жалко, промокнет, но лучше так, чем спрыгнуть и попасть в руки кого-то более терпеливого.
Пока лежала, было время подумать. Чуть позже в чавкающем ботинке Лисара пришла на вокзал. Поезда возили из Астры уголь и железо для заводов. Дальше Астры путей нет, а отсюда можно уехать только в Квач. Если бухгалтер не местный, он будет на вокзале.
Купив билет на ближайший поезд, Лисара потолкалась среди ожидающих. Астра занимает первое место среди респираторных заболеваний, поэтому не стоит удивляться, что каждый второй кашляет. Глядя на нестройные ряды труб, которые, словно забор, охватывали город, Лисара вспоминала рассказы Дария о черном снеге и хлопьях пепла, падающих с неба.
Среди ожидающих она обнаружила несколько знакомых лиц – наемников. Любопытно, мистер Мэнсон и начальник Руда уже уехали или отсыпаются в гостинице? Последнее вызвало в душе такую бурю эмоций, что при попытке их выразить заболело лицо.
Бухгалтер нашелся в привокзальной столовой. В костюме государственного служащего, котелке и очках, он пил чай и читал газеты, словно и не выплатил целой шайке убийц плату за поджог и похищение. Приближаться к нему Лисара не стала. Хотелось есть, но даже воду пить было больно. Щипая мягкую булочку, она запивала ее молоком, наблюдая за бухгалтером издалека.
Радим, должно быть, уже прочесывает пепелище. Освободил Дария с семьей из подвала. Они нашли папу в оставленной деревне. Наверно, они все ужасно переживают из-за ее пропажи. Почувствовав укол вины, она отправилась на почту и срочной доставкой отправила домой письмо. Пусть не переживают, она в порядке, в ближайшие дни вернется. Зато как они обрадуются, когда Лисара привезет им столь ценные сведения!
Едва поезд тронулся, как в вагонах потушили свет. Ночной поезд увозил рабочих домой, делая частые остановки на станциях и в деревнях. Уснуть не давали боль в спине и пульсирующее лицо. Краем глаза она наблюдала за бухгалтером, который спал, держа чемоданчик на коленях. Остановки и свет на станциях будили его, и, всякий раз просыпаясь, он прижимал к себе чемоданчик. Сидя у прохода, отделенная от него четырьмя рядами сидений Лисара не сводила с мужчины глаз.
В Кваче, едва выйдя из поезда, она поспешила за бухгалтером, опасаясь потерять его в толпе. Площадь освещалась из рук вон плохо, нет ничего странного в том, что Квач лидирует в списке небезопасных городов. Толпа напирала. Подобравшись поближе, Лисара вцепилась в кожаный бок чемодана и, рванув, резко отвернулась, сунув его под куртку.