Кассандра Клэр – Терновая цепь (страница 158)
Полперро – очаровательная рыбацкая деревушка на юге Корнуолла, а каменный коттедж, послуживший прообразом дома Малкольма, стоит на мысу, который образует естественную гавань.
Персидское любовное стихотворение, которое Алистер читает Томасу, взято из книги поэта XIII века Шамса Кайси Рази, который цитирует эти строки как принадлежащие другому поэту, Натанзи.
Смерть одна разлучит меня с тобою
Апрель 1904 года
Теплый солнечный день был бы идеальным для церемонии, подумала Корделия. Но весна совсем недавно пришла в Лондон, и на улице, как это и полагалось в столице в это время года, было сыро и пасмурно. Она шла по дорожкам Хайгейтского кладбища, осторожно отодвигая низко висевшие ветки, и размышляла о той ночи, когда в последний раз была здесь. Почти год назад. Она последовала за Джеймсом в серое царство и нанесла Велиалу первую рану. Несмотря на спокойствие и тишину, царившие на кладбище в это утро, она невольно содрогнулась.
Когда Корделия вышла на поляну, в центре которой находилась статуя ангела, служившая входом в Безмолвный город, в облаках образовался просвет, и луч солнца позолотил кроны деревьев. На ветках уже появились зеленые почки, предвестники настоящей весны и цветения. Корделии показалось, что каменный меч ангела светится. Она прочла про себя слова, вырезанные на клинке: «
– Никто, – негромко произнесла Корделия. – Никто не может уподобиться Богу.
Статуя ангела отъехала в сторону, открылся вход в Безмолвный город. Девушка начала спускаться по лестнице. Звук ее шагов разносился по темному каменному коридору. Она вытащила колдовской огонь, и тусклый белый свет озарил ступени.
В Безмолвном городе, как и наверху, на кладбище, было спокойно и тихо, как будто сюда никогда не вторгались враги, как будто армия жутких Стражей не наводняла его коридоры. Корделия знала, что потомки будут читать об этом эпизоде в пыльных книгах, но он не покажется им ни выдающимся, ни особенно страшным. Всего лишь небольшая глава в долгой кровавой истории народа Сумеречных охотников.
Люси хотела провести церемонию в каком-нибудь другом месте, имевшем для нее символическое значение. У нее было множество идей: Маунт-стрит Гарденс, Риджентс-парк, середина Тауэрского моста. Но Брат Захария вежливо заметил, что всем, включая Люси и Корделию, будет полезно вернуться к традициям, а Брат Иеремия менее вежливо напомнил ей, что Закон есть Закон и люди не могут просто взять и проводить церемонии парабатаев, где им вздумается.
Корделия знала, почему Люси против Безмолвного города. Ее терзали тревога и страх. Она боялась, что Велиал даже после смерти может каким-то образом напомнить о себе. Корделия уже несколько недель уговаривала ее не волноваться, повторяла, что будет рядом каждую минуту.
Возможно, Люси имела основания для беспокойства. Корделия не могла этого знать. В принципе, любой Сумеречный охотник имел право присутствовать на церемонии, и она немного волновалась насчет зрителей. Джеймс рассказывал ей, что, когда они с Мэтью давали друг другу клятвы верности, пришел чуть ли не весь лондонский Анклав. Как сказал Джеймс, большинство зевак просто хотели посмотреть, как его, сына чародейки, охватит пламя в тот момент, когда он будет произносить священные слова.
Джеймс и Алистер должны были выступать в роли свидетелей Люси и Корделии. Девушка подозревала, что они намекнули Анклаву, что присутствие посторонних нежелательно. К ее удивлению, люди прислушались к этой просьбе. Когда Корделия приблизилась к массивным дверям, ведущим в зал для церемоний, – Город Костей освещали яркие факелы – никакой толпы в коридоре не было.
Джеймс и Алистер пришли раньше, чтобы получить инструкции от Брата Захарии. На церемонии также должны были присутствовать Сона, Джесс, Уилл и Тесса. Корделия могла бы пойти с ними, но ей хотелось проделать этот путь в одиночестве. Она считала его частью церемонии. Сегодня утром девушка проснулась в ожидании чуда, чего-то нового, удивительного – пожалуй, почти так же она чувствовала себя накануне свадьбы. Правда, тогда она была уверена, что, несмотря на церемонию и торжественные клятвы, серьезные изменения в ее жизни будут временными.
Это событие было не менее серьезным, но теперь Корделия знала, что это навсегда. И она хотела подойти к нему самостоятельно – не в качестве супруги Джеймса или сестры Алистера, не в качестве невестки Уилла и Тессы или друга кого-либо из Анклава. Она хотела прийти сюда как Корделия, свободная от каких бы то ни было земных привязанностей и уз, готовая предложить свою душу Люси.
Но когда она вошла в огромный зал, облицованный пестрым мрамором, на полу которого еще виднелись черные круги, оставшиеся от предыдущих церемоний, Люси там не было.
В зале царил полумрак. В красивых золотых светильниках, укрепленных на стенах, горели свечи, на полу лежали узорчатые тени.
У одной стены собрались родственники Корделии. Сона, державшая на руках младшего сына, с гордостью улыбнулась, когда дочь вошла в зал. Рядом с ней стояла тетя Нилуфар, которая махала пальцем перед носом у Алистера и, как показалось Корделии, сурово его отчитывала. Алистер кивал, но сестра поняла, что он не слушает. Он встретился взглядом с Корделией и подмигнул ей, что усилило недовольство Нилуфар.
У противоположной стены стояли Тесса и Джеймс. Муж послал Корделии воздушный поцелуй. В центре зала Джем и Уилл беседовали о чем-то; заметив Корделию, Безмолвный Брат поднял голову и кивнул. В зале присутствовали еще несколько Братьев; Брат Седрах помахивал кадилом, распространявшим сладкий, пряный аромат, а остальные застыли у стен, сложив руки.
Джем, в отличие от прочих Безмолвных Братьев, откинул с головы капюшон. Зная его, Корделия подумала, что он, вероятно, сделал это, чтобы успокоить присутствующих. В последние месяцы Сумеречные охотники Лондона нервничали при виде Безмолвных Братьев с капюшонами, опущенными на лицо. Он сказал что-то Уиллу, потом отвернулся и беззвучно направился к ней.
«Рад видеть тебя, кузина, – произнес голос Джема в ее голове. Белая прядь, выделявшаяся среди черных волос, блестела в свете свечей. – Но Люси… я чувствую, с ней что-то не так. Она вошла под эту арку, там есть ниша. Может быть, если ты поговоришь с ней…»
Корделия ощутила приступ паники. А что, если Люси не сможет заставить себя пройти через это? Она оглядела родственников, но на них с Джемом как будто бы никто не смотрел.
«Мы с Алистером и Джеймсом еще раз пройдемся по их обязанностям, – сказал Джем. – Хочу убедиться в том, что они действительно готовы».
– Спасибо, – прошептала Корделия и постаралась удалиться как можно незаметнее.
Пройдя под аркой, она очутилась в небольшой круглой комнате с очень высоким потолком. Казалось, они стояли на дне глубокого колодца. Люси застыла, прислонившись спиной к каменной стене; Джесс что-то терпеливо повторял ей на ухо, а она качала головой. Он смотрел на будущую невесту с любовью, но, когда он обернулся, услышав шаги Корделии, девушка заметила на лице Джесса выражение облегчения.
– Маргаритка пришла, – сказал он и поцеловал Люси в лоб. – Поговори с ней, хорошо? Она все поймет. Даже если ты скажешь, что не хочешь участвовать в церемонии. – Он на мгновение встретился взглядом с Корделией; она поняла, что Джесс напряжен, встревожен, но говорил он спокойно и ласково. – Она все равно поймет, Люс.
Люси неразборчиво пробормотала несколько слов. Джесс вышел из комнаты, по пути грустно улыбнувшись Корделии.
В помещении-колодце остались только Люси и Корделия. Люси была очень бледна; она прижалась к стене, как зверек, загнанный в угол. Девушка попыталась улыбнуться, но ничего не получилось.
– Только взгляни на себя, – прошептала она.
– Только взгляни на
– Я знаю, – мягко произнесла Люси, подняла голову и взглянула на Корделию. Как всегда, Корделия поразилась странному контрасту между ее нежным девичьим личиком, огромными синими глазами Эрондейлов и темной силой, которой она обладала; ничто в облике Люси не вызывало ассоциаций с призраками, смертью и беспокойными духами. – И о том, что я больше не связана с Велиалом, тоже знаю. Но я так волновалась… а вдруг что-то пойдет не так…
– Я думаю, все будет в порядке, – возразила Корделия. – Но если мы не попробуем, то никогда не узнаем наверняка, правда?
Люси едва заметно улыбнулась.
– Нет… не узнаем. Наверное, ты права. – Она покачала головой. – Мне
– Куда ты пойдешь, туда и я пойду[70], – сказала Корделия. Она протянула руку, и Люси взяла ее.
Церемония началась сразу же после того, как они вернулись в зал, как будто Братья ждали только их появления. Корделии и Алистеру было велено стать на особые плиты на полу, на расстоянии нескольких ярдов друг от друга, лицом к Брату Захарии. Люси и Джеймс остановились напротив. Корделия заметила, что Тесса и Уилл радостно улыбались и держались за руки. Они буквально светились от счастья. А в следующее мгновение посередине зала, прямо под центром купола, вспыхнули два бело-золотых кольца, и все люди, находившиеся за их пределами, исчезли среди теней.