Дарья Быкова – Вербера. Ветер перемен (СИ) (страница 132)

смог, тот сбежал и, вероятно, затаился, но Лейрон об этом так и не

узнал. Умер.

С солдатами и Кирреей пришли свежие лошади, чистое бельё и

ощущение, что всё закончилось. Может, и обманчивое, но упоительно-

восхитительное. Сама Киррея почти сразу, наобнимавшись с братом и

выслушав краткий пересказ, отправилась обратно, а солдаты

сопровождают нас в столицу.

Я щурюсь на солнце, покачиваясь на лошади, и думаю, что с Рравешем

надо поговорить. А впрочем… надо ли? Зачем мне говорить с ним, если

он не хочет говорить со мной? А он не хочет. Ведь… хотел бы, заговорил

бы? Иногда мне кажется, что я чувствую взгляд паладина, тяжёлый, горячий… но ни разу мне не удаётся его поймать.

Зато уж чьих взглядов я ловлю в избытке, даже отчаянно того не желая, это Его Величества Киррона. Он побрился, приоделся, и приобрёл куда

более солидный и изысканный вид, несмотря на худобу, и

расспрашивает меня о моей жизни так подробно, что я не знаю, куда

деваться. И совсем не по себе мне становится от того, что на третий

день пути я замечаю в его глазах определённо мужской интерес. И даже

когда мы встречаемся с имперскими магами и королевой Иррийной, Его

Величество продолжает уделять мне непозволительно много времени. Я

вежлива и только, и готова поклясться, что Киррон это видит – что нет во

мне встречного огня, но… кажется, ему представляется, что огонь вот-

вот появится, королю ведь не отказывают? К счастью, пока прозрачных

намёков нет, а на тонкие я просто не реагирую… и коплю силы, чтобы

улететь. Впрочем, меня неожиданно настигает понимание: я сама

виновата в происходящем. Стоит вспомнить, как Филиппа ко мне тянуло

после того, как отведал моей крови, и многое становится понятным. Я

дала ему крови. Вот он и приворожился. Честно говоря, вместо стыда я

чувствую облегчение – это пройдёт. Наведённое всегда проходит, а

крови моей было всего чуть-чуть…

Но на одном из привалов я всё же ловлю Рравеша. То ли для очистки

совести, то ли просто отыскав предлог, чтобы с ним заговорить, чего мне

отчаянно хотелось. Так или иначе, я его банально выслеживаю и

подстерегаю в лесу. Без зазрения совести запускаю первой попавшейся

шишкой ему в спину.

Шишка вспыхивает и сгорает, не долетев.

– Ирби! – оборачивается Кристиан. Вежливый и равнодушный. –

Прекрасно выглядишь.

– Предпочла бы выглядеть по-другому, – вздыхаю я, направляясь к нему.

Увы, но я не успела сменить облик до того, как прибыли солдаты, и

теперь щеголяю в своём истинном… да и магический резерв, полностью

опустошённый, заполняется крайне медленно. Как только я его заполню, сразу улечу. Надеюсь, Киррону не придёт в голову приказать своему

паладину посадить меня на поводок снова?

– Его Величество, боюсь, не согласится, – усмехается Рравеш.

Подтверждая тем самым, что настойчивый интерес мне не

померещился. – Поздравляю, Ирби. Твоё положение при дворе уже

весьма высоко. И, кажется, становится выше с каждым часом.

– Кристиан, – тихо вздыхаю я. Ну не убьёт же он меня из-за этого? – Это

от того, что я дала ему своей крови, чтобы он хоть немного очнулся от

власти вампира. Филиппа… вампира того, с которым я… ну, который

противоядие принёс, тоже из-за крови штырило… С этим надо что-то

делать! Кристиан!

Вместо того, чтобы проникнуться моим признанием и озаботиться

спасением короля от наведённой симпатии, паладин смотрит на меня как

на несмышлёного ребёнка. Улыбается одними губами, качает головой.

– Это совершенно ни при чём, Ирби. Ты просто очень красивая и

необычная девушка. Это заметил не только король, но и…

– Королева? – насмешливо выгибаю я бровь. Я отлично помню всё, что

она мне сделала. И нет, мстить не передумала, просто… момент пока не

подходящий. Иррийна, кстати, молчит. Не спешит рассказать Киррону, что я пыталась её запугать и сжить со свету… боится, что расскажу про

прелюбодеяние с метаморфом?

– Все, – серьёзно отзывается он.

Не подлить ли мне своей крови паладину? Чтобы ощутил на своей шкуре

это вот “ни при чём”? Но нет. Я хочу по-настоящему, только лишь по-

настоящему… и если не по-настоящему, то лучше уж никак.

– Беда для метаморфа, – тихо вздыхаю я, отчаянно желая, чтобы резерв

набрался скорее.