Фалько – Доспех духа 1-11 (страница 63)

Эх, были времена, когда подобный экзамен проходил в виде поединка опытного мастера и претендента. Но довольно часто это заканчивалось смертью претендента или экзаменатора. А так как за этим шла кровная месть и долгие войны, подобную традицию отменили лет сто назад. Последним прибежищем традиции стали страны Африки, где количество мастеров никогда не было высоким. Мир до сих пор признает их экзамен, вот только желающих его пройти не наблюдалось, так как африканцы были слишком лютыми и отмороженными. Они признавали нового мастера только если тот умудрялся убить экзаменатора или демонстрировал тотальное превосходство. В противном случае претендента ждала только смерть.

На целый день после экзамена институт затаился. Студенты шептались, обсуждая новость, делились слухами. Кто-то рассказывал, о взрыве на полигоне, дескать, так «бабахнуть» мог только мастер. Меня, как и несколько дней до экзамена, от навязчивого внимания спасали принцессы и Маргарита Павловна. Хотя в любом случае надоедать мастеру никто в здравом уме не станет.

Еще один день спустя меня вызвали в центр города, в здание особого отдела полиции и контроля за одаренными. Начальник Таисии без особой помпезности и торжественности вручил мне грамоту и выписку из приказа о присвоении степени Мастера боевых искусств. Специальный документ, похожий на международный паспорт, обещали выдать в течение трех недель. Попутно заставили расписаться в двух десятках документов и заверить подписью, что я ознакомлен со всеми правилами и нормами поведения, предписанными мастеру. Джим мне не раз рассказывал все ужасы бюрократической американской машины. И всегда говорил, что, если я надумаю получать эту степень, лучше выбрать какую-нибудь страну третьего мира в латинской америке, арабские страны или Индию. По этой самой причине половина всех мастеров мира ходила с корочкой индийского образца. В том числе и Вероника. И черт с ним, что в документе все написано на непонятном и нечитаемом языке, кто, вообще, на эту мелочь внимания обращает. Есть у меня знакомые, способные любого мастера за пояс заткнуть, и неважно что корочки у них нет. Платят им не меньше, а иногда и больше, чем официальным мастерам.

Ближе к вечеру, уставший и выжатый, как лимон, я возвращался в Институт. Войтек Каминский, наш водитель, специально заказал роскошную машину для этого случая. Василий всю дорогу канючил: «Давайте напьемся, такой повод пропадает, надо обязательно устроить праздник, чтобы Москва вздрогнула». Я молчал, думая о своем. Москва обязательно вздрогнет, с праздником или без. Вспомнил слова начальника Таисии. Мне он показался умным и глубоким человеком, хотя и обозвал меня сволочью. Затем добавил, что я храбрая сволочь, раз решил взять в жены Таисию и передал коньяк от ее сослуживцев. Она их так затерроризировала, что они устроили праздник, когда узнали о ее отставке.

— Приехали, — сообщил Войтек. Плавно повернув, он припарковал машину у парадного входа.

— Давай, — подбодрил меня Василий. — Светлана Евгеньевна сказала: «Надо».

— Да уж, у мамы свое представление об этом, — проворчал я, затем решительно открыл дверь и вышел.

Защелкали фотоаппараты, едва не сбив с ног вспышками. Перед воротами собралось не меньше тридцати человек с камерами, микрофонами и прочей атрибутикой прессы.

— Господин Матчин, пару слов для журнала «Свободный спорт»!

— Прокомментируйте получение степени мастера в столь юном возрасте!

— Расскажите о планах на будущее и учебу!

— Правда, что вы возвращаетесь в Японию?!

Вопросы сыпались без перерыва, не давая возможности ответить. Повторялись или дублировали друг друга, но прозвучала пара довольно странных. И попробуй промолчи, завтра же напишут какую-нибудь гадость.

— Так, свободная пресса! — я повысил голос, поднимая руку. — Тихо!

Пришлось рявкнуть, чтобы угомонить их. Голос, наполненный силой, заставил всех умолкнуть. При этом никто не понял, что произошло, но разговоры разом стихли. Лишь пару раз щелкнул фотоаппарат, ослепив меня вспышкой света. Надеюсь, я не переборщил, и завтра ни у кого голова не будет болеть.

— Отвечу на все ваши вопросы, если вы не станете задавать их одновременно. Давайте начнем справа. По одному вопросу.

— Скажите, что Вы чувствуете, став самым молодым мастером в мире? — задал вопрос представитель «Свободного спорта». Само название говорило о качестве статей в этом журнале.

— Радость чувствую, силу, могущество, — я поднял руки, загребая пальцами воздух и едва не расхохотался злобным смехом.

— Что планируете делать в ближайшее время? — кто-то выкрикнул вне очереди и на него зашикали.

— Учиться. Ближайшие два-три года буду учиться в МИБИ, повышать уровень, чтобы перейти на следующий уровень и стать Великим мастером. Постараюсь успеть к двадцати семи, — я широко улыбнулся. Пресса же загудела, не оценив мое стремление.

— Что Вы думаете об Институте и уровне преподавателей? — знакомый женский голос. Я нашел взглядом секретаря ректора.

— Здесь работают и преподают люди высочайшего класса. И кормят в столовой вкусно.

— Правда, что вы подданный Японии?

— Абсолютная.

— В газете, выпускаемой студентами, написано, что Вы собираетесь жениться, прокомментируйте пожалуйста, — еще один женский голос, но, с другой стороны.

— Собираюсь. Газету читал, все, что там написано правда.

На секунду повисло молчание. Пресса ждала, что я скажу еще что-нибудь интересное или важное.

— Говорят, что вы проводите много времени в компании наследниц рода Трубиных и Хованских.

— Мы занимаемся и тренируемся вместе.

— Чтобы достичь такого результата, Вы занимаетесь по какой-то особой методике?

— Да, у меня есть секретная методика. Думаю, что моя ученица сможет достичь уровня Мастера годам к двадцати пяти.

— Вы уже кого-то обучаете? — этот вопрос высказало сразу несколько человек, на разный манер.

— Это секретная информация! — возмутился я. — Все, мне надо тренироваться. Спасибо за внимание!

Повернувшись, я взял за руку Алену и потянул ее сквозь расступающуюся толпу журналистов. Посыпались еще вопросы, но я их проигнорировал. Охрана из дисциплинарного комитета, дежурившая у ворот, не позволила посторонним войти следом, но никто особо и не рвался. Мы прошли шагов сто, прежде чем стих шум у ворот.

— Как думаешь, — спросил у Алены, — я выглядел настоящим болваном, или переиграл немного?

— Мне кажется, ты вел себя как обычно, — отозвалась она.

— Вредная ты девушка, — улыбнулся я.

Москва, район Киевского вокзала, торговый центр «Имперские традиции»

— Хороший магазинчик, — сказала Таисия, взвешивая в руке объемные пакеты.

— Тысячу лет он тут, — улыбнулась Оксана. — Не была еще?

— Только по работе. Не люблю такие вот… «бутики».

Две женщины подошли к крепкому мужчине, держащему в руках с десяток коробок и свертков.

— Может я тележку из супермаркета возьму? — спросил он.

— Да хоть паровоз, — махнула на него рукой Таисия. — Главное, платья не мни. Они дороже твоей полугодовой зарплаты. Каждое.

— Надо еще туфли подобрать в цвет, — Оксана продемонстрировала кредитную карточку. — Был тут где-то на этаже магазин итальянской обуви. Там.

— Уверена, что Кузьма не рассердится?

— Если только мы все деньги с карты не потратим, а для этого нам надо постараться. К тому же, он сам ее дал, мы не просили.

Таисия только улыбнулась, вспомнив, как именно Оксана «не просила» эту карточку. Когда она говорила о том, что им надо пройтись по магазинам, от ее взгляда и голоса из камня бы слезы потекли. Кузьма же отдал им карточку, сказав, что там тысяч триста, не больше. Служба в полиции приносила небольшой, но стабильный доход, и даже если прибавить к этому нахождение в княжеском роду, Таисия не могла позволить себе столько свободных денег. Не говоря уже о подобных тратах. Оксане подобное тоже было в новинку, но она старалась. Общими усилиями они уже потратили тысяч двадцать пять, то есть почти полугодовой контракт не самого дешевого наемника.

В магазинчике, торгующем сумочками и дорогой женской обувью было необычно тихо. Сонные продавщицы, едва увидев потенциальных клиентов, оживились, спеша им на помощь. Посыпались комплименты, охи и ахи.

— Интересно, Кузя уже получил документы? — спросила Оксана, оторвавшись от выбора сумочки. Махнула на продавщицу рукой, дескать, справится и без ее помощи.

— Сегодня только официально объявят результаты. Документы еще месяц делать будут, — Таисия выпрямилась, прислушалась к ощущениям. На этаже, довольно близко к ним появился сильный мастер. И если до этого момента он скрывался, то ничего хорошего ждать не стоило. — Оксана, пройди к примерочным. И спроси, есть ли здесь запасной выход. Нет, все в порядке, не переживай. Не тяни.

Таисия подтолкнула ее в сторону примерочных. В этот момент в магазин вошел высокий черноволосый мужчина в белоснежном костюме. Ниточка усов и широкая улыбка. Иностранец. Появилось ощущение, словно женщину накрыли стеклянным куполом.

— Доброго дня, госпожа Ермолова, — дружелюбно произнес мужчина. — Не нужно, не нужно. Мои скромные силы связаны с гравитацией и мастер кинетик, в пределах сорока шагов от меня, не страшнее чем вот тот плюшевый мишка.

Под «гравитацией» обычно подразумевали способности управлять любыми физическими объектами, как при телекинезе. Одаренный не мог сделать предмет тяжелее, но мог надавить на него как сверху, так и снизу. Мастера кинетики, как Таисия, могли лишь передать импульс объекту, но не способны аккуратно приподнять его или передвинуть на нужное расстояние. Считалась, что они стояли на ступеньку ниже, чем те, кто мог управлять «гравитацией» и априори проигрывали им. Кинетики сами по себе редкий вид одаренных, но таких, как мужчина в белом костюме было раз в сто меньше. Если приводить точную статистику, то они встречались в одном случае из девяносто шести. Насколько знала Таисия, в Москве подобных мастеров не было.