Иван Прощеряков – Таргын. Первое испытание (страница 7)

— Смотри… видишь среднее озеро? Остальные спокойные, а на этом будто ветер.

Он пожал плечами:

— Ну и что? Вихрь какой-то… воду баламутит.

— А почему на остальных нет? Понимаешь… оно волшебное. Оно сейчас позовёт нас к себе. Поднимется столбом — и мы сами пойдём, не понимая зачем… Если сейчас не уйдём!

Я говорил, а сердце билось так, будто слышало что-то, чего не слышал Мишка. Озеро манило, звало тихо и настойчиво.

И мне казалось — ещё шаг, и мы узнаем тайну, которая жила здесь задолго до людей.

Глава 12

Озеро начало раскручиваться.

Я схватил Мишку за руку и потащил его прочь. Он упирался, будто прирос к камню, смотрел на воду, как заворожённый. Видно, озеро обладало какой-то странной силой.

Я тянул его изо всех сил, пока озёра не скрылись за скалами. Только тогда он словно очнулся.

— Что это было?.. — тихо спросил Мишка. — Ты знаешь, меня как будто кто-то звал из озера… просил помощи. Если бы я был один, я бы пошёл туда. А что это было?

— А то, что люди там пропадают, — ответил я. — Кто подойдёт близко — озеро затянет, и всё… человека нет. Пора домой. До темноты не управимся.

— Мистика какая-то… Мы же ничего не делали… зачем мы ему? Да, Вить, если бы не ты…

— Ты не рассуждай, а ноги переставляй! — перебил я. — И так задержались. Солнце видишь — уже к закату. После обеда сюда поднялись, часа два потеряли. Сейчас по времени три, а по солнцу — почти шесть. Так что шевели булками!

Спустились мы быстро. А вот подъём давался тяжело — ноги гудели от усталости. Хорошо, посохи помогали. До Золотых ворот добрались, когда солнце уже наполовину скрылось за горами и быстро уходило вниз.

Домой пришли в темноте.

В горах ночь падает сразу: ещё полчаса небо светлое, а потом — только звёзды. Огромные, яркие, будто рукой достанешь.

Но до лирики нам было мало дела. От родителей мы получили по полной. Они уже собирались идти нас искать, а мы сами явились.

Мама хотела меня за уши оттаскать, но отец остановил:

— Ладно тебе, мать. Он и так всё понял.

Мишке тоже досталось. Ему строго сказали, что без родителей больше ни шагу в дальние походы.

Потом я спросил его:

— Жалеешь, что сходили на Сибины?

Он покачал головой:

— Ни капли. Если бы можно — ещё бы пошёл.

Но больше сходить нам не удалось.

И каждый раз, вспоминая тот день, я видел перед глазами озеро — тихое, гладкое… и тот медленно вращающийся столб воды, который будто ждал нас.

Глава 13

Отец съездил в город, сдал золотой камень и получил за него хорошие деньги. Долго потом спорили с матерью, на что их тратить.

Отец хотел выкупить дом.

Мама была против:

— Ты сегодня здесь живёшь, а завтра опять рванёшь куда-нибудь. Дом бросать придётся. А так нас никто не гонит — живём, пока живётся.

Потом, крутясь перед зеркалом в новом платье, сказала:

— Вот корову бы купить… хоть молоко своё будет.

Сестрёнка тоже вертелась рядом, примеряя обнову. Только мне до обнов было всё равно.

— Корову? А кто за ней ходить будет? — вмешался я. — Отец на работе, мы в школе, ты дома одна с сестрёнкой. Я против!

— Ты смотри, хозяин выискался, — отрезала мама. — Придёшь из школы — будешь кормить, поить. Отец сена привезёт. Убирать будем все.

Отец попытался возразить, но мама и его остановила:

— Ты бы молчал. Не сильно устаёшь. Зато молочко своё будет, сметанка.

Так и решили: корову брать.

За ужином родители решили пригласить соседей в субботу — ближе познакомиться.

После ужина отец достал гармонь, провёл по клавишам.

— Отсырела немного… звук не тот. Пусть на солнышке постоит. Мать, завтра в тень поставь, пусть просохнет. С соседом поговорю сам.

Корову ещё не купили, а сено отец уже привёз. Выгрузили во дворе у сарая — заняли полдвора. Мишка, наблюдая за разгрузкой, спросил:

— Что, корову решили брать? У нас тоже была… да ухаживать некому. Я маленький был, брат отказался, сказал — молока и у соседей взять можно.

— Да и нам она не очень нужна, — сказал я. — Мама настаивает. Когда на мельнице жили, у нас корова была, свиньи, даже бык. Но тогда отец дома работал, корм был. А тут? Мне кормить, поить, воды ведёр пять натаскать… пасти кто будет? Морока одна.

— Да попал ты… — посочувствовал Мишка.

— Время покажет. Слушай, поговори со своими — пусть мать мою отговорят. Вы же без коровы живёте.

Потом добавил:

— Завтра покажешь мне посёлок. А то сколько живём, дальше двора не выходил, кроме как за хлебом.

— Ладно, — согласился он. — Только не рано. Дай хоть раз поспать по-человечески.

— По-человечески — это как? Ты что, по-свински спишь или как летучая мышь вверх ногами?

— Брось… Я хочу поспать до одиннадцати, двенадцати. А ты поднимаешь в семь. Скоро школа начнётся — тогда не поспишь.

Он был прав. Я и забыл, что до школы осталось совсем мало.

Мы поднялись выше по склону, чтобы весь посёлок был виден как на ладони. Мишка показывал, будто по карте.

Видны были дома — большие и маленькие, люди на улицах, спортсмены на стадионе. Он показал школу — на другом конце посёлка, тоже у самого края. За ней начинался склон горы, ещё круче нашего, с травой и кустами, но местами выступали голые скалы. Вершина упиралась в небо, и облака цеплялись за неё.

Посёлок стоял в ущелье. Вверху оно было узкое, а к низу расширялось. Самый широкий его участок приходился на центр — будто горы расступились, чтобы дать место людям. Там были правление, где работали родители Мишки, клуб, где показывали кино и пели в хоре, магазин, где мы познакомились со шпаной, и дальше — дома, дома, дома… до самой дороги, где ущелье снова сужалось, образуя те самые «врата рая».

Речка отделяла наши дома от посёлка. Сверху она казалась тонкой серебряной ниткой.

Мы стояли молча, глядя вниз. Посёлок жил своей жизнью — дым из труб, лай собак, звон ведёр у колодцев. А мы чувствовали себя взрослыми, будто открыли новую страну.

И мне вдруг подумалось: сколько ещё тайн скрывают эти горы, озёра и старые шахты… и сколько историй нам ещё предстоит прожить в этом Таргыне.

Глава 14

Ещё Мишка рассказал, что за поворотом ущелья есть пасека. Там живёт дед-пасечник — маленький, с огромной бородой, похожий на лешего. Даже летом ходит в тулупе. Пасека большая, стоит в сосновом бору, ульев — не счесть.

Интересно, что лес растёт только на одном берегу речки, а другой — скалистый, голый, ни одного дерева.

Я предложил сходить на пасеку. Мишка согласился, но позже:

— Через неделю. Сейчас мать не отпустит, ещё после Сибинов не отошла. А пока давай поднимемся на гору, где дорога идёт. Интересно, что там, за перевалом.