Ирина Градова – Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (страница 370)
– Но мы же не вызывали никаких экспертов! – резонно возразила Галина. – Нельзя же было тело отца Досифея оставлять там валяться – его надо похоронить по православному обряду…
– Вас совсем не интересует, кто его убил?
– Так доктор же и убил…
– Вы вообще помните наш разговор?
Галина упрямо поджала губы и опустила глаза, с интересом разглядывая носки своих стоптанных туфель.
– Проводите меня в трапезную! – подавив вздох, потребовала Алла, и Галина молча подчинилась. По пути ее нагнал Антон.
– Алла Гурьевна, что творится-то? – сказал он, пристраиваясь к ее быстрому шагу. – Кто-то грохнул Досифея!
– Да, дела, – пробормотала Алла, не снижая темпа. – Вот не думала, что такое может произойти!
– Что делать будем?
– Отыщите Константина и Марфу – в любом случае, эти двое знают больше, чем остальные. Если не найдете – пулей ко мне!
– А как насчет Князева? – задал вопрос опер, во время разговора стоявший в сторонке и слышавший весь разговор. – Думаете, он…
– Вы же знаете нашего доктора! – перебила коллегу Алла. – У него особый дар вляпываться в истории… Кстати, надо найти Артема: надеюсь, с ним ничего не случилось!
– Хорошо, я поищу, – пообещал Шеин и удалился.
Осматривая тело, Алла сделала, что смогла – сфотографировала его с разных ракурсов, уделяя особое внимание ране на голове покойного, которая, судя по всему, и стала причиной гибели. Видимо, Досифея ударили тяжелым предметом, который преступник предусмотрительно унес с собой. Алла и без эксперта могла сказать, что убийство носило спонтанный характер и, вполне вероятно, таинственный гость Досифея не имел намерения лишать его жизни. Она составила словесное описание того, что увидела, а потом вернулась в ризницу и все там осмотрела, делая снимки. Алла уже отправила одного из спецназовцев к шоссе, чтобы он там попытался поймать сигнал сотовой связи и вызвал экспертов, но она побаивалась, что прихожане уничтожат большую часть улик до их прибытия. Она оставила нескольких спецов рядом с телом, а остальных отправила проследить за тем, чтобы никто не покидал территорию общины: убийцей мог оказаться любой. Константин казался самым вероятным кандидатом на эту роль, однако Алла не могла взять в толк, зачем ему могло понадобиться убивать Досифея, ведь они повязаны друг с другом, словно Кастор и Поллукс![46] Марфа? Возможно. Она баба мощная, вполне могла огреть «батюшку» камушком или еще чем-нибудь увесистым… В принципе, и любой другой мог совершить подобное, ведь никто не знает, кому насолил Досифей за время, что возглавлял общину – Алла полностью исключила лишь отца и сына Князевых. И все же ее мучил вопрос: что делал Мономах на месте преступления? У нее не было оснований не верить Галине, однако она не видела, как он входил в ризницу, и никто не заметил его ухода. Алле с трудом верилось, что Мономах, узрев Досифея на полу комнаты, решил трусливо сбежать – чего ему бояться? Но куда же он пропал, если Галина практически сразу вернулась с подмогой? И как тот, кто на самом деле убил Досифея, умудрился проскользнуть мимо Галины? В любом случае, необходимо точно выяснить время смерти: только тогда можно предполагать, у кого имелась возможность совершить убийство, а также проверить алиби остальных!
Заметив на красивой резной тумбочке позади рабочего стола Досифея пятно размером примерно двадцать на тридцать сантиметров, не покрытое пылью, она спросила у Галины, которая тенью следовала за ней, словно боясь, что женщина из СК ненароком нарушит неприкосновенность вотчины покойного главы общины:
– Галина, вы, случайно, не помните, что стояло на этом месте? – и указала на пятно.
– Отец Досифей не позволял мне у него прибираться! – принялась оправдываться женщина. – Я бы ни за что не позволила, чтобы все здесь так пылью заросло!
– Значит, вы сюда не заходили?
– Почему же, заходила, но лишь в присутствии отца Досифея – ключ от ризницы был только у него. А на этом месте… Если не ошибаюсь, тут стоял мощевик.
– Что стояло?
– Ну, ковчег для хранения мощей… Ларец такой, одним словом.
Странное, однако, орудие преступления! Впрочем, если принять во внимание спонтанность его совершения…
– Алла Гурьевна, можно вас на пару слов? – обратился к ней вошедший в ризницу спецназовец.
– Да, конечно… Вадим, – она наморщила лоб, вспоминая его имя: они уже общались по пути сюда. – Что-то нашли?
– Вот, взгляните, – он протянул ей странную штуку, похожую на дикобраза: из нее торчали длинные металлические штыри.
– Это что? – поинтересовалась она, растерянно разглядывая неизвестный предмет.
– Глушилка, – ответил спец. – Точнее – «Терминатор 250».
– Глушилка… сотовой связи? – догадалась Алла: так вот почему в общине и в окрестностях не берет мобильник!
– На самом деле, не только сотовой. Эта штуковина подавляет любую беспроводную связь в двенадцати диапазонах, блокируя сотовую связь, вайфай и блютус, радиочастоты, Интернет, ГЛОНАСС и джи-пи-эс.
– Просто прекрасно! А какова дальность его действия?
– Двести – двести пятьдесят метров. Думаю, здесь таких должно быть много, нужно только как следует поискать.
– Поищете?
– Конечно, Алла Гурьевна, прямо сейчас и займусь!
А Алла решила начать опрос возможных свидетелей: кто-то мог видеть убийцу.
– Ну и что мы будем с ним делать? – спросил Александр, глядя на экран маленького телевизора. Они видели часть допросной с зарешеченным окном и человека, сидящего на одном из двух стульев. В какой-то момент он поднял глаза и словно бы встретился взглядом с наблюдающими за ним операми.
– Допросим, – ответил Дамир, тоже не отрывая глаз от экрана и пытаясь уловить во внешности и поведении подозреваемого признаки беспокойства. Таковых не наблюдалось, и это казалось странным: почему Кривощекин так уверен, что выйдет сухим из воды? Ахметов знал, что Сурковой стоило немалых трудов убедить начальство в необходимости задержания заместителя начальника УМВД по Красносельскому району – все-таки чин, потому и спрос, в случае неудачи, будет троекратным!
– Но что мы ему предъявим? – не унимался Белкин.
– Найдется, что, а к тому времени, может статься, Суркова что-нибудь принесет на хвосте из общины!
С этими словами он вышел, жестом приглашая молодого опера следовать за собой.
Роман Кривощекин оказался невысоким, дородным человеком с густой седеющей шевелюрой и двойным подбородком, указывающим на то, что в последние годы ему нечасто приходилось работать «на земле» – все больше в кабинете, с бумажками да с телефоном.
– На каком основании меня задержали? – тут же кинулся в атаку Кривощекин. – Вы хоть представляете, с кем связались?
– А как же, – кивнул Дамир, – очень даже представляем!
Белкина восхищала способность старшего коллеги сохранять невозмутимость Будды в самых напряженных обстоятельствах: лицо Ахметова оставалось непроницаемым, какие бы чувства ни бушевали в его душе.
– Ну, тогда вы должны понимать, каковы будут последствия! – хмыкнул Кривощекин, которого тоже слегка смутило спокойствие собеседника.
– Вы владелец вот этого автомобиля? – задал вопрос Дамир, выкладывая на стол два снимка злополучного внедорожника – так, чтобы были видны номера.
– Да, – ответил допрашиваемый. – И что с того?
– Когда у вас конфисковали это транспортное средство в качестве вещественного доказательства, то должны были сообщить, по какому делу оно проходит.
– Мне сказали, что по делу об убийстве, но мне ни о чем таком не известно!
– Тогда я ставлю вас в известность, что при помощи вашей машины убили Олега Князева.
– Кого-кого?
– Олега Князева, – повторил Дамир, – служащего в Московском патриархате.
– Священника? Да вы с ума сошли – с чего бы мне убивать священника?!
– То есть любого другого убить вы бы смогли?
– Не надо ловить меня на слове, я вовсе не это имел в виду! Я хотел сказать, что у меня нет причин убивать ни его, ни кого-либо другого, ведь я, как и вы, защитник закона!
– А как вы объясните тот факт, что на вашей машине обнаружены повреждения, доказывающие, что она побывала в аварии?
– Но я действительно пережил аварию – к счастью, без последствий для здоровья! Пришлось отогнать авто в ремонт – что тут такого? Почему это доказывает, что я кого-то там убил?
– Вы отдали машину своему хорошему знакомому, не оформив никаких документов.
– А вы что, сами никогда так не делали? Ну да, я хотел дать ему заработать, только и всего!
– Когда, говорите, вы попали в аварию, и где это произошло?
– Около двух недель назад на Выборгском шоссе. Вам место показать?
– Разумеется. А еще назвать точную дату случившегося.
– Но я уже не помню!
– Неужели? – недоверчиво поднял бровь Дамир. – Вы серьезно покалечили машину, но не помните, где и когда именно это произошло? Позвольте вам не поверить!
– Да верь ты во что хочешь… капитан, да? В нашем деле главное не то, что случилось, а то, что можно доказать. Пока что я не вижу никаких доказательств моей вины хоть в чем-то! Я, конечно, постараюсь и припомню всю информацию, которая вам нужна – все, чтобы помочь коллегам!
– И я это ценю, – по-прежнему невозмутимо кивнул Ахметов. – Запишите, и мы проверим… Кстати, там ведь висят камеры наблюдения, верно? Значит, мы сможем своими глазами увидеть, как все было!