Игорь Лахов – Кафедра 2 (страница 31)

— Не. Водка пусть до лучших времён постоит, — немного подумав, изрёк есаул. — Я ж напьюсь и пьяный в дрезину к Анне попрусь. Не лучшее состояние отношения выяснять.

— Тогда надевай парадный мундир со всеми орденами, наодеколонься и иди в магазин. Купи конфет, шампанского. С этим богатством и дуй извиняться.

— Вроде оба виноваты, а извиняться мне?

— Без разницы, кто виноват. Женщины извинения любят. Да! Цветы не забудь! Она какие любит?

— Розы. Только их лучше не брать. Есть вероятность, что букетом по мордасам отхвачу. Ходи потом, шипами расцарапанный! Куплю ромашки: и сами цветочки нежные, и стебельки не жёсткие. А то, помню, по молодости гладиолусами получил от одной ревнивой девки. Страшные цветы, скажу я тебе! Не хуже любой плети в умелых руках! Поэтому, Родька, запомни на будущее: стебли тоже важны.

— Надеюсь никогда не воспользоваться твоим опытом, — улыбнулся я.

— Ты домашний адрес Аннушки знаешь?

— Да, сейчас напишу.

— Пиши и проваливай! Времени нет! Нужно ещё блеск офицерский навести и речь правильную составить!

Покинув есаула, поднялся в свою квартиру. Не успел переодеться, как раздался звонок в дверь. На пороге стоял встревоженный Генка. Причём не один, а вместе с Витьком и Верой.

— Родион! — с порога спросил Феклистов. — Что там такое с Игнатьичем и нашим преподом произошло? Я уже себе весь мозг сломал, пытаясь выяснить, во что вляпался!

— Поэтому и остальным растрезвонил? — нахмурился я.

— Не растрезвонил, а поделился проблемой с товарищами, — поправила меня Верка. — Так что произошло?

— Не моё дело. У есаула и спрашивайте.

— А мы только что от него, — продолжил Геннадий. — Дверь открыл и всех скопом на хер послал.

— Причём виртуозно так! — уважительно добавил Витёк. — Я и половины слов не знаю! Но смысл уловили, поэтому решили к тебе наведаться. Ты же в курсе?

— В курсе. Вы все выражения Кудрявого запомнили?

— Ага.

— Отлично. Тогда их повторять не буду. Чуть не забыл. Вера, у тебя есть какие-нибудь книги. Литературка художественная, например?

— Найдётся. А зачем?

— Неси. Потом поймёшь. Остальные свободны. Могу заверить, что опасности для вашего душевного спокойствия Иван Игнатьевич больше не представляет.

Закрыв перед носом друзей дверь, вызвал на кухню Дуню. Быстренько проверил, насколько вчерашние знания задержались в её голове. К счастью, запомнила всё в лучшем виде. Тут и Вера подоспела, держа в руках стопку книг, перевязанных бечёвкой.

— Вот, Родион, — протянула она книги. — Но учти, что это низкопробная бульварная ересь. На растопку только и сгодиться. Раньше зачитывалась до глубокой ночи, а теперь от подобных тем выворачивает. Скажешь, зачем надо, или опять темнить начнёшь?

Я вкратце поведал про обучение Дуни, в конце добавив:

— Хочу теперь, чтобы почитала, как ведут себя и разговаривают нормальные живые люди. Быть может, тоже на пользу пойдёт.

— Это и на пользу? Вряд ли! Только на растопку!

— Посмотрим. Не мои же книги по письменам Преисподней или структуре пентаграмм подсовывать?

— Их точно не надо, — согласилась Вера. — Дура… То есть Дуня потом половину столицы ненароком разнести может.

— Дуня может, если барин прикажет, — согласилась мёртвая девка, отреагировав на своё имя.

— Не надо! — моментально приказал я и с укором посмотрел на Матье. — Вер. Ты за словами следи. Мы тут умнеем прямо на глазах, поэтому могут быть неприятные неожиданности.

— Извини, — понятливо кивнула подруга. — Знаешь, Родион, с удовольствием помогла бы тебе в обучении, но мне необходимо сегодня смету нашей строительной бригады проверить и к завтрашнему дню в университете подготовиться. Столько задали, что хоть вешайся!

— Понял. Сочувствую. Спасибо за книги.

До вечера провозился с Дуней, всё же решив обучить её простейшим арифметическим действиям. Зачем это мне нужно, сам до конца не понимал, но исследовательский азарт захватил полностью.

Счёт до тысячи, как и буквы ранее, не вызвал никаких трудностей. Дальше пока не стал обучать, решив переключиться на сложение. Мои предположения оказались верны: Дуня никак не могла понять, зачем между цифрами нужен странный знак, похожий на могильный крест. Уже на «1+1» я упёрся в глухую стену. И на пальцах пробовал объяснить, и сушки на столе раскладывал, но невозмутимая ученица лишь бездумно смотрела на них. Вернее, посчитать могла, но исключительно по порядку: раз, два, три… и так далее.

Поняв, что ничего путного не получится, вручил ей бульварные романы и завалился спать. Снова снились кошмары. После убийства одарённого бандита они временно прекратились. Но, видимо, действие высосанной человеческой энергии закончилось, и старая проблема опять вернулась.

Поэтому, когда во время просмотра очередной кровавой расправы кто-то навалился на меня, я отреагировал максимально жёстко. Схватил Таракана, на всякий случай лежащего под подушкой, и всадил его в бок нападавшего.

Клинок вошёл легко, но, кажется, не произвёл должного урона. Ночной, то ли убийца, то ли извращенец, вместо того, чтобы со стоном отвалиться, полез… Целоваться! Сухие холодные губы впились в мои.

Войдя в боевой режим, откинул гада и вскочил с кровати. Сконцентрировав энергию в районе кулаков, хотел было броситься в атаку, как вдруг разглядел нападавшего… Нападавшую!

Дунька стояла, облачённая в какой-то полупрозрачный балахон, сшитый, кажется, из тюлевых штор, что до этого спокойно висели на кухне. Одна сиська вывалилась из выреза на груди, но мёртвую девку это, естественно, не смущало.

— Дуня, замри! — заорал я, видя, что эта тварь направилась в мою сторону. — И объясни своё появление!

— Родечка, котик, — произнесла она, послушно выполнив приказ. — Ваша зайка проголодалась. Томления моей души требуют вкусненького. Не соблаговолит ли свет моих очей сделать приятное даме? Поверьте, любимый, от моей страстной благодарности вы вознесётесь на небеса.

— Дунька! Какие на фиг небеса? Мне и на земле хорошо! Ты что это устроила?

В ответ же опять понеслась какая-то ахинея с зайками, котиками и страстями с томлениями. Лишь через несколько минут я смог вычленить главное.

— Дуня голодная? Отвечай: да или нет!

— Да.

— Я же тебя только вчера кормил!

— Да.

— Ты не охренела?

— Да.

— Опять поумнела, и необходима энергия?

— Да.

— Зачем ты ко мне припёрлась и приставать начала?

Этот вопрос вызвал серьёзное замешательство. Дунька замолчала, начав привычно пялиться перед собой. Видимо, односложный ответ в данном случае не подходит, вот девку и переклинило.

— Отвечай подробно.

— Мой ангел приказал. А я, как его нежная, послушная рабыня, исполнила все повеления моего господина.

— Что я приказал? Дословно!

— Дуня. Вот книги. Прочитай все и научись вести себя, как написано в них. Речь, повадки — всё постарайся перенять. Будем из тебя делать не крестьянку, а нормальную, почти живую служанку.

Вот блин горелый… Кажется, я сглупил в очередной раз. Надо было самому вначале посмотреть, какое чтиво мне Верка подсунула, а уже потом это крестьянке давать.

Глава 18

Оставив Дуню стоять посреди спальни, я прошёл на кухню и открыл первую попавшуюся книгу. Потом вторую. Оказывается, затейница Верка раньше любила читать не просто женские бульварные романчики, а истории эротического характера. Теперь понятно про всяких «котиков» и «господинов». Никакой вины за Дуней нет, и она не пошла вразнос. Просто мёртвая девка послушно выполнила мой приказ. И да! Именно тюль с кухонного окна пошёл на создание «сексуального наряда».

— Дуня! — приказал я, вернувшись. — Забудь всё, что прочитала этой ночью!

— Дуня забыла, барин, — последовал нормальный ответ, несказанно меня порадовавший.

— Молодец, держи, — протянул ей очередную рюмку крови. — Переоденься в старую одежду и залезай в шкаф.

Недоделанная служанка молча исполнила моё пожелание, окончательно дав понять, что вернулась к старым, уже не кажущимся мне такими заморочными настройкам. После этого почти полчаса с остервенением чистил зубы и полоскал рот. Я имею задатки в некромантии, а не некрофилии, поэтому до жути неприятно осознавать, что совсем недавно меня облобызал труп. Прямо от омерзения передёргивало, когда вспоминал эту сцену, хотя брезгливым себя никогда не считал. Успокоился лишь тогда, когда полностью закончился зубной порошок.

Ложиться обратно в кровать не стал. Сна ни в одном глазу после такого. Да и очередные кошмары смотреть тоже удовольствие не из приятных. Необходимо срочно искать ещё какого-нибудь одарённого, убийство которого не осудит ни общество, ни моя совесть. Иначе скоро начну сходить с ума.