Евгений Хитряк – Нормандия 1944. Битва за плацдармы (страница 3)

В Великобритании еще 60 дивизий находятся в режиме ожидания, 50 из них могут быть в любой момент переброшены на континент. Нам следует считаться с вероятностью крупной высадки 1-й американской группы армий на севере для стратегической операции в поддержку армий Монтгомери с последующим крупным прорывом к Парижу».

Секретные новшества

Другой стороной деятельности COSSAC являлось курирование процесса разработки новой техники, вооружения и оборудования, предназначенных для упрощения высадки, снижения потерь и обеспечения войскам необходимой поддержкой в первые дни и недели после вторжения.

В первую очередь к таким новшествам относились уже упомянутые гавани «Малбери», состоявшие из бетонных кессонов «Феникс» (Phoenix), позволяющих возвести искусственные молы, стальных кессонов «Вэйл» (Whale) для сооружения набережных и специальных понтонных переправ, соединяющих набережные с берегом. В июле 1943 года решено было построить в Нормандии две таких гавани, прикрытые с моря искусственными волнорезами «Гузбери» (Gooseberry), по одной в американском и британском секторах высадки. По расчетам суммарно две гавани должны были обеспечить пропускную способность грузов, сравнимую с британским портом Дувр.

Проблема снабжения сухопутных сил вторжения горючим была решена с помощью проекта PLUTO (Pipe Line under the Ocean), буквально «трубопровод под океаном». Он предусматривал постройку подводного трубопровода от острова Уайт у южных берегов Англии до порта Шербур. Работы планировалось начать сразу после захвата порта войсками союзников. COSSAC курировал разработку и строительство целого ряда специальных десантных судов, от малых самоходных барж, получивших название «бот Хиггинса» (по фамилии изобретателя из Нового Орлеана инженера Э. Д. Хиггинса) до крупных десантных кораблей и судов огневой поддержки и расчистки пляжей от береговых заграждений. Одной из причин поражения десанта в Дьеппе была признана неспособность бронетехники должным образом поддержать пехоту на пляжах высадки. В результате еще в декабре 1942 года в Британии была сформирована 1-я штурмовая бригада Королевских инженеров, которая в марте 1943 года превратилась в отдельную 79-ю бронетанковую дивизию специального назначения.

Командиром бригады стал шурин Монтгомери генерал-майор Перси Хоббарт, которого несколькими годами ранее уволили из армии по возрасту и теперь в чине младшего капрала он состоял в созданном по инициативе премьера ополчении. Генерала вернули в строй и поручили разработать целый ряд специальных бронированных машин, при помощи которых можно было бы решить любые проблемы, возникающие при штурме сильно укрепленного берега. Атмосфера в подразделении Хоббарта была творческой. Немедленно после вступления в должность он выпустил директиву, в которой указал: «Предложения военнослужащих любых званий и должностей относительно снаряжения и оборудования должны всячески поощряться. Солдаты должны иметь прямой доступ к командирам старшего звена для продвижения подобных идей». Одним из первых проектов Хоббарта стал танк-амфибия DD (Duplex Drive). Оснастив средний танк «Шерман» складным брезентовым экраном и парой гребных винтов, Хоббарт заставил 32-тонную машину плавать. Вообще-то идея принадлежала инженеру Николасу Страусслеру, эмигрировавшему в Англию из Венгрии, но именно Хоббарт и его люди отнеслись к странной затее серьезно и воплотили ее в металле. Танк доставлялся к побережью судном с откидывающейся передней рампой. Подняв и надув прорезиненный фартук-экран, машина своим ходом сходила в воду и за счет винтов двигалась к берегу. Над поверхностью воды возвышался лишь верхний край экрана, и обнаружить танк с берега, пока он не выходил из воды, было довольно сложно. Оказавшись на пляже, «Шерман» DD сбрасывал экран и мог действовать далее, как обычный линейный танк. Главным недостатком конструкции были крайне низкие мореходные качества. Даже при умеренном волнении вода могла перехлестнуть через край экрана и утопить машину вместе с экипажем. Тем не менее, в июле 1943 года достаточно эффектная демонстрация спуска танка DD на воду c танко-десантной баржи и выход его своим ходом на берег подвигла начальника Имперского генерального штаба разрешить переоборудование 500 ценных «Шерманов» в танки Duplex Drive.

Другим нововведением был так называемый «Цепной Шерман» (Sherman Flail) или «Краб» (Crab) — танк-тральщик, оснащенный валом с массивными цепями. При вращении вала, цепи били по земле с такой силой, что вызывали детонацию мин. «Краб» был способен также разрушать низкопрофильные проволочные заграждения.

Данная идея также была не нова, но людям Хоббарта удалось развить ее, воплотив в надежное и эффективное средство разминирования.

Несколько видов спецтехники было создано на базе тяжелого пехотного танка «Черчилль». Самым распространенным стал саперный танк AVRE (Armoured Vehicle Royal Engineers), оснащенный мортирой «Петарда», стрелявшей 18-килограммовыми фугасными зарядами. За характерную форму эти заряды получили прозвище «летающая урна». Мортира предназначалась для разрушения бетонных и стальных преград, а также малых фортификационных сооружений. На корме устанавливалась фашина, которую можно было сбросить в противотанковый ров или воронку, сделав их проходимыми для техники. Для прокладывания проходов через топкие места и участки вязкого песка на базе «Черчилля» был разработан спецтанк «Бобина» (Bobbin), а непосредственно перед вторжением на вооружение приняли «Крокодил» (Crocodile), оснащенный огнеметом, способным выбрасывать струю горючей смеси почти на 100 метров. Внедрены были также и более специфические машины, вроде бронированных бульдозеров, мостоукладчиков и мостоопорных танков. Вся эта техника получила неофициальное наименование «Игрушки Хоббарта» (Hobbart's Funnies) и использовалась союзниками вплоть до окончания войны в Европе.

Распределение ролей и внесение корректив

Несмотря на активную деятельность стремительно разраставшегося COSSAC и заверения на высоких конференциях, что «второй фронт» будет открыт в северо-западной Европе в мае 1944 года, реальные боевые действия союзники вели в Средиземноморье, которое Черчилль называл «мягким подбрюшьем Европы». За операцией «Торч» последовала высадка на Сицилии в июле 1943 года, затем в ноябре — вторжение на Апеннинский полуостров. Всякий раз британский премьер-министр уверял, что этот шаг является последним и жизненно необходим для установления баланса сил в Средиземноморье, и затем решительно настаивал на необходимости следующего, намекая, что промедление чревато большими проблемами в будущем. Ральф Ингерсолл, имевший непосредственное отношение к подготовке операции «Оверлорд», в своей книге «Совершенно секретно» метко заметил, что понадобилось вмешательство Сталина в Тегеране и Гитлера в Анцио, чтобы, наконец, отвадить Черчилля от навязчивой идеи о «мягком подбрюшье», лживом постулате, пущенном в обращение ради смещения фокуса усилий союзников на Балканы.

В конце ноября 1943 года на Тегеранской конференции И. В. Сталин прямо поставил вопрос, намерены ли союзники открыть «второй фронт» в Европе в 1944 году. Черчилль отчаянно пытался отстаивать свою «балканскую стратегию», но под угрозой срыва конференции вынужден был согласиться, что теперь основные усилия союзников будут направлены в первую очередь на проведение операции «Оверлорд». Сталин настоял на том, чтобы в самое ближайшее время союзники решили принципиальный вопрос — кто именно будет командовать армиями будущего вторжения. В первую очередь его интересовало, кого назначат на должность Верховного главнокомандующего экспедиционных сил. Еще в Касабланке было решено, что этот пост займет американец, как свидетельство главенствующей роли армии и ресурсов США в предстоящей кампании. Рузвельт хотел, чтобы экспедиционные англо-американские силы в Европе возглавил генерал Маршалл (по мнению Ингерсолла, «единственный генерал в мире, которого боялся британский премьер»). Разумеется, Черчилль принял это предложение в штыки. Он заявил, что Верховным не может быть человек, занимающий ключевое место в американской системе власти. Англичане воспримут это как оскорбление. В результате на пост командующего Верховного штаба экспедиционных сил союзников (Supreme Headquarters Allied Expeditionary Force, или SHAEF) был назначен лояльный к британцам генерал Дуайт «Айк» Эйзенхауэр, неплохо проявивший себя в Средиземноморье и весьма устраивающий Черчилля. Айка уведомили об этом 7 декабря 1943 года. К январю 1944 года определились и с тем, кто будет занимать высшие посты при штабе экспедиционных сил. Заместителем командующего стал британский маршал авиации Артур Тэддер, считавшийся в британских военных кругах более талантливым военачальником, чем Айк.

Командующий объединенным флотом союзников был определен еще 20 октября. Им стал британский адмирал Бертрам Рамсей, руководивший в 1940 году эвакуацией из Дюнкерка, а в 1942 году разработавший план операции «Торч». Американскую военно-морскую компоненту операции возглавил контр-адмирал Алан Кирк. Командующим экспедиционными ВВС союзников стал маршал авиации Трэффорд Ли-Мэллори, также британец. И наконец, командование всеми сухопутными силами вторжения, состоящими из 1-й американской и 2-й британской армий (21-я армейская группировка), было поручено знаменитому Монти — генералу Бернарду Лоу Монтгомери. Эйзенхауэр был не в восторге от этого назначения. Он знал о скверном характере Монтгомери и желал бы видеть на месте главнокомандующего сухопутными силами генерала Гарольда Александера, с которым неплохо сработался в Тунисе. Но мнение Айка мало кого интересовало. Британцы воспринимали его как чисто номинальную фигуру в операции, которую разработали, развили и выполнят британские командиры.