Елизавета Девитт – Бегущая от Тьмы (страница 14)
Кайл при этом бросил угрюмый взгляд на Данте, который в ответ даже бровью не повёл. Потому он всё же решился задать ещё один вопрос:
– А почему ты направилась в дом Геральда? Почему не в монастырь? Тебе же было нужно лишь ещё немного проехать.
– Время шло не на минуты, а на секунды до того, как я отключусь. А Геральд бывший военный, я понимала, что он может оказать необходимую первую помощь, – пожала я плечами, всё же пытаясь доесть оставшееся в тарелке, несмотря на то что аппетит куда-то подевался. – Ну а когда я оказалась здесь, от меня уже мало что зависело… – произнесла я, не задумываясь.
А Кайл вдруг зацепился за эту фразу и чуть ли не перегнулся ко мне через стол, спрашивая:
– Значит, Данте стал лечить тебя без твоего разрешения?!
В этот момент я всё же не выдержала и бросила вилку так, что та, отскочив, упала со стола. Наплевав на это, я ухватилась за взгляд парня и сама невольно подалась вперёд, чтобы сказать:
– Кайл, он спас мне жизнь! – прорычала я это так, что парень резко отпрянул назад. – Это всё, что ты хотел узнать? Или есть ещё что-то?!
Кайл с расширенными от удивления глазами вначале сглотнул, а после, побегав немного взглядом, всё же спросил, но уже тихо и не так обвиняюще:
– Но почему ты вообще пошла в лес одна? Да ещё и так рано? Ты ведь… никогда так не делала, – произнёс он то, что было самым важным вопросом из всех, которые он когда-либо мне задавал.
И мой пыл тут же угас при воспоминании о причинах. Однако, решив, что в моих проблемах совсем не было ничего магического, я созналась:
– Просто… меня мучали кошмары. Вот я и решила проветрить голову…
И тут неожиданную заинтересованность проявил молчавший, но внимательно следивший за всем маг.
– И давно у тебя кошмары? – лишь спросил он как бы между прочим, но меня всё равно пробирало до костей от одного только звука его голоса.
Смотреть на него и осознавать, что он всё же не плод моей детской фантазии, у меня получалось с трудом. Лишь его незримая сила, оплетающая всё вокруг точно паутиной, заставляла прийти в себя и поверить в происходящее: я была в его доме, где он с отцом меня спас. И я должна была как можно равнодушнее ответить на поставленный вопрос:
– Не так давно, чтобы мне хотелось жаловаться.
Рассказывать всё начистоту я не собиралась. И он это прекрасно чувствовал.
– Просто если захочешь, я мог бы помочь и с этим… – его слова, тёплые и обволакивающие, звучали почти заботливо.
Кайл при этом резко встал из-за стола. Его стул проехался по полу с неприятным скрипом, отражаясь в висках пульсирующим раздражением.
– Хватило нам твоей помощи, спасибо, – не скрывая яда в голосе прошипел Кайл, огибая мага со спины. – Пошли, Адель. Нам нужно зайти к старосте.
Я уже собиралась подняться, но в тот же миг встал и Данте. Его движение отзеркалило моё.
– Ей нужен отдых, а не допросы твоего отца. Ты слышал её рассказ, справишься с пересказом и сам, – произнёс синеволосый маг, с равнодушием глядя на ощетинившегося Кайла.
Тот резко наступал на него с тихим рычанием.
– Ты думаешь, я оставлю её с тобой ещё хотя бы на минуту? Да я…
Договорить Кайл не успел, ибо в комнату ворвался Геральд, который, как всегда, очень быстро взял дело в свои руки.
– Уже уходите, Кайл? Рад, что тебе стало легче, Адель. Может, вам коня дать, чтобы было проще передвигаться? Пойдёмте, я отвяжу для вас своего гнедого, – его голос звучал нарочито буднично. Он будто не замечал двух гончих, готовых вцепиться друг другу в глотку. И этим он спасал всех.
Геральд, наплевав на двоих щенков, подошёл ко мне и, предложив руку помощи, молча повёл прочь из кухни. Как я была за это благодарна, думаю, он прочитал по моим глазам.
Кузнец действительно очень быстро подготовил для меня коня. Хотя идти здесь было немного, он всё равно помог забраться на спину лошади и не дал упасть от нахлынувшего головокружения.
– Спасибо, Геральд, дальше я сам, – голос Кайла всё ещё был хриплым, но уже без той оглушающей ярости.
Данте остался на крыльце, ничего не говоря. В нём снова сквозила каменная неподвижность статуи. Только чёрные глаза всё равно умело выжигали дыру между моих лопаток. У меня просто не было сил, чтобы ответить ему достойно.
– Веди аккуратно. Она действительно пока ещё очень слаба.
И в этих словах мага было куда больше тревоги, чем он мог позволить себе показать. Он знал, насколько хрупким сейчас было моё состояние.
Я и правда едва держалась в седле. Магическая энергия, которую он вогнал в моё тело, всё ещё бродила под кожей, как волчья кровь: горячая, насыщенная и опасная. Она казалась чужой, но сейчас… сейчас я ей была обязана дыханием.
И всё же, несмотря на шаткое сознание, я обернулась. Не нужно было, но я всё равно это сделала. Потому что там – он. Потому что часть меня хотела вновь убедиться, что это не мираж, не порождение старых, больных снов.
Я встретила его взгляд и потерялась в глубокой, как бездна, пропасти.
– Поговорим позже? – спросил он сквозь расстояние и условности, что были между нами всё это время.
Я замерла. Лёгкие на миг перестали работать. Сердце невзначай совершило пару сальто. Ведь он говорил со мной, но не вслух.
Магическое прикосновение, будто прохладная вода на раскалённой коже, проникла в меня мягко, но оставила после себя след. Он не просто обошёл мою защиту, он прошёл сквозь неё, словно знал тайную дорогу с самого начала. И маг, не знающий, что нельзя было ему так красиво усмехаться над моим шоком, выводил меня явно из себя.
Кайл тем временем разворачивал лошадь. Его хватка была крепка, а взгляд малахитовых глаз всё ещё напряжён. Он хотел увести меня отсюда, спрятать подальше и спасти. Даже если никто его об этом и не просил. И я позволила ему. Пока.
Но внутри – гул. Гул как от раската грома, который ты слышишь уже после вспышки.
Я опустила голову, вцепляясь в гриву лошади, и сделала глубокий вдох, чтобы выровнять пульс. Чтобы вернуть себе хотя бы подобие контроля.
Лишь бы этот прекрасный сон, что стал вдруг явью, не обернулся моим новым кошмаром.
Глава 7
Староста слушал мой рассказ о произошедшем с ещё большим скептицизмом, чем Кайл. Его взгляд, хоть и оставался внешне вежливым, стекленел с каждой новой фразой моего повествования. Стоявшая рядом мать-настоятельница и вовсе могла лишь охать и порицающе качать головой.
Ну а уж когда она узнала, что меня вылечил приезжий сын нашего кузнеца, то и вовсе разоралась о том, что я теперь проклята. При этом мои мечты, что мне всё же удастся пожить в монастыре ещё какое-то время, таяли прямо на глазах.
Я была абсолютно права в одном: магию здесь презирали куда сильнее, чем умышленное убийство. Мрачное выражение лица матери Кайла подтверждало это, несмотря на то что раньше эта добрая женщина всегда была на моей стороне.
Теперь же, окончив свой рассказ, я внезапно наткнулась на гулкую тишину. Сестра Маргарет, встретив мой взгляд, просто вышла из комнаты, громко хлопнув дверью.
Староста всё ещё сидел напротив, сцепив пальцы у губ, словно взвешивал мои слова на весах. Его лицо не выражало враждебности, но и тепла в нём больше не было.
– Она не выгонит тебя, не переживай. Ты слишком много денег приносишь их монастырю… А вот со статусом прислужницы, вероятно, после того, что ты сделала, придётся попрощаться.
Он говорил спокойно, без осуждения. Но за этой интонацией скрывалось всё то же: недоверие, осторожность, внутренняя отстранённость.
– Я лишь хотела выжить. Разве это не ясно?
За моей спиной Кайл всё это время молчал. Топтался, тяжело дышал, но не встревал. Не знаю, что именно он переживал. Возможно, боролся с желанием встать на мою сторону. Или наоборот.
– Я понимаю, Адель. Просто твоя история и то, что мы видели в лесу своими глазами, не может не поражать.
Староста сделал небольшую паузу, прежде чем произнёс:
– Ты знала, что это были не обычные разбойники, а контрабандисты, которые перевозили оружие на ту сторону горы для орков?.. Вижу, что не знала. Вот и ты пойми: мы несколько озадачены тем, что одна девчушка управилась сразу с толпой опытных головорезов, – медленно и спокойно объяснял мне ситуацию этот мужчина с проседью, который немало повидал на своём жизненном пути. Но, опуская взгляд, он всё же тише добавил:
– Однако я всё равно рад тому, что тебе удалось спастись. Пусть и с такой нежелательной помощью.
Недовольство, сквозящее во взгляде старосты, заставило меня на мгновение замолчать. Я тут же скрестила руки на груди, словно пыталась скрыться за этим жестом от слишком острых слов, но всё же не выдержала и решилась сказать:
– Простите, но я не могу не поинтересоваться…
Ответ на непроизнесённый вопрос приходит сразу, словно мужчина точно знал, что я не смолчу:
– Тебя интересует, почему мы так к нему все относимся? – староста устало откинулся в кресле, и его голос стал сухим, как старая бумага. – Всё просто, Адель. Мы слишком хорошо знаем, на что он способен.
Мужчина сделал паузу, и в этой тишине чувствовалось не раздражение, а нечто куда более мрачное.
– Данте нестабилен. И может нанести вред, даже не желая того. В детстве он совершенно не мог контролировать свои способности: они прорывались наружу и несли сплошной хаос. А теперь, когда Данте вырос и стал сильнее… он может быть опасен не только для себя.