Елизавета Девитт – Хрусталь и Сталь (страница 2)

Я ненавиделамаску за то, что она лишала меня чего-то настоящего, человечного.

Я любилаее за то, что она единственная защищала меня своими острыми гранями от лап зверя.

Но сколько ни отворачивай лицо, сколько ни упирайся в стальную грудь руками – всё одно. Архонт каждый раз тщетно желал содрать с меня всё до костей.

Вру, не всё. Только то, под чем не будет уродливого и неприглядного. Мои чувства ему точно были ни к чему.

Рагмэйр, как всегда, плавился от подаренных сил, как от лучшего из дурманов, и потому не замечал моего кипящего омерзения от прикосновения его подрагивающих пальцев. Не замечал и моих наивных слов:

– Нет. Хватит. Я сказала: прекратите.

Для него мой голос – пустой, фоновый звук. Однако Рагмэйр всё равно мерзко ухмылялся, обнажая внушительный острый оскал. Народ пустынь специально затачивал зубы под клыки, дабы рвать глотки врагам в ближнем бою и без зазубренных сабель.

– Вновь вернемся к старой игре, малышка? Я не против, – промурлыкал монстр. Его хриплый голос заполнял пространство спальни, пока он следовал за мной по пятам. Шаг в шаг. И каждый из них неумолимо приближал нас к неизбежному.

Я отступала к дверям его покоев, до боли стиснув зубы. Мой взгляд то и дело соскальзывал к огромным песочным часам в углу: я слышала, как за стеклом утекает время, отсчитывая секунды до моего провала.

Рагмэйр позволял мне это отступление намеренно, лениво смакуя предвкушение охоты. Тогда он, забавляясь видом моих побелевших от ярости кулаков, подарил мне свою «милость»:

– Даю тебе последний шанс: беги, глупая.

Приказ архонта – закон, подчинение которому было вшито в меня гораздо глубже, чем я хотела бы. Потому мое тело послушно развернулось и сорвалось в стремительный бег, не спрашивая моего разрешения.

Я миновала бесконечные покои, таща за собой шлейф белых, тяжелых тканей, что тянулись по полу и мешали набрать нужную скорость. Но больше всего меня раздражал тонкий, предательский звон стеклянных нитей-осколков маски, которые выдавали каждый мой шаг и заставляли припоминать всех проклятых богов по пути.

Ведь мой не мог помочь мне там, где в него не верили.

И, преодолевая один пост стражей за другим, я подмечала на их лицах лишь тотальное равнодушие к происходящему, хотя они прекрасно знали: такое издевательство – против правил.

Для южан иллириан, как и храмы Нэалисса, никогда не были благословением. Мы были обязательством. Навязанным долгом, который император насильно всучил каждому из восьми архонтов на континенте.

На собственной шкуре я познала горькую истину: вера по приказу, как и любовь по принуждению, никогда не вызывает ничего иного, кроме отторжения.

Поэтому я всегда была сама за себя.

Вс, что мне оставалось, – это красть у судьбы секунды. Выигрывать время. Еще чуть-чуть. Еще немного… Я чувствовала: развязка уже близко.

И мои ноги неслись вовсю. На поворотах я цеплялась за песчаные камни так резко, что пальцы горели от содранной кожи. Сердце колотилось в срыве от нарастающей паники и ясного, как удар плетью, осознания: я снова стала жертвой. Загнанным зверем, которому не оставалось ничего, кроме жалкой попытки забиться в угол на одном из балконов. Словно там можно было укрыться от хищника, владеющего целой пустыней. Но, поднимая глаза к багровому небу, я по-прежнему спрашивала себя мысленно:

– Ну и где та граница, за которой обрывается терпение?

Оказалось, что она была ближе, чем мне казалось. Я вцепилась руками в нее – в холодные перила балкона – и молча считала вдохи и выдохи, пока по носу стеклянной маски катились бесконечные капли.

Слезы или дождь – не имело никакого значения. Ведь дверь, конечно же, вскоре беззвучно раскрылась, а бежать не было смысла изначально.

Я обернулась, стараясь сохранить последние крупицы достоинства перед тем, кто стал архонтом Пустынь совсем неслучайно. Рагмэйр обладал сильным, гибким телом воина и полным отсутствием морали – идеальное сочетание, позволявшее ему без тени сомнения ломать чужие жизни.

Мою он тоже почти стер в порошок. Но сейчас от его пугающего величия не осталось и следа. Он пьяно привалился к косяку, по его лбу градом катилась испарина, а взгляд никак не мог сфокусироваться на мне. Его самоуверенная игра в кошки-мышки, та щедрая фора, которую он дал мне ради забавы, внезапно обернулась против него самого.

Тяжело, со свистом втягивая воздух, он выдавил лишь один задушенный вопрос:

– Что со мной… иллириан?..

Моя улыбка под стеклянной завесой была тонкой, как лезвие. Каждый кристалл на маске дрожал от гнева и задушенного смеха, но я всерьез мечтала, чтобы хотя бы один из этих хрупких осколков оказался в руке, чтобы можно было вонзить его архонту в горло так глубоко, чтобы этот вопрос больше никогда не повторился.

– Теперь я даю вам последний шанс, господин, – почти ласково произнесла я. – Разрешите мне уехать в другой доминион, и я помогу. Объясню, что с вами. Может, даже… спасу.

Его рывок ко мне был до смешного предсказуем, но все равно обрушился на меня неожиданно, как еще один удар молнии в небесах. Я очнулась лишь со звуком грома, когда его руки сомкнулись на моей шее до хруста позвонков.

Глаза архонта горели так, будто в них расплавили солнце. В затуманенных от боли и безумия зрачках читалось желание когтями вспороть не только кожу, но и мою душу.

– А ты… осмелела, – хрипло выдавил он, впечатывая меня спиной в холодный камень перил. – Забыла, что любой твой вдох принадлежит мне?

Воздуха катастрофически не хватало не только мне: в каждом рычащем слове архонта что-то трескалось, ломалось. И вряд ли это была гордость.

– Я отпущу тебя… лишь … когда сдохнешь, – прошипел Рагмэйр, и на обычный крик его уже не хватало, только на последний приказ: – И это… случится сейчас же… если ты не ответишь на вопрос: что… со… мной?

Я вытянулась в тонкую, дрожащую струнку под его властной хваткой, поднялась на носки, ловя каждую крошку кислорода, но даже так не смогла – и, если честно, не хотела – перестать нагло усмехаться ему в лицо. Ведь я видела, как таяла при этом вся напускная храбрость мужчины, тонко чувствующего всю жуткую степень моего отчаяния.

Его приказ уже не имел значения, но он не мог позволить мне оставить правду скрытой, как лезвие в ножнах, которое пронзило его задолго до этого момента.

– Я отравила вас, архонт, – почти нежно выдохнула я, чувствуя, как горячее железо его пальцев на шее превращалось в ослабевающий обруч. – Теперь сыграем вместе: кто первым дойдет до грани?

Архонт никогда не любил проигрывать. И в доказательство этого в следующую секунду все изменилось.

Лицо Рагмэйра исказилось судорогой. Он зашипел сквозь стиснутые зубы, словно змея, которой наступили на хвост. Свет божественной силы в его глазах гас стремительно, сменившись чистой, животной болью.

Архонт резко отшвырнул меня в сторону, ведь больше не мог держаться сам. Я ударилась о стену, но устояла, аон, пошатнувшись, обеими руками вцепился в перила, просто чтобы не рухнуть на подкосившихся ногах. На лице четко проступил панический ужас, заставивший его схватиться за горло, которое не могло больше произнести ни звука, а только отчаянно хрипеть.

Я отпрянула от него, не чувствуя ни капли жалости, и рванула к дверям. Распахнув их настежь, чтобы звук эхом разнесся по коридору, я наполнила голос нарочито испуганной дрожью, играя роль хрупкой святой, застигнутой кошмаром:

– Стража! Архонту плохо! С-скорее!

Вихрь гвардейцев едва не впечатал меня в дверной проем, когда они ринулись на зов. Но они опоздали. Стоило им показаться на пороге, как их правитель, с глазами, зажмуренными от невыносимой агонии, безвольно перевалился через перила.

Пальцы судорожно вцепились в губы, скрывая мой всхлип. Роль испуганной иллириан нужно было играть до конца, хотя в тот миг грань между притворством и реальностью окончательно стерлась. В конце концов, я действительно не могла поверить в увиденное: мои цепи, мой ночной кошмар, душивший меня годами, так легко сорвался – или прыгнул? – в объятия Бездны.

Никто так и не понял, что произошло. Никто не узнал, что последняя капля моего терпения сорвалась с кончика ритуального ножа, отравившего священный Концентрат сил Нэалисса, которым архонт Пустынь привык никогда и ни с кем не делиться.

Теперь он лежал распластанный внизу, а внутри меня что-то, годами стоявшее на коленях, наконец поднялось во весь рост и уже не спешило опускать глаза.

Глава

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.