Елизавета Ковалькова – Гостевая избушка ведьмы (страница 1)

Гостевая избушка ведьмы

Пролог

Еще прохладная майская ночь потихоньку уступала свои права свежему утру. Солнце нехотя пряталось за макушками деревьев, лениво протягивая свои теплые лучи по земле, не давая росе надолго задерживаться.

Но в лесу не было тихо, как это обычно бывает рано утром. Сильные порывы ветра, собравшиеся в густой белый туман, метались по лесу, неся за собой устрашающие звуки: плач, рев и крик. Натыкаясь на деревья, туман, словно ударившаяся о стекло птица, взвизгивал, злился, потом резко разворачивался и мчался в другую сторону.

Нахохлившийся ворон спал на ветке мощной березы около старенькой двухэтажной избушки. Эти порывы нисколько не мешали ему видеть сны: туман огибал избушку, боясь приближаться в ее сторону.

Вдруг послышались осторожные, едва уловимые шаги. Ворон встрепенулся, открыл глаза и прислушался. Об этих шагах знал только острый слух черной птицы, остальные не могли уловить столь незаметные звуки.

Расправив крылья, ворон взмыл над макушками деревьев, устремившись в самое небо, облетел весь лес и уселся на крайнее дерево, откуда открывался вид на поле и деревню, видневшуюся из-за холма.

Прищурив глаза, птица внимательно всмотрелась вдаль. Ничего не было видно, однако ворон удовлетворительно каркнул, сорвался вниз с дерева и взмыл ввысь уже у самой земли.

Подлетев ближе к избушке, птица начала снижать высоту, ударилась о покрытую росой траву. Поднялся столб перьев, и вот уже высокий черноволосый паренек уверенно зашагал по дорожке.

Что-то наверху заинтересовало его, он поднял голову: с ветки сосны белоснежная сова внимательно наблюдала за ним, прищурив свои круглые черные глазки.

«Странно, полярные совы не водятся в наших лесах», – подумал парень, когда птица скрылась в лесной чаще. Он поднялся на скрипучее крыльцо избушки, толкнул тяжелую деревянную дверь и скрылся внутри.

Через пару минут на втором этаже зажегся свет, послышались шаги, и высокая ловкая старушка в цветной шали вынырнула наружу. Она посмотрела на небо: месяц уже передал свой пост солнцу и начал спускаться вниз.

«Оба светила видны, самое время», – подумала старушка. Она укуталась в свою шаль, зажгла над входом фонарь, далеко осветивший тропинку, и скрылась за дверью.

Глава 1

– Дана, поднимайся, наконец! – в который раз крикнула мама. – Надеюсь, ты до ночи готовилась к контрольным, – крикнула напоследок она и хлопнула дверью в комнату.

Я медленно села на кровати и посмотрела в окно: на улице уже было светло. Слышался рев торопящихся, гудящих машин, поднимающих с дороги только осевшую пыль. Новостройка напротив нашего дома скрывала видневшийся когда-то и такой любимый розово-сиреневый рассвет, исходивший от торопящегося на свой пост солнца.

Я сползла с кровати на пол вместе с одеялом и просидела так еще минут десять, смотря в одну точку.

– Дочь, уже половина восьмого, опаздываешь ведь, – на этот раз уже папа торопил меня. – Десятый класс, на днях контрольные, а ты так безответственно относишься к учебе… – папа покачал головой и ушел на работу. Видимо, мама заставила поговорить со мной. Сам он не особо цеплялся к моим оценкам. «Ну, двойка и двойка», – обычно отвечал он. Хотя с недавнего времени я стала круглой отличницей, и совсем забыла, что значит получить неуд.

Я поправила взъерошенные волосы, поднялась с пола, скинула одеяло на кровать и открыла шкаф: джинсы и футболка – все по классике. Взяв рюкзак и приготовленный для меня бутерброд, вышла из дома и не спеша побрела в сторону школы по уже давно знакомой и изрядно надоевшей дороге.

Шумные компании обгоняли меня и спешили к первому уроку, обсуждая планы на вечер, грядущие контрольные и поездки на приближающиеся летние каникулы. А я брела на каторгу в привычном гордом одиночестве.

Зашла в школу, села за свою «любимую» первую парту, когда назойливо брякнул звонок, и уставилась в окно под монотонную речь учителя. День потянулся безнадежно медленно и неторопливо.

– Напоминаю, что завтра последний день для сдачи анкет, – пролепетала в который раз классная руководительница. – Хорошенько подумайте и напишите университет и специальность, на которую планируете поступать.

«Ну вот, на одну проблему сегодня больше. Как будто возможно в семнадцать лет понять, чем будешь заниматься остаток жизни… ». К таким вопросам я подхожу просто: пишу первое, что придет в голову. Кто вообще это будет читать?

– Ах да, не забудьте получить подпись родителей, – добила учительница и вдребезги разрушила мой гениальный план. – Также напоминаю, что завтра начинаются переходные контрольные работы. Сделайте одолжение и хотя бы учебники откройте! – окончательно «порадовала» учительница под гул негодования учеников.

«Интересно, она умеет говорить хоть что-то приятное?» – подумала я.

– Куда поступать будешь? – послышался голос сзади. Можно было подумать, что обращаются ко мне, но я давно привыкла быть для всех незаметной. Я не было изгоем. Меня не травили, не издевались, а просто не замечали, будто меня и нет. Иногда казалось, что было бы намного легче, если бы кто-нибудь ударил или обозвал, проявил хоть такое внимание.

– На юридический в Академию. У мамы есть знакомый на кафедре, она с ним уже договорилась о моем поступлении, – послышался ответ сзади.

– Везет тебе, а я на педагогический планирую. Баллы там невысокие, да и детей я люблю.

– На сегодня можете быть свободны, – после этих слов все дружной гурьбой потянулись из кабинета и разбежались по своим делам.

Я же дошла до ближайшего парка, села на лавочку и стала наблюдать за спешащими прохожими. Уверенность, что каждый из них знал, чего хочет от жизни, не покидала меня. Не просто они бежали куда-то. Хотелось остановить кого-нибудь и спросить, как можно понять свое предназначение?

Я просидела так около часа и, не зная, как еще убить время, пришла домой и завалилась спать.

Проснулась я, когда на улице уже стемнело, а родители вернулись с работы домой и смотрели в гостиной телевизор.

– Мам, пап, привет. Можете подписать анкету?

– Что за анкета? – устало спросила мама.

– Про поступление, – ответила я.

– И куда же наша отличница хочет поступить, – папа подмигнул мне и взял протянутый листок. – Но здесь пусто!

– Да, я пока не знаю, куда хочу поступить. Завтра напишу первое, что придет на ум. Все равно это просто формальности.

– Дана! Ты меня разочаровываешь! – воскликнула мама. – Разве можно так безответственно подходить к вопросам об учебе! Да и ты не маленькая, чтобы не знать, куда поступать!

– Правда не знаю! – возмутилась я.

– Медицина, юриспруденция, лингвистика, программирование… Нужно выбирать перспективные профессии. Если будешь хорошо зарабатывать, и нелюбимая работа станет любимой, – строго ответила мама.

– Как можно всю жизнь заниматься тем, что не приносит тебе удовольствие, – изумилась я.

– Легко! То, что приносит тебе деньги, не может не понравится, – совершенно искренне ответила мама.

– Подумай хорошенько, у тебя склонности к гуманитарным наукам, – попытался разрядить обстановку папа. – Как насчет изучения языков?

– Может… – пробормотала я.

– Тогда впишем лингвистику, – не успела я возразить, как мама взяла листок и заполнила анкету за меня. – С начала июня начнется лагерь для подготовки к олимпиадам. Учительница сказала, что у тебя есть все шансы победить. И красный аттестат баллов добавит.

– Но я не хочу в лагерь, – пробормотала я.

– Прекрати так себя вести! – перешла на крик мама. – Было только одно бесплатное место, и его отдали тебе. Нужно обязательно оправдать надежды и усердно готовиться к олимпиадам.

– Могут отдать это место другому. Я не хочу провести еще целый месяц среди своих одноклассников. Они мне ужасно надоели!

– У тебя плохие отношения с одноклассниками? – удивился папа. – Почему?!

Я хотела поделиться с родителями своими проблемами, рассказать о том, что в школе меня никто не замечает. О том, как одиноко мне каждый день, что никто не зовет меня погулять после занятий, и я просто сплю, чтобы не думать об этом. Рассказать, как тяжело быть незаметной для всех и не делать ничего полезного для этого мира. И как больно осознавать, что я просто существую, трачу свое время впустую. Но я почему-то не могла сказать и прятала этот вырывающийся крик в глубине своей души, чтобы никто не смог найти его.

– Если одноклассники мешают тебе учиться, можем перевестись в другую школу. Сейчас нельзя отвлекаться на глупости.

– Удобный способ жить! – ухмыльнулась я. – Сбежать от проблемы, думая, что она исчезнет.

– Дана, мне не нравится твой тон!

– Делайте, что хотите, – я махнула рукой. – Другая школа, города, да хоть страна. Я не знаю, что хочу делать в этой жизни. Не умею находить общий язык с ровесниками. Сбегу в другое место, и ничего не поменяется. Хотя сбежать сейчас самый подходящий вариант. Куда-нибудь подальше, где нет людей.

– Да ты с ума сошла! – воскликнула мама. – Ну, ничего, покажем тебя психологу, и через пару недель все вернется на круги своя.

Я громко засмеялась. Родители в недоумении уставились не меня. А я почувствовала себя настоящим психопатом.

– Дочь, ты чего? – испугался папа.

– Вернется на круги своя? Да я всегда была такой! Знала все учебники наизусть, но ничего о себе! Такой вот обман получался!