Елена Райдос – Круг Офира (страница 10)

Слушая, как Елизавета с профессиональной скрупулёзностью перечисляет приметы незнакомца, Влад всё больше мрачнел, потому что не опознать в этом портрете того парня, которого видела Ирма, было просто невозможно. Значит, не зря его чуйка так возбудилась, этот белобрысый здоровяк точно был замешан в историю с забывчивыми клиентами по самое не балуйся. Стоило только детективу подумать про странную эпидемию амнезии, как его буквально накрыло новым откровением. Похоже, после стрельбы сие странное заболевание сошло на нет.

Судя по тому, что рассказал следователь о поведении стрелка, тот был не просто напуган, а откровенно в шоке от ситуации, в которой оказался, то есть вёл себя естественно. По идее, вирус забывчивости должен был атаковать соседа Владимира Семёновича, но этого не произошло. Гражданин Стешин явно был совершенно адекватен и ничем не напоминал того враждебного типа, который впервые встретил детектива на пороге своей квартиры. Ну и кому же передалась эта зараза? И тут Владу пришла в голову весьма настораживающая мысль. А что если вирус передался спасителю Елизаветы? Не даром же парень, совершивший, в сущности, героический поступок, вдруг вздумал скрываться от правоохранительных органов.

– Ну и чем это может грозить свидетельнице его стычки с неудачливым киллером? – задал себе вопрос Влад. – Вдруг в состоянии полного неадеквата этот герой вздумает от неё избавиться?

Пока следователь опрашивал Елизавету и Петра Гавриловича, переполошившийся братик принялся строить планы по защите потенциальной жертвы маньяка, заразившегося неизвестным науке вирусом. В своём приступе паники он уже почти собрался запросить включения Елизаветы в программу защиты свидетелей, но вовремя одумался. Во-первых, никаких видимых причин подозревать в агрессии мужчину, буквально закрывшего её от пули своим телом, не имелось. Но главное, Влад сразу понял, как свободолюбивая сестричка отреагирует на его неуместную инициативу. И всё же предпринять меры для защиты Елизаветы было нужно, а потому, когда следователь покончил с фиксированием свидетельских показаний и, пообещав держать детектива в курсе расследования, убрался восвояси, Влад тут же насел на свою помощницу.

– Ветка, давай, ты поживёшь у родителей,– его голос прозвучал заискивающе, поскольку он отлично знал о стремлении своей кузины к независимости. – Или поезжай в отпуск, желательно за границу. Я оплачу билет.

– С какой стати ты хочешь от меня избавиться? – ожидаемо возмутилась помощница детектива. – Я же главный свидетель.

– Именно поэтому,– Влад устало вздохнул. – Не нравится мне что-то твой новый знакомый. Неужели тебе самой он не показался странным?

Где-то с минуту Елизавета задумчиво смотрела в потолок, как бы что-то припоминая, однако рассудительный братик напрасно рассчитывал на благоразумие своей сестрички. В глазах девушки появилось эдакое мечтательное выражение, которое никак не могло быть предвестником рационального решения. И её следующая реплика только усугубила уверенность детектива в том, что сюрпризы в его расследовании пока не закончились.

– Он назвал стрелявшего альвом, и это явно было не имя, потому что он сказал «этот альв»,– озадаченно пробормотала Елизавета, явно думая о чём-то отвлечённом. – А кто такие альвы?

– Да какая разница,– Влад уже откровенно разозлился. Он тут в поте лица пытается спасти жизнь своей кузине, а эта безмозглая курица смакует воспоминания о встрече с маньяком. – Неужели это всё, что показалось тебе странным? – язвительно поинтересовался детектив. – А то, что парень скрылся с места преступления, тебя не насторожило? Ты же будущий следователь, включай мозги.

– Может, он погнался за стрелявшим,– выдвинула предположение помощница детектива. – Ты же не думаешь, что Владимир Семёнович мог в меня стрелять? Успокойся,– она погладила встревоженного начальника по голове,– мне ничего не грозит.

Влад понял, что взывать к рассудку Елизаветы бессмысленно. Беспечная девица совершенно не видела угрозы, исходившей от её спасителя. Возможно, если бы заботливый братик с самого начала посвятил её в свою, прямо скажем, конспирологическую версию с эпидемией амнезии, то сейчас ему было бы гораздо проще убедить сестричку быть осторожной. Увы, Влад упустил свой шанс, убоявшись прослыть в её глазах вздорным фантазёром и потерять авторитет умудрённого опытом детектива. Теперь уже было слишком поздно затевать подобный разговор, поскольку проницательная барышня без сомнения сочтёт его откровения попыткой манипуляции. Так что убеждать её в том, что спасший её парень уже мог стать совсем другой личностью, было совершенно бесполезно.

Поскольку надеяться на помощь правоохранительных органов не приходилось, Влад принялся сам скрытно охранять свою кузину. Три дня он таскался за ней практически сутками напролёт, но так и не заметил ничего подозрительного. А на четвёртый день пришли результаты экспертиз, которые однозначно доказали, что стрелком был гражданин Потапенко В.С. На его руках и одежде были обнаружены следы пороха, и кроме его пальчиков на пистолете не было других отпечатков. А вот кем был белобрысый качок, установить не удалось, поскольку его ДНК не совпала ни с одним из образцов в базе данных полиции.

Во плоти сей таинственный незнакомец так и не объявился, однако само по себе отсутствие данных вроде бы свидетельствовало о том, что на спасителе Елизаветы не висело никакого криминала. Разумеется, это не снимало с него подозрения в неадекватности, которая обычно сопутствовала заражению вирусом забывчивости, но Влад всё равно немного успокоился и перестал преследовать свою сестричку с упорством маньяка. И надо же было такому случиться, чтобы именно тогда на сцене снова появился роковой блондин.

Глава 4

По понятным причинам Вит не питал тёплых чувств к барону и его слугам, но оставить их тела на растерзание падальщикам ему было как-то неловко, что ли. Это было тем более странно, что в Аэрии отношение жителей к своим физическим телам было сравни отношению к одежде. Все аэры давно уже научились контролировать процесс перевоплощения, а потому смерть физического тела не воспринималась ими как катастрофа. Если травма или болезнь были тяжёлыми, то они предпочитали не лечить свои тела, а менять. Более того, зачастую аэры уходили на перевоплощение просто потому, что им хотелось внести нотку новизны в свою жизнь. А некоторые, особо притязательные, вообще проходили специальное обучение, уничтожали свои физические тела и зависали в астрале надолго, если ни навсегда.

Но в Игре смерть была фатальным событием, она полностью стирала память и личность аватаров. Не удивительно, что бедолаги относились к своим телам с религиозным трепетом, и похоронные ритуалы стали частью их духовной культуры. По идее, игроку все эти заморочки должны были быть до лампочки. Более того, Вит сильно сомневался в том, что баронская братия озаботилась бы похоронами повешенных ландскнехтов. Если бы не налёт неизвестных всадников, то эти уроды, наверняка, оставили бы трупы висеть на ветках дуба, а сами свалили искать новых развлечений. Поступить с их телами симметричным образом было бы только справедливо, но Вит отчего-то не смог. Он нашёл какую-то рабочую одежду хозяина хутора, переоделся и весь остаток дня стаскивал трупы в хозяйский дом для огненного погребения. Когда поляна была очищена, солнце уже спряталось за лесом, и стало заметно холодать.

– Ничего, сейчас согреемся,– мысленно подбодрил себя поджигатель, разводя огонь с помощью ещё тлевших углей, найденных в сгоревшем амбаре. – И ведь хоть бы одна сволочь помогла,– посетовал он. – Вот ведь твари ленивые.

Когда дом уже занялся с четырёх сторон, за спиной добровольного похоронного агента вдруг раздалось вежливое покашливание. Оказывается, кто-то наблюдал за его работой. Вит обернулся и сразу заметил стайку девчушек, старшей из которых было лет пятнадцать, а младшая совсем недавно научилась нормально ходить.

– Дядя, зачем ты поджёг дом герра Ли́эма? – худенькая как тростинка девочка вынула пальчик из носа и указала им на занимающийся пожар.

– У Нойманов был самый крепкий дом в округе,– поддержала подружку девчушка постарше,– это все знают.

Вит хотел уже было объяснить малышне, что никто не захочет тут жить после того, как на этом месте убили столько людей, включая и семейство того самого Ноймана, однако его правдорубский порыв остановило вмешательство самой старшей девочки, которую по меркам этой локации, наверное, уже правильней было бы называть девушкой.

– Идите домой,– безапелляционно распорядилась старшая,– и не нужно об этом болтать.

Похоже, среди малышни эта барышня пользовалась непререкаемым авторитетом, никто даже не попытался возразить, не говоря уж о том, чтобы ослушаться. Девчонки подхватили свои юбочки и словно стайка весёлых стрижей полетели в сторону деревни. Но сама старшенькая и не подумала присоединиться к своему эскорту. Она без всякой боязни приблизилась к незнакомому мужику и уселась рядом с ним.

– Нойманов убили, да? – голос её прозвучал тихо и печально, в нём было лишь сочувствие и никакого страха или отвращения. – А детей?

– Всех,– мрачно подтвердил Вит. Он ответил на автомате и только потом сообразил, что уже может говорить. Правда, его голос звучал хрипло и тихо, но вполне разборчиво. Помогла-таки вонючая дедова настойка.