Керриган Берн – Дьявол в ее постели (страница 30)

– Вы заботитесь – не я! – отрезала Франческа. – Для меня все решено. Победа или смерть. Или вы со мной, или убирайтесь с дороги!

Сесилия отшатнулась, словно ее ударили; то же сделала и Александра.

Франческа ощутила мгновенный укол совести, но просить прощения не стала. Просто не могла разлепить губы. Злые слезы обожгли ей глаза, пришлось отвернуться.

На плечо мягко, не угрожающе легла рука Александры.

– Ты пережила немыслимое, – начала герцогиня. – Пройдя через такое, нельзя остаться прежней. Такое испытание может сломать тебя, разрушить навеки; но если ты выдержишь – станешь закаленной и твердой как сталь. Быть может, живым оружием. Это важно, Фрэнк, но…

– Я решилась, – оборвала ее Франческа. – И поделилась с вами своим планом не для того, чтобы вы меня отговаривали. Я рассказала вам об этом по тем же причинам, почему вы просите рассказать ему. На случай…

– Если тебя убьют? – всплеснула руками Сесилия.

– Я не дам себя убить.

– Этого ты не знаешь. Что, если они узнают правду? Что, если уже знают? Может быть, ты идешь прямиком в капкан!

– А может быть, они готовы впустить к себе в логово собственную смерть. Впрочем, приятно слышать, что вы обе в меня верите.

Александра успокаивающе подняла руку.

– Мы не говорим, что не доверяем твоим навыкам!

– Но ты не должна идти одна! – подхватила Сесилия.

– Что, если с тобой поедем мы? – предложила герцогиня. – Кровавый Совет уже обхаживал и Редмейна, и Рамзи…

– Но вас не приглашали, – ответила Франческа. – Это будет подозрительно.

– А если послать с тобой охрану? – предложила Сесилия.

– Не нужно.

– Но ведь ты нас охраняла!

– Это другое.

– И в чем разница, интересно? – фыркнула Александра.

– Вы не знали, откуда ждать удара. А я знаю, чего опасаться. У моего врага есть лицо. Имя. Понятный мотив.

Это неправда, но… ложью больше, ложью меньше.

– Ты понятия не имеешь об их мотивах! О том, чего они от тебя хотят. Что знают о тебе.

– Вот это я и намерена выяснить, и, если вы меня любите, не пытайтесь остановить! – Развернувшись на каблуках, Франческа помчалась прочь со двора, к высокой арке с давно раскрошившимся сводом.

Две женщины, обожающие свою упрямую подругу, молча следили, как она вскакивает в седло, пришпоривает лошадь и мчится в сторону холмов.

Александра глубоко вздохнула, успокаиваясь.

– Господи, она и в пустой комнате способна затеять спор!

Сесилия с озабоченным лицом повернулась к ней.

– Может быть, мы должны… что-то сделать? Кому-нибудь рассказать?

– Она нас проклянет, – мрачно заметила Александра.

– Пусть сердится, лишь бы осталась жива!

Александра подумала с минуту и вдруг сказала.

– А ведь особняк лорда Кенуэя граничит с территорией Школы для юных леди, принадлежавшей мисс Генриетте, да?

Мгновенно догадавшись, о чем речь, Сесилия подхватила ее заразительную улыбку.

– Так и есть!

– Что ж, пусть Франческа думает, что отправляется в берлогу льва в одиночку. Мы за ней не пойдем, но будем рядом. Обеспечим прочный тыл.

Приняв такое решение, оставшиеся Рыжие проказницы направились к замку.

Им предстояли кое-какие секретные приготовления.

Глава 15

Сперва Франческа заметила повязку на глазах у дворецкого, и лишь затем его полную наготу.

Она застыла на пороге, охваченная изумлением.

– Я…

В этот миг она совершенно забыла, зачем пришла. Да что там – собственное имя позабыла!

– Добро пожаловать, графиня. Прошу вас.

Величественно, как типичный дворецкий из хорошего дома, он распахнул перед Франческой дверь и широким жестом пригласил ее внутрь, в особняк Кенуэя.

Франческа судорожно сглотнула и, подобрав край длинной алой мантии, переступила порог.

Трудно сказать, что смущало ее сильнее: повязка на глазах у дворецкого, то, что этот полноватый, хоть и атлетически сложенный мужчина не первой молодости встретил ее совершенно голым, собственный наряд цвета крови дьявола или изящная, расписанная вручную фарфоровая маска в виде лисьей морды.

Франческа переступила порог и замерла, впитывая изобилие диковинок вокруг себя. Путешествуя по ночному Лондону согласно указаниям в приглашении, она не представляла, чего ожидать. Другие гости, направлявшиеся туда же, по дороге ей не встретились. Ясно было только одно – впереди ее ждет далеко не обычный вечерний прием: для такого уже поздновато.

Быть может, ночной маскарад?

На пригласительной открытке над картой с изображением маршрута стояло лишь одно слово, выведенное изящным каллиграфическим почерком: «СЛУЖЕНИЕ».

По прибытии мужчина в черном плаще впустил ее в ворота и провел в шатер, затянутый темной материей. Здесь, на жутковатого вида манекене, Франческа нашла приготовленный для нее костюм. Переоделась в импровизированной гардеробной, оставила здесь собственную одежду и вышла в сияющей багрово-алой мантии с длинным шлейфом. Голову покрывал алый капюшон, под ним сверкал венец с драгоценными камнями, которым гордилась бы и королева Елизавета; все вместе создавало идеальное обрамление для лисьей маски.

Идя к особняку по широкой пустой аллее, в шелковой мантии на голое тело и в маске, Франческа чувствовала себя на редкость глупо. Девчонкой она, наверное, пришла бы в восторг; но женщина почти тридцати лет от роду не могла и вообразить, что последует за предложением надеть маску лисы. Не могла или, скорее, не хотела. Но полоска света, падающая из приоткрытых дверей особняка, звала ее вперед, словно пресловутый свет в конце тоннеля.

Что ждет впереди? Чего страшиться? На что надеяться?

– Миледи, – раздался у плеча вежливый голос дворецкого, – добро пожаловать! Баркли и Смит подадут вам аперитив и все, что пожелаете.

У Франчески пересохло в горле. Баркли и Смит были, как видно, двое стражей, охранявшие вход в бальный зал. И на них не было ничего, кроме повязок на глазах; однако они были явно моложе дворецкого и в куда лучшей физической форме.

Пожалуй, к утру у нее шея заболит от усилий не смотреть вниз.

Подальше от Баркли и Смита, в зале, виднелись еще несколько фигур в таких же багровых мантиях, как у нее. Газовые лампы не горели, и гостей освещал лишь тусклый свет свечей.

Гости казались привидениями. Призраками в багровых тонах, что бесшумно скользили по темному паркету в развевающихся алых одеяниях, словно сгустки крови, озаренные луной.

Живописная картина… только уж очень пугающая.

– Вы не объявите о моем приходе? – повернулась она к дворецкому.

Тот покачал головой.

– Женщина вашего положения в представлениях не нуждается. – Дворецкий склонился в глубоком поклоне, а затем снова сделал пригласительный жест. – Наслаждайтесь, миледи, и позвольте мне первому сказать, что мы счастливы вновь видеть в Совете отпрыска рода Кавендиш.

Кровь в жилах Франчески похолодела, словно обратилась в лед, все тело покрылось гусиной кожей.

Не в силах ответить благодарностью, она лишь наклонила голову и поспешно отвела глаза, когда дворецкий поспешил прочь, открыв ее взору такой волосатый зад, к какому она определенно не была готова.

Приблизившись к сводчатым дверям, Франческа обнаружила, что Баркли и Смит здесь не единственные… лакеи?.. – выполняющие свои обязанности в таком наряде. Точнее, без наряда вовсе.