Дарья Тарасова – На краю серого моря (страница 4)

– Туше. Признаюсь, я рассчитывал снискать приют в этом доме, укрывшись от сырости и ночи, но никак не ожидал, что он окажется пуст. Мой путь оказался слишком долгим и изнурительным, и я никак не смог отказать себе в коротком отдыхе. Прошу прощения, это было весьма невежливо с моей стороны.

Казалось странным извиняться перед ней, она ведь всего лишь неживой фантом, а говорит так, будто мнит себя здесь хозяйкой. Но Велиан не привык действовать опрометчиво, если есть возможность сгладить углы и решить всё дипломатически, в чём он был действительно непревзойдёнен. Он продолжил:

– Могу я узнать, где хозяева?

– Их сейчас нет.

– Не подскажите, когда они вернутся?

На мгновение показалось, что в глазах девушки блеснула вспышка, но почти сразу погасла, оставив скорбную пустоту.

– Не могу сказать, – призрак казалась немного растерянной, и отчего-то от неё ещё больше повеяло печалью.

«Явно скрывает что-то. Не говорит мне, надеясь, что я скорее уйду? Знать бы, на что этот призрак вообще способен, и почему он здесь как караульный. Мне не стоит рисковать, но нужно заговорить её, дождаться живых хозяев дома, и тогда она исчезнет сама или они расскажут, что с ней делать».

Велиан был уверен, что найти подход к молодой, хоть и не очень живой, девушке, он сумеет, и это позволит ему-таки выяснить, что тут происходит и как он может повернуть это в свою пользу.

– Позвольте поинтересоваться, давно ли вы тут оказались и как я могу к вам обращаться? – ещё более располагающе спросил он.

– Я всегда была здесь, как появилась. Меня зовут Прозерпина Макваллен.

Горный ручей её тихого голоса обрушился на Велиана ледяным потоком – имя девушки ошарашило его ещё больше, чем сам факт её присутствия в образе призрака. Только резко вздернувшаяся ко рту ладонь помогла ему сдержать чуть не сорвавшийся с губ вскрик.

– Роз… Прозерпина? Это вы? Но как… Но что с вами произошло? Почему вы…

Не приходя в себя, Велиан открывал и закрывал рот в попытках собраться и сконцентрировать свои мысли в слова, но из горла выходил только воздух. Он теперь жадно, почти неприлично с точки зрения живых осматривал Прозерпину с ног до головы, особенно вглядываясь в её лицо.

– Кхм, – она слегка вздрогнула, услышав своё имя, но сохранила непоколебимое изваяние на лице, хотя в подобной ситуации вполне следовало ожидать возмущения. – Ваш вопрос мне неясен, кроме того, не вижу причин, по которым вас должны касаться дела мои или моей семьи.

«Неужто она не понимает, что умерла? Или действительно посмертно хозяйничает в этом месте? Что ж, похоже выбора нет, ответ придётся нести перед ней, а не то мало ли, что вытворит. Может, так даже и лучше».

– Ах, да-да, конечно, – Велиан наконец-то взял себя в руки и размеренно начал доставать из закромов тысячи раз отрепетированную речь. – Госпожа Макваллен, я пришёл в ваш дом по очень серьезному и важному делу, касающемуся всей вашей семьи. Видите ли, мне выпала честь состоять на службе с вашим братом Сильваном, более того, мы были не только сослуживцами, но добрейшими приятелями. Я проделал длинный, тяжелейший путь, чтобы оказаться в этом доме. Всё, чтобы выполнить его поручение, возложенное на меня. Оправдать доверие моего драгоценного друга, с которым судьба свела нас при столь несчастливых обстоятельствах. Удовлетворить его драгоценнейшую просьбу. Предсмертную просьбу…

Велиан состроил скорбную мину и сделал драматическую паузу, как актер, читающий монолог и ожидающий реакции от своего зрителя. По крайней мере, в своих репетициях на этом моменте он уже успокаивающе покачивал на груди мать и сочувственно предлагал платок сестре. Но Прозерпина не выразила никаких эмоций, будто вовсе не поняла ни одного слова, сказанного ей. Тогда Велиан, собрав в горле ком печали, с лирическим надрывом произнес:

– Госпожа Макваллен… Прозерпина, о, как мне жаль вам сообщать эту новость, но ваш многоуважаемый старший брат погиб.

На несколько секунд ему показалось, что и этот этюд не возымел на неё никакого эффекта, но смысл его слов наконец-то стал доходить до призрака – по всему её облику прошла дрожь, словно рябь по глади озера, тронутой ветром, пустые глаза наполнились бриллиантами, а из груди вырвался душераздирающий крик. Безусловно, в некоторой степени Велиану был приятен столь бурный отклик, но в то же время стало страшно от того, на что способно потустороннее существо в буйстве эмоций. Лицо призрака застыло маской ужаса и отчаяния, она закрыла его руками и стекла на ступени. В других обстоятельствах молодой человек уже предложил бы свое плечо за неимением жилетки, но нутро скомандовало ему не приближаться. Вместо этого он стал тихо пятиться, озираясь в поисках убежища. Но когда в следующий раз Велиан обернулся на источник угрозы, там никого не было. Лестница была пуста.

«Где она? Просто взяла и исчезла! Может, я сказал что-то, что позволило её изгнать?»

Слабо осознавая происходящее, Велиан взбежал по лестнице и осмотрел второй этаж, заодно с облегчением приметив свои вещи в одной из комнат. Затем спустился, прошёл по холлу и изучил гостиную – комнаты были не тронуты чьим-либо присутствием, ни живых, ни мертвых. Он подошёл к окну, усмиряя учащенное от быстрой ходьбы дыхание, и попытался успокоиться, но интуиция подсказывала, что это не конец. В ответ на немой вопрос, в серости за окном взор Велиана различил силуэт девушки, стоящей у самого края туманного моря и взирающей в невидимый горизонт. Казалось, она должна была быть постоянным, неотъемлемым элементом этого пейзажа, как слабо горящая посреди мрачной комнаты свеча. Но теперь, именно в этот самый миг порыв морского ветра, нежно обнявший её за плечи, затушил последние искорки едва живого огня, оставив лишь тонкую вуаль дыма, тянущуюся к небу. Волна тумана накатилась на зелёный берег, покрывая девушку целиком, и утянула её в свою пучину, не оставив после себя ничего, кроме изумруда травы.

Велиан несколько раз зажмурил и протер глаза, отгоняя странное видение, но задний двор уже выглядел как прежде. Помотав головой и убедившись, что за окном никого нет, он задёрнул шторы и вернулся в комнату. Шестерёнки разума стали понемногу отмерзать и восстанавливать свой ход – им предстояло определить дальнейший план действий. Размышления же об эзотерической составляющей этого дня были отложены в самый дальний ящик, потому что сейчас желудок молодого человека наконец-то стряхнул с себя адреналин и громогласно заявил хозяину о своём присутствии. Велиан поморщился и направился в сторону кухни, к которой можно было пройти из гостиной через столовую и небольшой коридор. Не может же быть, чтобы в таком большом доме не осталось хоть каких-нибудь запасов.

На кухне на плите стояло несколько пустых медных кастрюль, по многочисленным светло-салатовым ящикам были распиханы специи и утварь, баночки с солью, сахаром, какими-то непонятными соусами и орехами. Последнюю Велиан прихватил и тут же бесцеремонно открыл, продолжая свой осмотр с банкой подмышкой и щелкая на ходу скорлупки. Кухня была не очень большой, но довольно просторной – она изгибалась вокруг небольшого островка с плитой прямо посередине. Обходя его, в конце своей дуги Велиан уперся в большую дверь с коваными перепонками.

«Ага, вот и кладовая. Надеюсь, там хватит еды хотя бы на первое время, пока я придумаю, как лучше поступить. Судя по состоянию дома здесь никого нет несколько недель, если не месяцев, так что какие-то припасы точно должны были сохраниться».

Велиан отложил в сторону банку орехов, высыпал в кучку скорлупки, скопившиеся у него в ладони, и с предвкушением потянул ручку двери, но та не шелохнулась. Он попробовал толкнуть её в обратную сторону, но эффекта не было – дверь была наглухо заперта.

Ключ. Ключ должен быть где-то неподалёку. И снова ящички, шкафчики, стенки, тумбы, под тумбами, за шкафчиками… Ключа не было. Практически в отчаянии Велиан подбежал обратно к двери и стал всем весом наваливаться, толкать, дёргать, колотить, но та была слишком велика, чтобы поддаться. Велиан грязно выругался.

– Молодому человеку не следует так выражаться, особенно в этом доме.

На этот раз он не испугался – у него уже некоторое время было ощущение, что за ним кто-то следит, хотя манера призрака так подкрадываться начала его раздражать. Да, так просто избавится от неё ему явно не удастся. Велиан посмотрел в зеркальные глаза Прозерпины, которые стали тяжелее, а круги под ними угрюмее.

– Должна попросить у вас прощения, я повела себя не как полагается гостеприимной хозяйке. Вы, верно, голодны с дороги. – Образ девушки оставался все таким же стеклянно-холодным, но её голос слегка смягчился, сохранив при этом горный хрусталь в своем потустороннем звучании. – Закройте глаза.

– Что? Зачем? – недоуменно спросил Велиан.

– Дверь не открыть без ключа. Прошу, закройте глаза, это же секрет, – с девичьей наивностью простонала призрак, с просьбой глядя на него.

Он решил не возражать и закрыл левой ладонью глаза, оставив на всякий случай свободной правую – мало ли, что девушка удумает. Велиан услышал приглушённый скрип кухонной мебели и аккуратный звон посуды, а вскоре прозвучало несколько ярких щелчков в замочной скважине.

– Мне нужна ваша помощь. Кажется, она слегка заржавела.