Анна Шаенская – Жемчужная невеста (страница 92)
– Зачем тебе магия Алории? – уточнил, вспоминая предыдущие отчёты Ортеги. Он давно занимался поисками лекарства и регулярно докладывал мне о результатах. Но о том, что ему нужна хрустальная магия, я слышал впервые.
– Во время боя в поместье Ризолье мы выяснили, что хрустальная магия напитывает Охотников Силой, лишь когда соприкасается с их лапками-саблями, – пояснил темнейший, – а при попадании на кожу кузнечика она, наоборот, разрушает тело твари. Бран подтвердил это, поэтому хочу усилить один образец лекарства магией леди Лисавэр. В теории…
– Может сработать, – задумчиво протянул, откинувшись на спинку кресла. Непривычно мягкого и пушистого по моим меркам. Для переговоров Верховная одолжила нам свой кабинет, а сама умчала укреплять купол вместе с элементалями.
В отсутствии хозяйки чувствовал себя не очень комфортно, стараясь лишний раз ни к чему не прикасаться, чтобы не наследить своей аурой и не нарушить чужой порядок.
– А что с той фэйри, Аидой…
– Верховная уже связалась с ней, – ответил Суарес, – если всё пройдёт гладко, завтра, максимум через день, она и Лионель будут здесь.
– И тогда сможем узнать тайну созданного ими оружия, – закончил за него.
Странный артефакт, извлечённый из тела Сандегры, меня очень заинтересовал. Если удастся его доработать, получим огромное преимущество перед тварями.
– Возвращаясь к Балтимерам, – продолжил Ортега, – у меня есть идея, как облегчить его состояние и хоть ненадолго заморозить распространение скверны. Но мне нужно немного отдохнуть и восстановить Силы, а после займусь маркизом.
– Хорошо. А что с печатями Повелителя? – уточнил. – Есть шанс избавиться от них?
Ещё одна проблема… Все слуги Ангаарха были мечеными. Так он контролировал их, вовремя избавляясь от предателей. Терезу с Браном спасло лишь то, что ведьмы сразу перекинули их в казематы, защищённые штормовой магией элементалей.
Если бы не купол, они бы погибли, едва начав свой рассказ.
– Пока не знаю, – честно признался Ортега, – для начала нужно разобраться со скверной.
– Значит, вся надежда на купол ковена и клятву на Сердце пламени, – вздохнул.
Вслепую верить Балтимерам не собирался, поэтому заставил их принести клятву на древнем артефакте, позволяющем заключить нерушимый договор, и скрепить его божественной магией. Амулет использовался редко, поскольку его активация требовала огромных энергозатрат, но нарушить такую клятву было невозможно, как и взять обещание обратно.
Магия Сердца позволила ослабить печати, но до полной победы было далеко.
– Если мои подозрения верны, печать связана со скверной, – задумчиво протянул Ортега, – пока не могу ничего гарантировать…
Он не договорил. Моментами темнейший был невероятно суеверен и никогда не давал гарантий. Но главное я уловил – пусть ситуация и казалась безнадёжной, шансы всё же есть.
ГЛАВА 51: Грозовая тропа
Холод растекался по телу зимней стужей, просачиваясь под кожу и сковывая мышцы. Ещё пару часов назад я с трудом могла пошевелиться, просто лежала под грудой одеял и тихонько дрожала. В какой-то момент окончательно потеряла связь с реальностью, утонув в агонии лихорадки. Мысленно уже собралась попрощаться с Саифом, духами и отцом, но на помощь примчали целители с Льеной и заверили, что это часть грозового отката. Моё тело перестраивается под магию элементалей и скоро всё пройдёт.
Верилось с трудом, но два бокала какого-то вонючего и мерзкого зелья действительно помогли. Лихорадка начала отступать, хотя до полного выздоровления было ещё далеко.
– Мари, ты как? – едва высунула голову из-под одеяла, Гортензий подкрался ближе и заботливо приложил к моему лбу прохладный лист. – Ну… уже почти не горишь! – обнадёжил дух. – Глядишь, скоро и знобить перестанет.
– Угу… – больше ничего ответить не удалось, в горле было сухо как в пустыне, а язык прилип к нёбу.
К счастью, духи сразу сообразили, что не так, и через минуту на тумбочку с тихим звоном опустилась чашка горячего чаю. Судя по чарующему аромату – моего любимого, с клубникой и молочной карамелью.
– Ваше Высочество, – Люсьена запрыгнула на кровать и потёрлась пушистой щёчкой о мою скулу. – Держитесь! Госпожа Льена сказала, что скорость выздоровления напрямую зависит от вашей силы воли!
– Знаю, – просипела едва слышно.
Разговор с ведьмой прекрасно помнила, да вот применить её советы на практике оказалось не так просто. Из-за отката мысли вязли будто в киселе, а упомянутая сила воли забилась под ментальный паркет и выманить её не получалось ни обещаниями, ни угрозами.
Только сейчас я окончательно поняла, почему из тысячи магесс, жаждущих бросить вызов стихии и стать штормовой ведьмой, испытания проходили единицы. Бой с грозой не заканчивался на горе, а лишь начинался, и чтобы победить стихию, для начала нужно победить самого себя.
Лежащий на столе магограф пронзительно запищал. Люсьена тут же спрыгнула с кровати и метнулась к артефакту, а я, лишившись мягенького и мурчащего источника тепла, всё же уселась на кровати и потянулась к чашке.
Каждое движение было сродни подвигу, но едва кошечка тревожно муркнула: «Это император!», в голове мигом прояснилось. Предстать перед отцом в столь жалком виде не хотелось.
Залпом осушив чашку чая, пригладила растрёпанные волосы и бегло осмотрела себя в зеркальце. На удивление, внешний вид оказался лучше самочувствия. Румянец от лихорадки смотрелся намного лучше привычных разводов блокиратора, а царящий в комнате полумрак скрывал усталость.
Едва подала сигнал Люсьене, на мою ладонь приземлился мигающий и пищащий артефакт. Отец не собирался сбрасывать звонок, и я знала, если не отвечу – Алваро примчит лично.
– Доброе утро! – отозвалась как можно бодрее. Я знала, что отцу уже доложили о моём состоянии и хотела немного смягчить ситуацию.
– Мари… – на лицо Алваро набежала тень, и у меня внутри всё заледенело.
– Я не вернусь в столицу! – выпалила, быстрее чем подумала. – Да, я среагировала на магию элементалей…
– Не только, – едва слышно ответил отец, и тут же запнулся.
– О чём ты? – насторожилась. – Что ещё случилось?
– Твои крылья… – Алваро снова замолчал. Ему тяжело давался этот разговор, и я в который раз порадовалась, что самое сложное и важное мне сообщил не он, а Саиф.
В отличие от отца адмирал не пытался ничего умолчать и не душил своей опекой и заботой. Всегда сообщал всё чётко и по делу, даже если новости были дурными или откровенно пугающими.
– Я всё знаю, – вздохнула, едва сдерживая непойми откуда возникшее раздражение. – Саиф рассказал.
С пробуждением крыльев возникла ещё одна беда. Я начала слышать эмоции окружающих и не всегда могла отличить их от собственных, но, что ещё хуже, радиус действия эмпатической воронки был внушительных размеров, и сейчас мои крылья поймали чью-то злость из коридора, чужую нервозность, страх, неуверенность и сомнения…
Всё это закручивалось в тугую спираль, сметая мои собственные мысли и чувства, и как бороться с этим счастьем пока не знала.
– Мари! – встревоженный голос отца вернул в реальность.
– Я в порядке, – просипела, отгоняя внезапное наваждение. – Крылья шалят.
– Нужно позвать Айролен…
– Не стоит! – воскликнула и, заметив недоумённый взгляд отца, тут же пояснила. – Я плохо контролирую себя и сейчас слишком остро чувствую чужие эмоции. Утром была резкой, едва не нагрубила Лауре, хотя и не хотела этого. Просто «поймала» волну чьей-то злости…
– Мари, Айролен знает, что ты сейчас слегка не в себе…
– Всё равно стыдно, – прошептала, нервно комкая простыню. Меня снова подзуживало чужое раздражение, но срываться на отце не собиралась и позже намеревалась ещё раз извиниться перед Лаурой.
– Боюсь, я всё равно вынужден настаивать на осмотре, – отец был непреклонен.
– Тогда лучше позвать Суареса, – покачала головой. – На него крылья реагируют… мягче? Не знаю, как объяснить…
– Ортега – чёрный дракон, такие как он испокон веков защищали фэйри от чудовищ Пустоши, поэтому крылья интуитивно признают в нём «своего», – пояснил отец. – Это также касается Саифа, Аргвара и Саада. Думаю, ты права, лучше дождаться возвращения Суареса…
– Он уехал? – удивилась. – Когда? Совсем недавно чувствовала его эмоции…
Запнулась, вспомнив как сильно они меня насторожили. От темнейшего фонило мрачным фатализмом и странной, пугающей решительностью.
– Он здесь, – нехотя признался отец, – но его ждёт срочная работа в лаборатории…
– Вы снова что-то скрываете! – меня вновь захлестнуло раздражение, на этот раз уже собственное. – Да сколько можно?! Почему нельзя просто рассказать всю правду? Что происходит? Это как-то связано с моим состоянием? Или… с предостережением элементалей? – добавила, вспомнив о загадочном третьем госте.
Кроме этого, грозовой дух говорил что-то о пяти Избранных и новом будущем, но этих слов совершенно не поняла и остановилась на версии Льены о каком-то пророчестве.
– Отец, я знаю, что ведьмы ждали врага и укрепляли купол…
– Мари, – перебил меня Алваро. – Твои эмоции и так нестабильны, а правда, которую ты так хочешь услышать…
– Касается Балтимеров? – ударила наугад. Ночью видела странное видение на окне, скованную цепями Терезу и лежащего на полу Брана. Он выглядел пугающе бледным, и по его телу растекались чернильные нити, отдалённо похожие на узоры моего блокиратора.