Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга двенадцатая (страница 48)

«Я уверен, что продвинулся вверх!», – подумал Волк.

– Иллюзия? – задал он вопрос в пустоту.

«Сила джинна, – прозвучал голос Алхоама в голове. – Ты толкаешь камень вечно. Человеческих объяснений этому нет».

Это действительно было наказанием, причем весьма изощренным. Ливий лишь усмехнулся: его это полностью устраивало.

Обычный камень – каким бы тяжелым он ни был – ни за что не помог бы. Тело Ливия адаптировалось с огромной скоростью, хватило бы меньше часа, чтобы мышцы подстроились под вес. Но камень менялся. Он постоянно подстраивался под Ливия, оставаясь предельно тяжелым. И тело Волка с удовольствием менялось, становясь сильнее с каждой минутой.

Когда-то Ливий уже вывел тело на предел. Этого было достаточно. Но, когда Волк сделал перестройку костей, появился новый рубеж. Он находился совсем рядом, нужно было стать сильнее не втрое, и не вдвое, а всего лишь на десять процентов, но этот рубеж вывел бы Ливия на новый уровень. Ведь мышцы, став прочнее на десять процентов, смогли бы выдержать больше яри, и уже не десять процентов, а все тридцать. На уровне Великого Мастера даже небольшие шаги могли дать гигантское преимущество в битве. И Ливий хорошо понимал это.

День за днем Волк на пределе сил толкал валун наверх. Никакой яри, кроме той, что постоянно циркулировала по крови и мышцам, никаких техник, никакой Воли Тела. Лишь голая сила, чтобы сделать тренировки максимально эффективными.

Казалось, что ты двигаешься наверх, что валун катится, а пейзаж меняется. Но стоило взглянуть на окружение через десять минут, как становилось понятно: камень не сдвинулся ни на шаг.

Прошла неделя. За ней вторая. До завершения тренировки оставалось совсем немного. Казалось, что достаточно стать сильнее лишь на процент – и можно заканчивать. Но это маленькое усиление все никак не наступало.

От подошв не осталось ничего, Ливий протер обувь насквозь. Одежда жутко разила и так пропиталась солью, что стала тверже. Волк не замечал всего этого. Его внимание было сосредоточено исключительно на валуне. Пусть Ливий и знал, что тренировка бесконечна, он пытался сделать невозможное – вытолкать камень на вершину горы.

К концу третьей недели тело достигло своего максимума. Ливий вновь вышел на пик, и развиваться физическими нагрузками дальше было невозможно. Но Волк не остановился.

Через десять минут он стоял на вершине горы вместе с валуном. Ливий улыбался. С горы открывался отличный вид на бесконечную линию Стены, защищающую Ишбатану. Поля, озера, оазисы посреди пятен пустыни, стада животных и стаи птиц. Ливий впервые видел Страну Мудрости и Песков с такой высоты, наслаждаясь видами.

«Ты занес его наверх», – сказал Алхоам.

Это было правдой. Как только Ливий достиг пика, он воспользовался ярью, чтобы схватить валун и понести его наверх.

– А как с вами, джиннами, по-другому можно? – хмыкнул Волк. – Ваши желания становятся частью закона. Но их можно обойти, как можно обойти законы мира, верно? Если бы я с самого начала понес валун, то спокойно сделал бы это. И любой мог бы сделать так же. Но тот, кто попадает сюда для наказания, сразу начнет толкать валун. Зачем нести, если можно толкать? Валун круглый, склон – ровный. Разумеется, толкатель воспользуется всей своей силой. И валун подстроится под это. Поэтому, когда толкатель додумается нарушить правила, он не сможет этого сделать. Слишком тяжелым будет валун.

«Ты прав, Ливий из Сильнара. Куда дальше?».

– Никуда. Это место отлично подойдет.

Глава 20. Высший Дракон

Путь Дракона. Чтобы двигаться дальше, нужно доводить тело до предела. Но как только ты достигнешь стадии Дракона, дальше пути нет. Да, ты будешь становиться сильнее, а ярь в теле продолжит расти, даже заменяя собой части тела. И все же ни о какой следующей стадии Ливий никогда не слышал.

Да и о какой стадии выше Дракона может идти речь, если дракон – уже само по себе совершенное создание?

Но человек – не дракон. Идущий может только постепенно приближаться к чему-то похожему на тело дракона. Именно поэтому никто даже не думал о том, что существует стадия выше.

Но разве драконы – одинаковы?

Ливий слышал разные истории о драконах. С некоторыми даже сталкивались его знакомые. Одни могли сражаться с десятками Великих Мастеров. Другие не позволили бы кому-то слабее Мудреца даже прикоснуться к себе. В воспоминаниях о первых Сильнейших Ливий видел разных драконов. Одни были сильнее, другие – слабее. Но все они при этом оставались драконами.

Торион, великий дракон, сумевший заморозить половину Севера, в сотни раз превосходил тех, кого рубили люди древней эпохи. Даже среди драконов он был будто богом, Мастером среди идущих-Адептов. Теперь Ливий знал. Знание появилось в голове само собой, давая ответ на вопрос. И Волк кивнул, соглашаясь с ним.

Высший Дракон.

Кто так назвал этих исполинов, Ливий не знал. Может, люди. А может, и сами драконы. Но теперь в голове Волка существовала четкая грань между обычным драконом и высшим.

А значит, и на Пути Дракона появился новый шаг.

«Мне помогла перестройка костей. Я увидел преображения организма изнутри, и без этого не смог бы понять, куда двигаться дальше. Без всех испытаний, данных мне миром, я бы пришел к этому… Лет через двадцать. Не так уж долго, но такого времени у меня нет», – думал Ливий, внимательно изучая тело.

Оно достигло предела. Оставалось только шагнуть дальше, двинуться вперед по пути преображения. Не каждый смог бы решиться на такое. Не так давно Ливий даже не подозревал, что рискнет, но сейчас хорошо понимал, что у него получится.

Ведь все карты уже были в руке.

«Нужна прорва яри», – подумал Ливий о первом пункте.

В мире Божественной медитации как раз дожидались две груши. Ливий нырнул туда и сорвал с веток оба плода, которые уже полностью поспели. Вот-вот они готовы были упасть в воду. Задержись Волк еще на неделю или две, и мог бы остаться без груш.

– Этого должно быть достаточно.

Количество энергии в груше растет вместе с развитием Божественной медитации, а внутренний мир растет вместе с силой, разумом и духом идущего. Ливий не стал сдерживаться. Сначала он с удовольствием съел одну грушу, а затем и вторую.

– Пора в реальность.

Энергии было так много, что она всеми силами старалась вырваться из тела. Ливий не мог ей этого позволить. Жестко запечатав прорву яри внутри себя, Волк приступил ко второй части плана.

Вспоминая о том, как удавалось становиться сильнее в короткие сроки, на ум Ливию приходили Зелья Стихий. Сначала это было Зелье Двух Стихий, потом Зелье Трех Стихий, Четырех, Пяти… Алхимия здорово помогала на ранних этапах. И это было не просто концентрированное химическое пойло, созданное алхимиками-экспериментаторами и способное дать взрывной рост силы в короткий рост. Зелья Стихий давали равномерное, можно сказать естественное развитие тела. Как стихии переплетены с миром, так и сила, заключенная в Зельях Стихий, позволяла развиваться гармонично.

Возвышение Пяти Стихий. Именно этот способ пришел Ливию на ум, когда он спускался со Стены, только получив Волю Земли и Волю Молнии. На Востоке идущие считают, что преобразование Ядра и есть алхимия, только внутренняя.

Ливий сам стал печью. Ему не был нужен долгий процесс готовки зелья за пределами своего тела, ведь он мог это сделать внутри. И, когда Волк получил Волю Огня в Перевернутой Башне, он был готов.

Воля Огня обрушилась на тело. Ливий обратил ее силу внутрь, будто сжигая себя изнутри. Познав суть пламени, как источника жизни, Волк мог не бояться уничтожить свое тело. Невообразимый жар накрыл Ливия с головой, от него невозможно было сбежать, ведь сам организм и был источником жара, как повышение температуры во время болезни, только в разы хуже.

Тело, переполненное ярью, выдерживало любые нагрузки. Запечатанная энергия из груш под действием огня преображалась, впитываясь в организм жалящими языками пламени.

Без Желтого Флага Ливий не решился бы действовать настолько нагло. Лучшая медицинская техника Сильнара исцеляла без остановки, и Волк знал, что может на нее положиться. Но это было только начало.

Как только Воля Огня начала слабеть, Ливий пробудил Волю Воды.

Раскаленное тело резко охладилось. Это приносило вред, и вместе с ним – развитие. Тело продолжало охладевать. Вскоре температура упала так сильно, что человеческая кровь просто застыла бы. Но не кровь идущего. Пропитанная ярью, она продолжала двигаться, а упрямое сердце, по прочности сравнимое с артефактами, раз за разом сокращалось.

Воля Земли вывела тело из ледяного стазиса. «Земля» впитала «воду», температура начала медленно возвращаться к норме, в то время как мышцы деревенели, становясь почти нерушимыми. Ливий превращался в камень. Это напоминало о том времени, когда Волка возили с собой дагулы. Тело, замершее в одном положении и неспособное двигаться – Воля Земли, обращенная внутрь, пыталась сделать с Ливием то же самое. Кости, и так необычайно прочные, становились еще крепче, а кожа, и до этого способная останавливать опасные атаки, стала почти непробиваемой.

Воля Ветра подействовала не сразу, будто поток воздуха, наткнувшийся на валун. Ничего не менялось больше часа, прежде чем эрозия сделала свое дело.

Ветер проник внутрь Ливия, начал разрушать и крушить «окаменение». Мышцы, неспособные двигаться, резали ветряные лезвия, пробуждая волю к движению.