Борис Штейман – Любитель истории. Роман (страница 6)
– Должно быть, дореволюционный Тифлис, – спокойно объяснил Гуго.
– Это что такое? Куда мы попали, блин? – судорожно сглотнув, поинтересовалась Люба.
– Раньше так Тбилиси назывался. Посмотрите, какая красотища!
Они стояли на горе. Неподалёку возвышалась церковь Святого Давида. Внизу среди зелени живописно располагались городские кварталы.
– Сейчас пойдём проведаем товарищей по борьбе и обратно. Делов-то! И не надо паниковать.
Они стали медленно спускаться.
– Воздух-то какой! Теперь такого не найти! А деревья, небо! Надо уметь наслаждаться природой! – продолжал восторгаться Гуго. – И ценить каждый миг быстротекущей жизни!
– Ну и влипли мы с тобой, Люб! – прошептала Надька. – Я же говорила тебе, маньяк! А ты – не хуже того! Что теперь делать-то будем?
– Выкрутимся, Надь! И не такое бывало! Хреновей, чем в интернате, не будет!
– Тоже верно. И он же сказал: проведаем этих, как его, товарищей и обратно. Ему тоже здесь задерживаться не резон. Правда, Люб?
– Не факт, Надь! Разве поймёшь, что у психа на уме?
– А ты думаешь, он псих?
– Не знаю, Надь. Чего-то у меня в голове всё съехало куда-то!
– И у меня, Люб.
Они понемногу начали приходить в себя.
– Да, забыла тебе рассказать сон, – неожиданно оживилась Люба. – Просто полный улёт! Короче, мы с девчонками в метро, поздно уже. Кажется, и ты там была.
– Так была или нет? – обиженно спросила Надька. – Всё ж таки я твоя лучшая подруга!
– Была, была, Надь! Ты слушай, что дальше было. Короче, бородатый мужик стал за нами гоняться! А мы от него давай бегать!
– И я бегала? – уточнила свою роль во сне Надька.
– И ты, Надь, тоже. Вместе со всеми. Короче, потом он меня поймал.
– И что? Было что? – Глаза Надьки загорелись любопытством.
– Дежурная помешала. Стала орать, как резаная: «Милицию вызову!» И ругаться по-всякому. Ну, знаешь, как это бывает.
– Случаем, не гастарбайтер?
– Нет, что ты! Отличный мужик, только старый!
– А я тебе скажу, это хорошо, что старый, Люб! Если у вас с ним сложится, он потом помрёт, и квартира твоя будет!
– Ты, Надь, не поняла. Это же сон был!
– Ну и что. Всё равно, что квартиру тебе оставит – шанс есть. Главное, чтобы неженатый и детей поменьше!
– Ну, не знаю, Надь. Может, ты и права…
«Вот что значит молодость! Как быстро адаптировались к новой обстановке…» – одобрительно подумал Гуго, прислушиваясь к разговору девчонок. И неожиданно для себя продекламировал с выражением:
– Гибнут стада, родня умирает, и смертен ты сам! Но знаю одно, что вечно бессмертно – умершего слава!
– Вы это чего? – с опаской поинтересовалась Люба.
– Героическая песня, – со вздохом пояснил он. – Видимо, обстановка так подействовала, сам не знаю. А вообще-то, мне одна мысль в голову пришла. Вы эту песню выучите и будете петь под шарманку, а то «Разлука ты, разлука» уже всем порядочно надоела. Подавать, думаю, будут нормально. Ну и шмоток каких-нибудь сможем себе здесь прикупить. А то вид-то наш не совсем соответствует. Вы как?
– Это можно. Слова простые, доходчивые. Да и народ у нас героическое любит, – рассудительно сказала Надька.
– Да, это нормально, – подтвердила Люба. – А подзаработать – это мы завсегда, если, конечно, не криминал.
– И на мотив хорошо ляжет, – продолжил развивать идею Гуго. – А то в кризис жалостливое плохо идёт.
– Я что-то не поняла, мы где петь-то будем? Здесь или там? – уточнила Люба.
– И здесь, и там, – немного поразмыслив, ответил он. – Принципиальной разницы нет. Россия как стояла на одном месте, так и стоит. Просто время обтекает её со всех сторон. Такая уж у неё особенность. Так что без разницы. Я понятно выражаюсь?
– Не совсем, – честно призналась Люба.
– Я тоже не врубаюсь, – подтвердила Надька.
– Неважно. Потом поймёте, а может, и нет. Короче говоря, любят у нас своих метелить, вот что! – туманно закончил Гуго.
– Это факт, – согласилась Надька. – Могут запросто подойти и ни за что ни про что дать в ухо или в глаз! Поэтому мы с Любой всегда начеку. Посмотрите, какие менты рожи наели! «Девочки, у вас документики имеются?» – ласково произнесла она. – У, так бы и дала в рожу!
– Я тебя понимаю, Надь! Совсем, суки, совесть потеряли!
– А у них её и не было никогда!
– Я смотрю, вы ненормативную лексику совсем не используете? – спросил у девиц Гуго. – Позвольте узнать, это с чем связано?
– Вы о чём? – подозрительно поинтересовалась Люба.
– Я имею в виду матерные выражения.
– А, понятно. Мы с Надькой решили проверить волю. Уже целую неделю продержались.
– Ну, вы даёте! – похвалил их Гуго.
Народа на улицах было немного. Ремесленники спешили на работу. Водовоз вёл под уздцы лошадь, груженную бурдюками с водой. Да ещё в самом начале пути попался крестьянин, чинивший телегу посреди дороги. А два распряжённых буйвола лежали рядом в пыли, меланхолично пожёвывая пучки сена. Наконец они вышли на оживлённую улицу.
– Посмотри, Люб, как здесь народ прикольно одевается! Заправляют шаровары в носки! И картузики у всех клёвые!
– Так, девочки, вы здесь в сторонке постойте. И главное, никуда не отходите. А то быть беде! – строго наказал Гуго. – А я быстро смотаюсь в «Тилипучури» и сразу назад.
– Это ещё что за хреновина? – спросила Надька.
– Харчевня, вроде небольшого ресторанчика. – Он показал рукой на другую сторону улицы. – Видите, рядом со старой семинарией? Надо уточнить, какие планы у начальства.
– Может, и мы с вами?
– Видите ли, в чём дело… Как бы вам подоходчивее объяснить? Короче говоря, обмундирование у вас не совсем соответствует историческому моменту.
– Это как?
– Ну, одеваются люди здесь немного по-другому. Сами же видите!
– У нас прикид несмешной, – обиделась Люба. – Всё как у людей! Спасибо шефам. Не забывают сироток.
– Это понятно. Я ничего и не говорю. Но всё же подождите здесь в тенёчке и особенно не высовывайтесь.
Гуго быстро перебежал улицу и скрылся в ресторане. Но почти сразу же и вернулся.
– Странно… Никого! А по идее должны были там обсуждать детали… Непонятно. Сегодня у нас какое число?
– Пятница, тринадцатое, – отозвалась Люба. – Май месяц.
– Тьфу, чёрт! Надо же, на день промахнулись! – с досадой проговорил Гуго. – Ладно, не беда! Есть одно местечко. В принципе, туда, конечно, нельзя. Конспиративная квартира. Но сегодня там вроде никого не должно быть, кроме хозяина.
– Вы точно в тюрьму сядете, потому как зарываетесь! – предупредила его Надька.
– Только, пожалуйста, не каркать! Очень прошу. Ну всё! Пошли!