Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга тринадцатая (страница 61)

«Но он не применяет техники», — подумал Волк. Ответ нашелся быстро, когда обрывки Воли Ветра донесли до Ливия новую информацию: над полем битвы летали летучие мыши, видимо, сканируя для Зверя территорию.

Еще один удар ногой. С Волей Молнии Волк бил ею вверх, но Верховный на это даже не отреагировал. Атака задела ему грудь, голову Зверь успел отклонить назад. Все для того, чтобы обрушить Великий Удар снова.

«Успею!».

Удар немного сместился из-за атаки Ливия. Его ладонь, даже не касаясь врага, плавно оттолкнула варвара, и Волк перехватил руку Зверя.

Это был простой бросок через себя. Ноги Зверя оторвались от земли, и в этот момент, находясь прямо над Ливием, Верховный применил Уран. Сила планеты прижала Волка к земле, и Ливий сделал то же самое, подавляя Уран врага своим Ураном.

Бросок не получился. Как любой северянин, Зверь знал толк в борьбе, он вырвался, быстро оказавшись на ногах. Воля Подавления вырвалась на свободу во всю силу, сковывая врага.

— Р-ра!

Яростный крик Зверя вернул ему контроль. Волю Подавления как ветром сдуло, но за это время Ливий успел отскочить на десяток шагов назад.

Для разговоров больше не было времени, Зверь бросился в атаку. Ладонь левой руки Ливия вырвалась вперед, воздушный удар столкнулся с врагом, но не остановил варвара, лишь на долю мгновения замедлил его. Атакуя левой ладонью, Волк оттянул правую руку назад. И, стоило Зверю появиться перед ним, Ливий атаковал Императорским Ударом.

С Волей Тела Волк не сомневался в своих кулаках. Великий Удар рассек ударную волну Ливия, а потом сместился из-за давления в сторону — и рухнул вниз, прямо на тело Волка, когда кулак Ливия попал в пустоту над плечом Зверя.

Но это был только первый удар.

Второй кулак попал Верховному в район печени, а от третьей атаки Зверь ушел, отскочив назад. Это была Техника Трех Ударов — три почти одновременных Императорских Удара.

Доспех Пятнадцати снова выдержал. Даже Великий Удар во всю мощь не пробил его — и Зверя это удивило. Но его коронная техника не была для Верховного чем-то особенным. Он мог атаковать Великим Ударом десятки раз, почти не уставая.

— Я ждал сильного противника. Сто десять. Впервые, — сказал Зверь.

«Сто десять? Как это возможно? Великий Удар — это техника, раскрывающая всю мощь тела и владения топором. Сто — это предел. Он превзошел предел там, где это невозможно превзойти?».

Где-то вдалеке в небо взвилась сигнальная ракета, но Ливий не стал на нее отвлекаться. «Опаленные» могли справиться сами, а попытка бегства сейчас равнялась смерти.

Летучие мыши падали с неба, взрываясь от силы Великого Удара. Одна только подготовка давила так сильно, будто Зверь применил Уран. И Ливий, увидев, как изменился взгляд противника, моментально применил Сатурн.

Но Волк слишком поздно понял, что Зверь не собирается к нему подходить.

Топор опустился, и все, что успел сделать Ливий — это развести руки в стороны, вызывая перед собой Зеркало Аркадии. Воля Земли пробудилась, создавая каменный щит, Меркурий покрыл тело защитной металлической оболочкой. Даже ярь хлынула вперед, чтобы защитить своего хозяина.

И удар Зверя рассек всё.

Мощь атаки уничтожила Зеркало Аркадии и каменный щит. Ни слой яри, ни защитная оболочка не продержались даже долю секунды. Казалось, что Великий Удар совсем не ослаб — и его на себя принял Доспех Пятнадцати.

Даже металл, созданный джиннами, не выдержал напор. Удар рассек доспех, и невероятно прочное тело Ливия попало под удар. Брызнула кровь.

Доспех Пятнадцати сильно пострадал в бою с Сахраджуджем. И потом Ливий получал удары, да и Зверь попал не в первый раз. Доспех больше не выдерживал, его защитные свойства упали в несколько раз. А последний удар Верховного оказался слишком сильным.

Но Ливия это ничуть не смутило.

— Грирро.

Белый Луч выстрелил в Зверя. Даже отреагировать на это заклинание сложно, но у Верховного была просто нечеловеческая реакция — он успел выставить перед собой топор, и заклинание отрикошетило Зверю в плечо.

Через мгновение Волк стоял возле врага. Кулак попал в топор, и Ливий сместился, снова атакуя. Воля Огня пробудилась, подкрепляя безудержную серию атак, и Волк начал осыпать Зверя ударами.

Враг в долгу не остался. В ответ он бил топором, но Доспех Пятнадцати держался. Вот только каждый третий удар был Великим Ударом. От одного Ливий уклонился, атака прошла по касательной, и на предплечье остался кровавый след. В ответ Волк ударил, и кулак попал в руку врага. Движения Зверя были резкими, от многих атак он уклонялся, пытаясь сразу же атаковать. Ливий двигался плавно. Его атаки были настолько быстрыми, насколько возможно, не давая Зверю применять Великий Удар слишком часто.

Но Верховный бил — и раны появлялись на теле Волка, моментально заживая. Ливий не боялся топора Зверя. Вот только так не могло продолжаться вечно, Волк знал, что когда Доспех Пятнадцати рассыплется, каждая атака Зверя станет слишком опасной — настолько, что Верховный просто разрубит тело Ливия пополам, даже не дав восстановиться Желтым Флагом.

Кулак попал в грудь варвара. Раздался треск: атака достигла своей цели.

Теперь это была не битва реакции, а битва времени. Доспех Пятнадцати не мог продержаться долго, но и каждый удар Ливия становился сильнее из-за Красного Флага.

— Сто двадцать! — хрипло прокричал Зверь. На него обрушились еще два удара, ломая кости и разрывая органы. Верховный игнорировал все это, ведь в этом бою он вновь превзошел свой предел — и бил с такой силой, с которой не бил никогда до этого.

«Быть того не может», — подумал Ливий. Казалось, что топор двигается медленно, но все происходило очень быстро. Само пространство начало дрожать, и Ливий видел такое не раз, ведь Зверь смог достичь чего-то, похожего на Гекту.

За время подготовки Верховный пропустил три удара. Четвертый пробил в нем огромную дыру, и тело, резко утратив часть массы, потеряло равновесие. Топор не попал по Ливию, но даже касательной силы удара было достаточно, чтобы все открытые из-за ударов места на броне взорвались кровью.

«Восемь ран», — подсказал разум Волку. Желтый Флаг мог справиться с ними, причем быстро. Но для идущего без техники исцеления такие раны могли бы стать причиной смерти.

Варвар рухнул на землю. Даже с такой раной, несовместимой с жизнью, Зверь все еще мог встать на ноги и продолжить сражаться. Но он не сделал этого, ведь не ставил для себя цель убить Ливия любой ценой. Зверь бросил вызов — и проиграл.

— Я доволен, — сказал Верховный совершенно спокойно прямо перед смертью.

«Я убил Зверя», — неверяще подумал Ливий. Это был сложный бой на грани, и Верховный вполне мог победить. Но Волк смог одолеть его.

Бой закончился, и Ливий мог догонять своих. Зная методы «Совы», Волк был уверен, что отряд пойдет на восток или запад, а может, даже на север, чтобы запутать следы, а потом вернуться на Орлиный Пик. Идти на помощь Ливию не было смысла. Если бы Волк не смог справиться со своим противником сам, то «Опаленные» лишь зря погибли бы, а может, даже помешали бы.

Но Ливий не успел сделать и шаг, как почувствовал приближение огромной силы. Даже Зверь казался незначительным перед лицом гибели, которая двигалась на Волка будто грозовым фронтом.

— Зверь мертв, ну надо же! Прими мои поздравления.

Ливий никогда не видел этого человека, который шагал к нему под светом луны. Молодое лицо, длинные черные волосы, искренняя улыбка — такого Волк точно бы запомнил. Но пусть Ливий и не узнавал внешность человека перед ним, он все равно знал, кто это. Что-то в глубине души кричало об истинной природе врага перед ним.

— … Хаос.

— А ты, я так понимаю, Ливий? Будем знакомы.

— Как?..

— Так же, как ты узнал меня, — сказал Хаос, разводя руки в стороны. — Ты стал достаточно сильным, чтобы чувствовать меня. И достаточно значимым, чтобы я обращал на тебя внимание.

«Это Хаос. Почему я узнал его? Что здесь вообще происходит? О чем он говорит?», — думал Ливий. Даже мысли об опасности отошли на задний план.

— У нас есть что-то похожее. Может, когда-нибудь ты бы об этом узнал, но тебе не повезло встретиться со мной, — улыбнулся Хаос. — Я заметил бой и заметил тебя, когда подошел ближе. Увы, ты все еще слишком слаб. Я бы поручил работу Грому, но он занят новыми союзниками. Как жаль. Придется убить тебя собственными руками, Ливий.

Рука главы «Единства» медленно поднималась, возвещая о гибели. Смерть приближалась, но Волк не думал о схватке. Вместо того, чтобы готовиться к бою, Ливий искал ответ.

— Ты — охиронец? Нет… Понимание мира, как у охиронца, но не часть Охирона.

Рука Хаоса остановилась.

— Потрясающе, Ливий! — сказал глава «Единства». — Ты все понял и уловил суть. Что и ожидалось от охиронца, верно? Думаю, ты много раз слышал это.

— Почему?

— М?

— Почему ты уничтожил Охирон?

На лице Хаоса вновь расцвела улыбка.

— Ты про это. Давай я лучше расскажу тебе маленькую историю. Однажды жил мальчик. Он был самым обычным, пусть и занимался боевыми искусствами. Его школа была маленькой, его семья — заурядной. И гением мальчик не был. Но потом случилась одно прелюбопытное явление. Грустный оттого, что даже упорные тренировки не помогают догнать гениев и богачей, мальчик — который стал уже взрослым юношей — поздно брел домой. Начался дождь. И, проходя мимо реки, юноша поймал молнию, которая ударила с небес. Здорово, да?