Бутин – CHUGUNPUNK: Киберсантехник (страница 11)

"Галсанов. Нет, нет, я это сделаю. Это – мой козырь."

Детектив снял трубку. В эфир ворвался громовой, но отчего-то хриплый голос Баира.

– Ну что, обдумал моё предложение?

Евпатий, не медля, ответил:

– Да, я согласен, но… почему именно я? Ты ведь меня даже не знаешь.

– На то есть причины. Объясню, когда придёшь. Журавлёва 12, во дворе красная железная дверь в подвал. Три удара, пауза, два удара. Понял меня?

Евпатий, оторопевший от командирского тона собеседника, на полном автомате выпалил:

– Понял.

– Всё. До связи.

Галсанов сбросил, вновь оставив Евпатия наедине с собой.

"Так. Успокойся. Ты придёшь, сделаешь, что ему нужно, и что-нибудь выведаешь. Будет страшно, но не смертельно. Просто играй свою роль."

Звонок Галсанова, неожиданно давший ему передышку от переживаний, уже закончился, как и мысли касательно этого звонка. Евпатий вдруг ощутил внутри самого себя очередной болезненный толчок. В висках гулко застучало. Не находя себе места, Детектив суетливо завертелся на скамье, пытаясь нащупать некую чудесную вещь, способную усмирить его расшалившиеся нервы. Под руку попалась лишь потяжелевшая от влаги шляпа, которую он тут же машинально надел. Мысли, весомо потеряв в контрасте, мгновенно прибавили в драматичном пафосе, и ритмично двинулись по этой колее вперёд.

Слякоть. Тонкие потоки воды текут по моему лицу, заливаются в уши, каплями застывают на бровях, застилают взор мутной пеленой. Я ощущаю холод. Это холод предательства. Я чувствую, как он сковывает душу, как вытягивает из неё все живое, как пенится гной в омертвевших её тканях.

Представьте, что ваше призвание, ваше дело жизни, ваше всё, – в один момент! – сминают паровым катком. Что вы будете чувствовать? Ярость. Грязь на душе, подобная грязи, текущей в истинных венах этого города. Нет, кровь его не данные, не дешевые тайны и не лживые слухи. Кровь его – дерьмо, скатывающееся в подземные реки по канализационным трубам.

Моя жизнь – череда увечий. Мой родной Харбин, погрязший в вечной войне, родители, пытавшиеся заткнуть дыру внимания деньгами, безысходность, толкнувшая меня на получение высшего образования за триста тысяч мунгу в семестр… но я чувствую, что дело далеко не в этих людях, не в этих неудачах – они лишь следствие. Некое событие, случившееся в далёком прошлом, грозной пятой оставило отпечаток на всём мире, первопричина вопиющей несправедливости, загнавшей меня в воронку страданий. Кто в ответе? Кто в ответе?

Вынырнув из своих обреченных мыслей, Евпатий вдруг обнаружил себя в незнакомом дворе. Глянул на адрес – Журавлева 12. Кажется, он забил его в навигатор и пришёл на место. Рядом с входом в один из подъездов, чуть в стороне, виднелась кирпично-красная железная дверь.

Оказавшись рядом с ней, Евпатий постучал – три удара, пауза, два удара.

Открыли незамедлительно. Перед Детективом предстал Галсанов – одной рукой он держался за облезшую ручку двери, другую держал на пистолете, готовом выпрыгнуть из кобуры.

– Ну здравствуй, племянничек.

– Здравствуйте. – Евпатий попробовал пошутить. – У вас тут подработка для студентов?

Повисла неловкая пауза. Убрав руку от кобуры, Баир быстрым, и, по-видимому, привычным жестом почесал лоснящийся раздражением подбородок. Свою бородку, ранее излучавшую некое коварное изящество, Галсанов отчего-то сбрил.

– Заходи. – Он освободил проход и с явной иронией добавил: – У тебя собеседование.

-–

Тесный закуток в глубине домового подвала вмещал в себя лишь несколько стенных полок, небольшой железный столик и два раскладных стула. В воздухе медленно плавали клубы пыли – пахло затхлостью и ржавым металлом. Галсанов, снявши фуражку и расстегнув верхнюю пуговицу рубашки, устало сел напротив Евпатия.

– Так… – Баир напряжённо задумался. – Тебе, наверное, интересно, зачем мне нужен именно ты. Всё просто – у тебя нет акселератора. Твои же слова, помнишь?

Евпатий спросил:

– Как делу поможет то, что у меня нет акселератора?

– Тебя хуй отследишь. Шифроваться накладно, а у счастливого обладателя акселератора всё на виду: покупки, история поисковых запросов… в отдельных случаях даже мысли. А те вещи, с которыми тебе предстоит работать, ищут другие люди. Серьёзные люди.

Евпатия, при всём обуявшем его страхе, разобрало жгучее любопытство.

"Что это за работа такая… Какие такие вещи?"

– В общем, твоё участие – залог спокойствия всех заинтересованных лиц. Ты ведь до сих пор не вшил себе имплант, – Баир постучал пальцем по своему виску, отмеченному следом вживления, – потому что не хочешь быть, как на ладони? Или денег нет?

– Это вопрос принципов. – Впервые за долгое время к Детективу вернулась его привычная заносчивость, вылившаяся в пафосно отчеканенное: – Я не хочу быть рабом железа.

От гремящего пафоса последних слов лицо Галсанова изменилось кардинально: его хмурый прищур дополнился странной улыбкой, очевидно, предвещающей издевательский хохот.

– "Раб железа"! Тебе чё, пятнадцать? Ладно… идейный, значит. Понятно, откуда уши растут. Из жопы. – Галсанов успокоился и глянул на Евпатия исподлобья. – Из университета тебя тоже поэтому отчислили?

"Откуда он знает?" – Сердце тяжело забилось в груди. Стараясь не подавать виду, Евпатий ответил сообразно сочинённой им с Витко легенде:

– Как меня могли отчислить, если я только поступил?

Баир раздражённо дернул бровью.

– Долго будешь хуйню свою нести? Хватит. Я про вас с Витко всё уже понял.

Евпатий, сделав вид, что не замечает очевидного, упорствовал:

– Как это – всё понял? О чём вы?

– Я похож на идиота? – Галсанов сдавленно засмеялся. – Ладно, в участке вы вели себя настолько правдоподобно, что я даже сначала поверил…

Евпатий удивленно спросил:

– Правда?

– Конечно, блять, нет. Уши у меня родные и растут не из жопы, как у тебя. Тем более, мне совсем несложно пробить родственников Витко, и я занялся этим сразу после того, как вышел из кабинета.

Оторопевший Евпатий, совершенно не понимая, как ему теперь действовать, безучастно промямлил:

– И что теперь?

Галсанов съехидничал:

– Ничего, господин Евпатий Джонсон, частный детектив, учредитель индивидуального предприятия "Джонсон. Е."

– Как это – ничего?

– Вот так. – Галсанов нетерпеливо поёрзал на стуле, и продолжил: – Короче, мне плевать, что ты там вынюхиваешь. На БелТэк, небось, работаешь, да хоть на какого-нибудь хрыча из Правления… мне на это похуй.

В голове Детектива замельтешили зловещие мысли, похожие на маленькие острые иглы.

"БелТэк? Правление? С чего он вообще это взял? И… как это вообще? Всё? Я раскрыт? Как это понимать?"

Баир встал из-за стола и с силой похлопал по небольшому контейнеру, покоившемуся на находящейся рядом полке.

– Дело не пыльное – берешь посылку, доставляешь по адресу. Кладёшь, молча уходишь. Всё. Без глупостей. Без палева. Мне сообщают о доставке, я плачу тебе. Понял?

– Понял, но… Как ты можешь мне доверять?

– Никак. Я вообще никому не доверяю. Мои дела делаются исправно только через обязательства и гарантии. Меня не сильно беспокоит, кто ты, что ты и зачем ты – просто выполняй работу. Что касается… тех самых гарантий, – Галсанов стал мрачен, а в его голосе появились угрожающие нотки: – Помни о своём собственном здоровье, и здоровье своего милого "дядюшки" – если тебе есть до него дело, конечно.

"Вот так история…"

Совершенно ошеломлённый, Евпатий продолжал сидеть недвижимо, всеми силами унимая дрожь в коленях. Галсанов рявкнул:

– Хули расселся? Контейнер в рюкзак, рюкзак на плечи. Твой адрес – Ленина 8.

Детектив тут же вскочил, сбивши дыхание, схватил контейнер, впихнул его в сумку, суетливо надел шляпу, и был таков.

-–

Ненависть. Пылкая ненависть свербит во мне. Этот ублюдок волчьей хваткой вцепился в меня, пытался сломать. Но я не сломался. Я сильнее его, сильнее всей этой проклятой кодлы, сильнее тех, кто ещё скрывается в тени. Мною движет Идея, ими – жажда наживы. Они лишь гниль, побочный продукт смерти этого мира. За ними нет ничего, что имело бы ценность. И я делаю то, чего они хотят, лишь потому что я этого хочу… потоки автомобилей, шум двигателей. Три квартала. Всего три квартала до цели. Они всё продумали. Наверняка перемещают свой "товар" короткими перебежками, незаметно для Системы. Загнанная волчья стая, окруженная сетью капканов. Мечется, откладывает неизбежный конец. Безжизненные лица вокруг.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.