Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга тринадцатая (страница 54)

У Мацера был богатый боевой опыт в детстве. Потом ему приходилось взбираться по Школам Сильнара, но произошло нападение «Единства» — и Мацер начал учиться в Окровавленном Фениксе. Из-за переезда и смерти многих мастеров темпы обучения упали. Стало не до индивидуализма, особенно в отношении Мацера — он дрался голыми руками, а в Окровавленном Фениксе делали упор на оружие.

«В Сильнаре тоже предпочитали оружие. Но тогда хватало мастеров всех направлений, чтобы обучить любого подающего надежды ученика. Видимо, Мацеру просто не повезло».

Боевые рефлексы пробудились, и старые боевые навыки Мацера вылезли наружу. Его гибкий и быстрый стиль немного не сочетался с Первоосновами, и это замедляло парня, не давало ему раскрыть весь свой потенциал.

— Достаточно.

Тяжело дыша, Мацер остановился. Ливий коснулся его рукой, и ранения мальчика зажили прямо на глазах.

— Ух ты.

— Не время удивляться. Я вижу, в чем твоя проблема. Помогу, раз уж я здесь. Есть один стиль — возможно, ты о нем слышал. Он называется Лапы Тигра.

Расставив ноги, Волк впервые занял боевую стойку перед Мацером. Новоиспеченный ученик шагнул назад — от одной только боевой стойки Мацер испытал страх.

Глубоко выдохнув, Ливий показал приемы. Основа Лап Тигра — это плавные блоки и стремительный шквал ударов ладонями. Но Волк не показывал Мацеру чистый стиль, которым владела Михь. Вместо этого Ливий показал стиль Марка, одного из первых учеников Сильнара, больше заточенный на атаку. Марк полагался на удары, причем настолько, что даже отходил от классических «лап», атакуя и кулаками. Именно такой стиль идеально подходил Мацеру.

Конечно, Ливий показывал приемы медленно, но даже так ученик не мог запомнить их с первого раза. Мацер не был охиронцем. Но и не был обычным человеком — его память хотя бы уловила общую форму.

— Будет больно, — сказал Волк и положил ладонь на голову Мацера.

Даже умея делиться знаниями, Ливий опасался это делать. Мацер был слишком молодым, он мог не выдержать. Поэтому Волк не стал впихивать в голову Мацера весь стиль: Ливий оставил только смутное, едва уловимое осознание «правильности» приемов. И даже это причинило ученику огромную боль, которую Волк быстро подавил.

— Ай… Как это… Будто я понял, — удивленно проговорил Мацер.

— Такой тебе подарок, — улыбнулся Ливий. — Мы закончили. Завтра утром приходи на это же место.

Ветряной барьер пропал. Никого в округе не было, кроме пары наблюдателей из местного аналога «Совы». Они пытались быть незаметными, Ливий кивнул им и пошел к Верде.

Прямо к нему не пустили. Зато послали человека, и вскоре Верде прибыл.

— Что-то случилось? — спросил он у Волка.

— Ничего особенного. Мне нужен доступ на склад или к торговцу. Нужны алхимические ингредиенты, но не хочется лишний раз уходить из школы.

— Редкие?

— Не сильно.

— Тогда проблемой не будет.

Верде выписал разрешение, и Волк отправился на местные склады — разумеется, они были под землей.

Бумага, подписанная главой одного из Пиков, убирала перед Ливием все барьеры. Но никто не собирался ничего давать Волку просто так.

— Что вы хотите получить? Где подписной список?

— Вот список. А вот плата, — сказал Ливий, кладя на стол мешочек с сотней таблеток аркюса.

Этой платы было более, чем достаточно. Вскоре Волку выдали ингредиенты. Может, так здесь и не было принято, Ливий не знал, но нет более жадного человека, чем заведующий складом.

Заходило солнце. В этот день Ливий встретил многих, время пролетело незаметно. Вернувшись в свою комнату, Волк разложил ингредиенты перед собой и пробудил силу Меркурия.

Алхимией Ливий не занимался уже давно. Ингредиенты взлетели, влекомые ярью, и попали в «печь», созданную силами стихий. Ливий уже давно не нуждался в алхимическом оборудовании.

Через два часа все было готово. Восемь Белых Наемников, два Белых Всадника, два Белых Сержанта, два Белых Дракона и по одному пузырьку Императора и Императрицы. Это был полный набор императора Люда — отличное подспорье для начинающего идущего.

Когда с алхимией Волк закончил, он взял стопку бумаги, полученную на складе, и начал писать.

Ближе к утру все было готово. Ливий написал книгу по Лапам Тигра — с отпечатком яри, детальными рисунками и подробными объяснениями. Отдельно Волк расписал то, как стоит принимать алхимические средства — и положил лист в набор императора Люда.

Мацер уже дожидался в саду. Ливий появился прямо перед ним, и ученик даже не успел отпрянуть.

— Держи. Это тебе. Внутри алхимия — и то, как ей пользоваться. А еще книга, которую я собственноручно написал для тебя.

— Спасибо вам, благодетель… Но разве так можно? Это чужой стиль.

— Поздно спохватился, — усмехнулся Ливий. — Я не дал тебе чистый стиль Лап Тигра, вместо этого ты получил Лапы Тигра Марка — одного из первых учеников Сильнара. Так что никаких проблем. Бывай, Мацер. Иди по своему пути, а если ты когда-нибудь заплутаешь — найди мастера Кастрида. Скажешь, что от Ливия.

Волк пропал. Обернувшись вокруг себя, Мацер не нашел своего благодетеля. Все, что оставалось сделать парню — это поклониться в благодарности.

— Глава ждет вас, — сказал мужчина в маске демона.

— Идем, раз ждет, — пожал плечами Волк.

В этот раз в зале для собраний сидел один лишь Альтатисум. Кивнув Ливию, он дождался, когда гость сядет, а затем сказал:

— Приветствую, Ливий. Я не буду ходить вокруг да около, задам вопрос сразу. Ты унаследовал Флаги?

«Вот и наступило время для этого разговора», — подумал Волк и кивнул.

— Да, так и есть.

— Я хочу, чтобы ты передал их нам. Флаги сильно помогут Школе Окровавленного Феникса, ты и сам это понимаешь. Дело не только в силе, которую могут дать эти техники — они способны добавить нам авторитета. Это очень важно сейчас, когда мы здесь, в Районе Ста Школ.

«Понимаю, конечно».

— Не думаю, что я имею право передавать вам Флаги. Если бы Сильнейший хотел передать вам их, он бы сделал это еще при жизни. Но этого не произошло.

— Понимаю, Ливий. Ситуация изменилась.

— В чем же?

— В годы Сильнейшего Флаги были секретными техниками, доступными только самому Фердинанду и его товарищам. Но «Единство» завладело Флагами, их воинов будут учить этим техникам. И тогда мы просто отстанем. Пока ты сохраняешь техники в секрете, «Единство» будет обучать им тысячи человек.

«А ведь он прав».

«Единство» давно завладело Флагами. Больше не было никакой тайны, все это напоминало ситуацию из театральной постановки, где комедийный персонаж рассказывает всем секрет, который ни для кого секретом не является.

— Желтый Флаг не передал вам технику, верно?

— Верно. Он сказал, что это решишь ты.

«А вот это было неожиданно».

Желтый Флаг предупреждал не просто так. Его тоже упрашивали, и тогда бывший Советник Сильнейшего решил свалить всю ответственность на Ливия — который при этом находился непонятно где и мог быть и вовсе мертв.

Волк посмотрел в лицо Альтатисума. Судьбу техник решал только сам Ливий — и Волк сделал выбор.

— Хорошо. Я передам вам Флаги.

Глава 23

Встреча в Каене

На документ легла печать, оставляя кровавый след. Подождав немного, Махус положил бумагу в стопку таких же, а саму стопку убрал в кожаную папку. С работой было покончено.

— Вот и все. Ненавижу наводить за другими порядок, — покачал головой Махус.

С тех пор, как Сильнара не стало, друг Ливия вернулся к своим корням — к торговле. Родители Махуса были Сумеречными Торговцами, но когда-то давно от наследства пришлось отказаться, чтобы стать сильнарцем. На то, чтобы добиться уважения в торговом мире, ушли годы, и теперь только старые торговцы могли соперничать с Махусом.

— Да… Как давно мы не виделись, Ливий.

Махус давно связал свою жизнь с Сильнаром. Но с тех пор, как школу уничтожили, пришлось изменить свое решение. И дело было не в том, чтобы отказаться от пути идущего — Махус хорошо понимал, что «Опаленным» нужны ресурсы. Оружие, информация, алхимия — все можно раздобыть, если у тебя достаточно связей и аркюса.

Ливий пропал, а Махус продолжал его ждать. «Опаленные» уже обломали об «Единство» зубы и сейчас готовились к тому, чтобы нанести новый удар. Но им не хватало лидера — не для управления, а как символ. Только Ливий мог занять это место, и Махус верил, что друг не погиб и рано или поздно вернется.

— Надеюсь, это случится как можно раньше. Не хотелось бы прождать тебя двадцать лет.

Сейчас Махус контролировал почти два десятка отделений Сумеречных Торговцев. В этом пришлось исправлять ошибки прошлого владельца, сына одной из крупных шишек. Ему долго многое прощалось, но отделение медленно приходило в упадок, пока терпение отца не лопнуло: нерадивого сынка, конечно, не наказали, но вернули в отчий дом. Не каждый может стать торговцем, а ответственным начальником — тем более.