Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга тринадцатая (страница 58)

— Своего добилась. Гора боевого опыта, да еще и слава с деньгами в придачу. Приемы из Отдела Панциря отлично работают на арене.

Какое-то время бежали в тишине. Но через три часа Наус сказала:

— Теперь надо быть аккуратнее.

— Почему?

— Потому что начинается территория «Единства», — объяснил Махус.

Пришлось замедлиться. На территории «Единства» хватало наблюдателей, поэтому бежали по безлюдным местам, в стороне от дорог. Но даже путешествуй Ливий, Наус и Махус по торговым трактам, вряд ли бы что-то изменилось. Людей было немного. Когда-то популярная дорога теперь пустовала: связь между Сильнаром и Районом Благоденствия исчезла.

С каждой пройденной сотней километров беспокойство Волка росло. Одно дело путешествовать по Централу. И совсем другое — приближаться к собственной школе.

«Скоро покажется Мастаград», — подумал Ливий, хорошо понимая, что никакого Мастаграда больше нет.

Но Волк даже не представлял, какая жуткая картина развернется перед ним.

— Это… Мастаград? И Сильнар?

— Как видишь, — вздохнул Махус. Наус промолчала.

Мастаграда больше не существовало. И дело было не в разрушениях: город просто ушел под воду. Сохранились только отдельные куски. Улицы, от которых до моря раньше пришлось бы идти минут двадцать, теперь стояли прямо у воды.

Ливий зашел в «Мастаград» со стороны торгового пути. Отсюда до моря было приличное расстояние — по крайней мере, так было раньше. Теперь же от мастаградских полей ничего не осталось: все забрала вода.

Взгляд Волка зацепился за знакомое место. Оно стояло на самом берегу, и волны облизывали чудом уцелевшее здание мельницы.

— Ливий! — крикнул Махус, но Волк его не слушал.

От мельницы Хорхо почти ничего не осталось. Издалека казалось, что здание уцелело — увы, осталась стоять только одна стена. Но Ливию было плевать на ветхую постройку. Вместо этого он искал могилу того, кто когда-то здесь жил.

И не нашел ее.

— Хорхо…

Могилу мельника поглотила морская пучина. С остекленевшими глазами Ливий смотрел на то место, где когда-то покоился человек, приютивший его.

— Прощай, старый друг. Может, так даже лучше, — вздохнул Волк и улыбнулся через силу. — Даже не представляю, как твоя мельница смогла устоять. Но она стоит — вернее, ее часть. Лучшее надгробие, правда?

— Ливий…

— Неважно, идем, Мах.

От Сильнара ничего не осталось. Нападение демона, сотни атак врагов, землетрясение — школа Сильнейшего не могла такого выдержать. По разломам морская вода хлынула на подземные уровни Сильнара, и школа сложилась, разрушилась, погребая наследие Фердинанда под тяжелыми обломками зданий.

— Мы встречаемся где-то в школе?

— Нет. Идти туда не стоит, слишком заметно — мало ли кто здесь есть. Хотел показать тебе Сильнар издалека с этой стороны, но не думал, что ты рванешь.

— Понял. Извини. Обойдем, — кивнул Ливий.

Пришлось сделать большой круг. Махус вел прямо в Бандитские горы, и с высоты открывался вид на все разрушения, устроенные «Единством».

«Не всё пострадало», — подумал Ливий.

Через Сильнар теперь тянулись водные каналы. В одном месте Волк даже увидел что-то вроде озера: здания сверху просто ушли вниз, в туннели. От начальных Школ ничего не осталось. Лучше всего дело обстояло со старшими Школами, но и там все было плохо. Волк посмотрел на резиденцию главы Сильнара — и не увидел ее. Взрыв уничтожил это место в день нападения.

— Кто они такие?

Среди руин ходили люди. Быстро окинув взглядом Сильнар, Ливий насчитал почти сотню.

— Мусорщики, — хмыкнул Махус. — Ищут что-то ценное.

— Находят?

— Альтатисум забрал все, что мог. Но всегда можно отыскать что-нибудь в завалах. Оружие, доспехи, какие-нибудь материалы и ингредиенты. Ну, ты понимаешь.

Ливий кивнул. Люди жили, как могли, а мусорщики просто пытались отыскать свой золотой билет в этом мертвом месте.

— Идем? — спросил Махус.

— Да, пошли, — ответил Ливий. Он отвернулся от Сильнара и тут же хлопнул себя ладонью по голове.

— Ну конечно! Где еще вы можете быть! Вот что имел ввиду Борей Амгат.

— О чем ты?

— Он сказал, что в Школе Окровавленного Феникса одиннадцать Пиков. Тогда не стал уточнять, но теперь все ясно. Десять Пиков в самой школе, и одиннадцатый — здесь.

Наус хмыкнула, а Махус пожал плечами и улыбнулся.

— Мы — не часть Школы Окровавленного Феникса. Но да, Орлиный Пик — тоже Пик.

Крепость на самой вершине Бандитских гор ничуть не изменилась, разве что обросла комнатами, которые успели возвести новые поколения учеников Сильнара. Ливий вошел внутрь вслед за Махусом.

— Рори.

На стене висела секира — и Волк хорошо знал, чья она. Секирой сражался Рори, и Махус повесил ее здесь, напоминая всем про покойного товарища.

— Да, его оружие. Решил сохранить. Кстати, нам придется подождать, — улыбнулся Мах. — Как насчет картошки?

«Опаленные» собрались не сразу. Сначала до них должны были добраться письма, потом — дорога к Орлиному Пику. Требовалось время.

Уже через три дня пришел первый «гость».

— Торун?

— Ливий!

Красноволосый здоровяк когда-то сражался на чемпионате Централа в одной команде с Волком. Большими друзьями они не были, но товарищами — однозначно.

Пришлось повторить историю о путешествии, а после Торун рассказал уже свою.

— Ты работаешь на Тихого Меча?

— Да, место отличное. Наставник — тоже.

Когда-то давно Ливий видел Тихого Меча. Он пытался пройти испытание Сильнейшего — и не смог этого сделать. Тогда Волк плохо понимал, насколько силен Тихий Меч. Даже в те годы он мог войти в десятку мечников Сизого Камня, а это многое значило. То, насколько он силен сейчас, не знал никто. Но Ливий был уверен: Тихий Меч стал гораздо сильнее.

«Может, он уже вышел на уровень глав школ Большой Десятки», — подумал Волк.

А дальше знакомые начали появляться один за другим.

— Шапур!

Смуглый алебардист ничуть не поменялся. Зато его сила выросла, как и опыт. И раньше Шапур считался талантливым воином, который смог развить сразу две Воли оружия, не достигнув даже уровня Мастера. Годы в странствиях сделали алебардиста лишь сильнее. Многого о себе Шапур не рассказывал. Но по одним только движениям Ливию было ясно, что алебардист зря временя не терял.

Пока приходилось ждать, Волк решил поговорить с Махусом.

— Мах, нужно отойти.

— Пойдем, — пожал тот плечами.

Пусть Волк и доверял «Опаленным», были разговоры, которые все равно стоило скрывать — хотя бы для того, чтобы потом не произошла утечка информации.

— О чем поговорить хотел?

— Как с магией?