Ничто-ничто не вечно под луной.
Как солнце светит! И я верю слепо:
В его лучах там райские сады,
И лотос распустился на ступенях,
И Ангел вдаль уводит от беды,
И словно волны свет струится, пенясь.
И вот иду за Ангелом своим.
Он кроток и внушает мне доверие.
Цветы все распускаются пред ним.
И вдалеке обрисовались двери…
Я по ступеням золотым взойду,
Там свет струится, превращаясь в золото.
Своей душе Отраду там найду.
Душа, пребудь всегда свежа и молода!
О! Там за дверью ждет меня Жених.
Лишь для Него хотела быть святою…
С плеча спадает шелк одежд моих…
В Его объятья упаду звездою…
Душа моя в томлении… Скорей…
Я восхожу. Последние ступени…
И на челе божественный елей,
И ангельское слышится мне пение!
«Море черное…»
Море черное
Смотрит молодо,
Отливают кудри
Червонным золотом.
«Длинны изящные, смуглые руки…»
Длинны изящные, смуглые руки,
Кисти тонки, чуть бледны…
Ты, наклонившись, слушала звуки
В пляске веселой волны.
Резвая стайка знакомых пингвинов
Мирно плескалась в воде…
Как ты прекрасна, моя Жозэфина,
В девичьем платье, в фате!
Белое платье – коралловый пояс,
В кудрях коралловый цвет,
Волосы пышной копною по пояс,
Свет на лице, как рассвет!
Черные брови, каштановый волос.
Берег, заоблачный плес!
Нежный и милый ласковый голос
Душу волнует до слез!
«Твои грезы слишком смелы…»
Твои грезы слишком смелы,
Слишком пламенны мечты.
Твое розовое тело…
О, как ты порозовела —
Из огня и страсти ты!
Твои волосы, как факел,
Факел рыжих знойных грез,
Твои губы, словно маки,
Твои кудри, словно злаки
Злато-огненных волос.
Лепестков нежнейший бархат,
Крылья легких мотыльков,
Твои губы с соком ягод —
Сама нежность, очи – яхонт,
Зазывают Вас в альков.
Жизнь потоками струится,
Проростают зеленя,
Как же тут не изумиться?
И шумит, шумит пшеница,
И река течет, маня. 
