Екатерина Исавнина – Шепот Прошлого: Пропавшая наследница. Часть 1 (страница 3)

– Ну скажешь тоже… – покраснел Габриэль, слегка потупившись.

– А меня зовут Скай, – не переставая говорить, продолжил второй мальчик. – У меня пока нет своего духа, но когда он появится, я точно буду таким же сильным, как Габриэль! – Его глаза светились уверенностью. Он махнул рукой в сторону третьего мальчика: – Это Эвен, он самый младший из нас. И у него тоже пока нет тотемного животного.

Мальчик с черными волосами коротко помахал Иларии рукой, но ничего не сказал, явно предпочитая молчание. Его тёмные глаза внимательно следили за происходящим, хотя он держался немного в стороне от двух друзей.

– А как тебя зовут? – спросил Скай, склоняя голову набок, словно это должно помочь получить ответ. – У тебя есть дух?

Илария отрицательно покачала головой, указывая ладонью на горло, давая понять, что не может говорить. Она изучающе обвела ребят взглядом.

Габриэль был высоким и миловидным, его длинные руки и вытянутое тело придавали ему сходство с медведем, особенно если учесть его широкие густые брови и большие миндалевидные глаза цвета коры дерева. Длинные тёмно-русые волосы были собраны в хвост, что делало его ещё более внушительным, хотя взгляд у него был мягким.

Скай, напротив, выглядел гораздо живее и дружелюбнее. Светло-русые волосы с пепельным оттенком спадали на его круглое лицо, а в больших любопытных глазах было столько энергии, что казалось, они вот-вот выскочат из орбит. Иларии стало смешно при виде этого, и она отвернулась, чтобы не смутить мальчика, и тихо откашлялась.

Эвен же был совсем другим – замкнутый, молчаливый, он держался от остальных на расстоянии. Его квадратное лицо с пухлыми щёчками и короткими чёрными волосами казалось непроницаемым. Но что-то в его молчаливой позе заставляло чувствовать спокойствие.

Как бы они не отличались внешне, их объединяло одно: эти мальчики внушали Иларии доверие. Им хотелось верить, с ними хотелось быть рядом. Эта необычная ситуация, произошедшая столь внезапно, неожиданно помогла Иларии найти свой круг общения. И с тех пор она часто находилась в компании своих новых друзей.

Спустя некоторое время после того инцидента с птенцом и оврагом, Иларии дал о себе знать дух леса. Но, в отличие от ожидаемой радости, первое превращение в её тотемное животное оказалось гораздо страшнее, чем она могла себе представить.

Трансформация всегда была мучительной для детей. Часто размеры тотемного животного не соответствовали человеческому телу: например, Габриэль, её друг, с малых лет превращался в медведя. Илария не раз наблюдала, как тело Габриэля менялось – его детские кости покрывались слоями мышц, и это вызывало у него невыносимую боль. Она видела, как его рост и габариты становились гораздо больше человеческих, как будто его тело неумолимо расширялось и вытягивалось. Её маленькая душа содрогалась, глядя на страдания друга, но ни одно зрелище не могло подготовить её к собственной трансформации.

Первое превращение Иларии было сравнимо с агонией. Её тельце словно разрывалось на куски, чтобы принять облик величественной, но опасной пантеры. Эта паника, этот ужас буквально раздирали её изнутри, как если бы каждую клеточку её тела пропитывала мучительная боль. К тому же, после превращения, уже находясь в форме пантеры, боль не отступала, пропитывая её кошачье тело до последней клетки. Это ощущение постоянной физической муки стало её новой реальностью, и этот факт казался Иларии невыносимым.

С нехарактерной для неё горечью и завистью Илария иногда думала о том, как повезло её другу Скаю. Его тотемное животное было птицей, и трансформации для него происходили намного легче. Ведь те, чей дух леса был птицей, почти не меняли своего изначального размера, что избавляло их от страданий, подобных тем, которые испытывали Илария и Габриэль. Скай мог принимать облик своего тотема так легко, как будто это было игрой. Он мог с лёгкостью парить над горами и лесами рядом с их поселением, тогда как Илария и Габриэль были вынуждены скрываться в глубине леса, далеко от посторонних глаз.

Однако, птицы гораздо чаще остальных попадали людям на глаза. Илария не раз слышала рассказы о гигантских ястребах и коршунах, которые внушали суеверным путешественникам ужас, если те сталкивались с ними в горах.

Для Иларии Эвен был тем, кого можно назвать «счастливчиком». Весь поселок знал, что он до сих пор не был избран духом леса. Многие уже начали шептаться о том, что, возможно, ему вовсе не суждено обрести тотемное животное. Эти слухи основывались на том, что его отец никогда не имел духа леса, а мать происходила из семьи, где она была вторым ребёнком – а среди вторых и третьих детей шансы на получение духа леса были крайне малы.

Со временем, когда её тело росло и крепло, Илария поняла, что боли от трансформаций немного ослабевали. Многочисленные тренировки делали её кости и мышцы более податливыми к переменам, и вскоре она смогла трансформироваться даже во время движения. Однако, этот навык требовал огромной выдержки и силы воли, и лишь немногие из избранных тотемами решались достичь такого уровня. Габриэль был одним из этих немногих.

Его врождённая сила воли и упорство помогли ему выдерживать нестерпимые боли при превращении в медведя с детства. Мальчишка с огромными конечностями по сравнению с человеческими размерами продолжал тренироваться, несмотря на мучения. Он постоянно боролся с болью, и постепенно его тело стало более тесно сливаться с тотемным животным. С каждым разом Габриэль трансформировался всё легче, добиваясь гармонии с медведем внутри себя.

Илария восхищалась его упорством. Она и сама начала тренироваться с целью облегчить свои собственные превращения. Однако после нескольких попыток, осознав, что больше не может терпеть ту боль, что сопровождала её трансформации, она прекратила занятия.

Родители Иларии долго не могли поверить, что их хрупкую и маленькую дочурку выбрало столь мощное и редкое животное, как пантера. Учитывая, что статус и положение семьи в обществе напрямую зависели от силы тотемных животных, выбор духа стал для них настоящим подарком судьбы. Они были безумно рады, ведь это сулило семье большие перспективы.

Будучи маленькой девочкой, Илария много времени проводила со своей старой, почти слепой бабушкой. Та, поднимая вверх указательный палец, всегда наставляла внучку, что в их поселении "Скалистые водопады" положение человека столь же изменчиво, как вода, и непредсказуемо, как острые камни под ней. Бабушка не просто поучала, но и часто рассказывала Иларии истории о прошлом. Особенно девочке полюбилась легенда о происхождении их поселения, которую она никогда не уставала просить пересказать.

– Бааа, расскажи, пожалуйста, легенду о Скалистом водопаде! – просила Илария, уютно устраиваясь у ног своей бабушки. Обычно такие просьбы возникали в дождливые, пасмурные дни, когда выходить на улицу совсем не хотелось.

– Ты же слышала её уже столько раз, девочка моя, – притворно удивлялась бабушка, улыбаясь.

– Но она моя самая любимая!

От этих слов старушка всегда оживлялась. Её морщинистое, обветренное временем лицо озаряла светлая, счастливая улыбка. Взяв в руки спицы, она начинала свой рассказ, сопровождая его ритмичными движениями рук.

– Это было так давно, что уже почти никого не осталось, кто бы помнил, как звучит истина. Но эта легенда связана с нашим появлением на этих землях.

Каждый раз бабушка начинала с этих слов, будто собиралась раскрыть Иларии великую тайну. И девочка, чувствуя себя причастной к чему-то древнему и волшебному, каждый раз открывала рот от восхищения.

– Когда-то здесь не было ни поселений, ни людей, – продолжала бабушка. – Только бескрайние поля, густые леса, реки и водопады. Это место было любимым для наших создателей. Летом они часто устраивали пикники у подножия водопада и, охваченные прохладным ветерком, наслаждались красотой природы. Но однажды одна из Богинь, отдыхая у реки, заметила что-то белое, похожее на свёрток. Она величаво подошла к нему и подняла, удивлённая тяжестью содержимого. Ткань была мокрой, холодной, и…

– Тебе не будут сниться кошмары? – с мягкой заботой спросила бабушка, прищурив глаза.

– Нет, Ба, продолжай! Я уже взрослая! – уверенно ответила Илария.

Старушка засмеялась и продолжила:

– Богиня, не разворачивая свёрток, отдала его самому главному из Богов. Им не нужно было снимать ткань, чтобы понять, что внутри мёртвое существо. Глава поднял свёрток над головой, и на лицах Богов отразились печаль и скорбь. Потом свёрток истлел и его пепел разлетелся по ветру. Но грусть Богов была недолгой, ибо они знали, что тела хрупки и подвержены недугам. И вот однажды они снова нашли у водопада маленькое тело, завернутое в тряпьё, но на этот раз Боги уже не удивлялись, кроме одной Богини – той самой, что нашла первый свёрток. Она начала приходить к водопаду всё чаще, надеясь увидеть того, кто приносит эти тела. И каждый раз это были женщины. Тогда Богиня рассказала об увиденном остальным, и Боги разгневались на людей за жестокость.

Старушка вздохнула, подбирая слова.

– Но Боги были милосердны, они любили людей, даже тех, кто не ценил жизнь. Подумав, они решили даровать людям дар, который позволил бы им жить в гармонии с природой. Так появился дух леса. Но этот дар получили только те младенцы, которых родители бросили. Одна из Богинь вдохнула в них жизнь, а другие вложили в них свою силу, создавая нечто особенное – то, что до сих пор живёт в нас.