Айлин Грин – Выбор. Нет пути назад (страница 2)

Невольно вздрогнув, я тут же поёжилась от ужаса. Место, из которого он меня забрал, было не самым плохим. Возможно, даже прекрасным. В госпитале Фордов я бывала несколько раз и один раз в качестве пациента. Но тогда рядом были они. Натаниэль и Джастин. Находиться в нём сейчас было сродни пытке. Даже воздух внутри здания был пропитан воспоминаниями о Джастине. А вспоминая Джастина, сердце отбивало в три раза больше ударов, чем ему было положено. Потому что вместе с Джастином в голову без предупреждения приходил Натаниэль. Приходил, не желая уходить.

– Габриэлла, воспитанные люди едят при помощи приборов, – отдалённо прозвучал голос мамы.

Я с удивлением обнаружила, что держу в руке дольку огурца. Подсознание требовало «поешь!», здравый смысл пытался убедить меня в том, что голодовкой ничего не решить. И не доказать. Но сердце было сжато в самые сильные тиски. И эти тиски вызывали тошноту от любой еды, которая попадала мне в рот.

Не желая получить очередной приступ гнева от отца, я всё же взяла в руки вилку и начала есть. В желудке приятно заурчало – благодарность за долгожданный приём пищи.

– Почему Кэролайн не ужинает с нами? Она же была здесь? – тишина напрягала. Нужно было что-то спросить.

– Она ушла на встречу, – ответила мама, подкладывая мне в тарелку ещё еды, которую я, несмотря на тошноту, всё же ела.

– На встречу? – словно в тумане спросила я.

– Да. Если бы ты перестала лить слёзы по человеку, которого больше нет, ты бы обратила внимание на то, что жизнь продолжает идти своим чередом. И ты могла бы развлекаться вместе с подругой, – грубо проговорил отец.

Развлечения. Подруга. Я с трудом понимала, о ком и о чём он говорит. Мне хотелось спать. Сон был единственным спасением. Во сне был он. Живой. Рядом.

– Ты жестокий человек, отец, – покачала я головой, отодвигая от себя тарелку.

Хватит с меня этой показухи.

– И ты отлично это знала все эти годы, – ничуть не смутился он, – и, если бы не Натаниэль, то…

– Не произноси его имя! – резко отозвалась я, вскакивая с места. – Ты виноват в том, что случилось! Не я, а ты! Ты убил своего сына! Ты даже не попытался его спасти, ты ничего не сделал! И сейчас говоришь, чтобы я перестала лить слёзы?

– Он никогда не был мне сыном.

Слова были слишком жестокими. Я выбежала из кухни, не желая видеть ни его, ни свою мать.

Вновь вернувшись в свою комнату и закрывшись изнутри на замок, я со стоном опустилась на кровать, больно ударяясь обо что-то спиной. Охнув, рывком сорвала покрывало и обнаружила плоскую большую коробку, которой раньше здесь не было. Или я настолько была поглощена своим горем, что просто не замечала её?

Сердце забилось быстрее. Внутри меня зарождалась надежда, что в этой коробке скрыто что-то очень важное. Возможно, её оставил мне Нейт? Он знал, на что идёт… И не мог бросить меня одну. Не должен был! Я в нетерпении сорвала ленту с коробки.

Тупо уставившись на её содержимое, я не поверила своим глазам.

Внутри коробки оказалось платье. Очередное платье. Но на этот раз зелёного цвета. Зелёный цвет – цвет глаз Натаниэля. Его образ снова возник передо мной, такой близкий и такой желанный. Такой далёкий и недосягаемый. Какой же я была дурой… Как же можно было упустить счастье, буквально держа его в руках!

Я бросила недовольный взгляд на платье, осторожно взяв его в руки, как если бы оно было гранатой. Красивое, короткое. Вот только оно оказалось лишь частью сюрприза. Под платьем в коробке лежал пистолет. Walther. Мой пистолет. Тот самый, который когда-то увидел Натаниэль на пляже. В день, когда моя жизнь круто повернулась в другую сторону.

А ещё в коробке была записка. «Пора возвращаться. Сегодня в девять часов вечера в казино. ДД.».

ДД – инициалы Джека Джонсона.

Я со злостью столкнула коробку на пол. Страха перед отцом больше не было. На смену пришло другое, не менее сильное чувство.

Ненависть.

Отцу было наплевать на то, что со мной происходит. Его целью были деньги. Любой ценой. Жаль, что раньше это было не так заметно.

***

Я не приезжала в наше казино уже больше месяца и надеялась, что больше там не окажусь никогда. Но отец решил иначе. Сегодня мне вновь была уготована роль роковой красотки. Не уверена, что в таком виде на меня кто-то обратит внимание, но я максимально постаралась придать лицу яркости и уверенности. Впервые отец, отправляя меня по своим делам, не озвучил, с кем именно я должна встретиться. Нужно было забрать деньги. И это всё. Никаких подробностей и деталей. Ничего.

Это было самым странным заданием, которое я получала за всю историю сотрудничества с Волками. Забрать деньги – и что? Зачем платье, зачем пистолет? Если всё заранее обговорено, то в чём была моя роль? Отец никогда не просил меня ничего просто так, значит, в этом должен был быть смысл.

– Мисс Джонсон? – обратился ко мне охранник. – Давно вас не было видно! Всё в порядке? Вы выглядите слегка уставшей.

Метнув на него убийственный взгляд, на вопрос отвечать я не стала. Уверена – он был в курсе того, что произошло в семье Джонсонов. Его вопрос показался издевательством.

– Габриэлла, мы рады вас видеть! – раздался ещё чей-то голос. А за ним ещё один и ещё. Стало слишком шумно, слишком ярко и… Всего стало просто слишком много. Мне хотелось зажмуриться, свернуться клубочком и оказаться где-то подальше отсюда. От места, которое тоже напоминало о нём. Вообще всё напоминало о нём.

– Прошу сюда! – ко мне подскочил какой-то парень, и я автоматически достала пистолет. Привычки никуда не делись, реакция оставалась на высоте. Особенно после того, что случилось. Впервые за этот месяц включились разум и логика. Сердце болеть не перестало и вряд ли когда-то перестанет. Ненависть к отцу, очевидно, зародившаяся ещё тогда, когда был жив Натаниэль, лишь окрепла. И я поняла, что с Волками жить – по-волчьи выть. Он хотел, чтобы я была в деле? Я буду. Но вряд ли ему понравится то, что я буду делать.

Лениво покручивая в руках пистолет, я заняла за столик, который предложил мне незнакомец. Буквально несколько минут спустя ко мне присоединился мужчина. Нет, скорее, молодой человек. Высокий, подтянутый. Красивый. Он улыбался, и на щеках у него появлялись ямочки. А глаза сверкали неподдельным интересом.

– Лео, – представился он, протянув мне руку. Разряд тока пробежался по моему телу, добираясь до самых дальних уголков моего мозга. Лео… Точно! Я поняла, чего именно хотел мой отец. Он никогда не отступал от намеченных планов.

Лео. Тот самый, с кем он хотел меня свести. Тот самый, к кому я не поехала на встречу в ту роковую ночь. Я улыбнулась сама себе. Его план работал. Но теперь у меня появился свой.

– Габриэлла, – губы растянулись в притворной улыбке, и я демонстративно подставила ему щёку для поцелуя. – Очень рада знакомству.

– Джек объяснил, зачем мы встретились? – будто невзначай поинтересовался он.

– Неужели ты думаешь, что Джек Джонсон отправил бы свою единственную дочь сюда, не посвятив её в планы? – холодным тоном отчеканила я. – Где деньги?

– По условиям оплаты сначала ты проводишь со мной ночь, потом я отдаю тебе деньги, – всё так же мило улыбнулся он.

Внутренности сжались, а нервы вытянулись в единую струну. Меня никто не спасёт, мне никто не поможет. Отец продал меня и мою честь этому неизвестному Лео.

– Я должна убедиться, что вся сумма у тебя с собой, – спокойно отчеканила я, – или ты думаешь, что я поверю тебе на слово?

– Джек сказал…

– Доставай деньги, – дуло пистолета было направлено чётко между его глаз, – и пересчитывай их, иначе я смещу точку прицела ниже, и ты не только не проведёшь ночь со мной, ты даже думать о такой возможности не сможешь.

– Мне…

– Заткнись, – я прислонила оружие к его лбу, – и выполняй.

– Истинная дочь своего отца.

– Спасибо, – равнодушно отозвалась я, – у тебя осталось несколько минут иначе ты навсегда останешься без возможности завести потомство.

– Сука, – выплюнул он, всё так же улыбаясь.

– Мне плевать на твоё мнение. Сделка есть сделка.

Сделка, условия которой были невыполнимы. Он не получит то, что обещал ему отец. Он не получит меня. А я получу деньги. Правда, пока было не очень понятно, как именно.

Глава 2. Джек

– Ты не сказал Габриэлле правду? – с ужасом посмотрела на меня жена, сидя на нашей кровати. – Джек, это серьёзный шаг! Она не игрушка в твоих руках. Она твоя дочь. Наша дочь!

– И как ты представляешь себе этот разговор? – устало спросил я. – Габриэлла, ты едешь на встречу с Леонардо Уилсоном, он передаст тебе деньги в качестве платы за твою честь?

– Ну, возможно, стоило сказать помягче? И не связывать её брак с деньгами. Ты уверен, что это хорошая идея?

– Я уверен, что другого варианта нет. У меня есть чёткие указания от Лайтвуда. Уилсон – известная в наших кругах семья, они держат три контрольно-пропускных пункта. Благодаря сотрудничеству с ними, нас до сих пор не поймали. Если Габриэлла выйдет за него замуж, то мы сможем выйти на новый уровень, под контролем будет всё, даже границы…

– Да, уровень полного предательства Габриэллы. Джек, ты продал нашу дочь, ты это понимаешь? И ты даже не спросил меня о том, что я думаю на этот счёт!

– Я дал ей счастливое будущее с хорошим и важным человеком, – не обращая внимания на её возмущение, отчеканил я.