Анна Матс – Улей. Акт Ⅰ-Ⅱ (страница 6)
Хотя, если он останется здесь, то никакого надоевшего колледжа не будет. Это плюс. Он всё равно не хотел учиться и просто тратил своё время впустую, как и деньги родителей на оплату обучения. Конечно, отца это ужасно расстроит. Маму тоже, но она его поймёт. Нет, надо придумать что-то, чтобы оправдать своё отсутствие. Не хочется напрягать их лишний раз, а то после пожара они и так на нервах. Может, стоит преподнести это место как учебное заведение? Ну а что, учебное заведение в Европе, почему бы и нет? Он ведь уже взрослый и сам вправе выбирать, чем ему заниматься по жизни. К тому же, это бесплатно, а на те деньги на колледж они, наконец, смогут перестроить гараж. Да, если они поверят, то будет просто прекрасно. Они не будут беспокоиться, для них он будет в безопасности учиться чему-то новому и, возможно, полезному.
В конце концов, он не просто так оказался здесь. Это судьба.
Он уже начал звонить им, но сглотнул и сбросил.
Не умеет он врать, совсем не умеет. Даже самому себе.
Рон несколько минут пялился в экран телефона, рассматривая фотографию рассвета на заставке, пока сверху не всплыло уведомление.
Сообщение от Грейс.
Он посмотрел на время на телефоне. Почти полночь. Почти полночь сейчас там, в Калифорнии, а здесь уже почти восемь утра. Можно сказать, что он получил сообщение из прошлого. Рон застучал пальцами по экрану.
Ответ пришёл сразу же.
Где? А действительно, где?
А сразу после добавил ещё одно сообщение, хотя не очень был уверен.
Сообщение было прочитано, но ответа так и не было. Наверное, соседи из ближайших домов сейчас услышали самое громкое «Что?» за всю свою жизнь. Он представил выражение её лица, невольно улыбаясь. Видел явно, словно она стояла перед ним, как тёмные брови стремятся вверх, а губы приоткрываются в удивлении. Ему нравилось иногда шокировать её лишь для того, чтобы видеть именно это лицо и затем улыбаться, когда она смотрела на него с теплотой в глазах. Как же жаль, что она сейчас не рядом с ним. С одной стороны, он бы хотел, чтобы она была здесь, но с другой… Рука сама потянулась, и он провёл пальцами по шее. Почти не больно, но кожа, отпечатлевшая след, всё ещё оставалась горячей. Всё вокруг него – не шутка и не сказка. Его хотели убить просто за то, что он какой-то не такой.
В детстве, за то, что он как-то не вписывался в общество, его могли поколотить. Было больно и обидно. Он был слабее, поэтому принимал свою учесть. Иногда сам лез на рожон, принимая удар на себя, чтобы отвлечь задир от своих друзей. Прошло пару лет – и от него отстали. Да, в старшей школе всё ещё он иногда натыкался на агрессию со стороны, но стало уже куда проще, а в колледже он и вовсе стал никому не нужен.
Телефон в руках завибрировал. Это звонила Грейс. Улыбка снова просияла на его лице. Он ответил и, опережая её, произнёс елейным голосом:
– Уже соскучилась по мне?
Голос предательски захрипел, выдавая, что что-то не так. Он растёр шею пальцами, зажмурился, надеясь, что она не придала этому значение.
– Что это значит? Какая Англия? – она была встревожена, возможно даже обижена, но, кажется, ничего не заметила.
Рон сел, уставившись перед собой в пустую стену.
– Говорю же, захотел попробовать себя в чём-то новом.
– Почему сейчас? Мы первый курс только закончили, а ты уже решил всё бросить? Меня тоже?
Если б он захотел, то бросил бы сразу, ещё на первом факультативе. Учеба осточертела ему. Его удерживали только родители и Грейс. Он бы чувствовал бесконечную вину перед ними, если бы поступил так, как хотел. Рон хотел собрать вещи, бросить колледж, покинуть Санта-Монику и отправиться путешествовать по стране. Мечтал об этом он уже несколько лет, и, если бы его пикап не сломался, то собрал бы друзей и попробовал путешествовать уже этим летом, но буквально всё шло против него: сначала сломался пикап, затем случился пожар. Теперь он далеко, очень далеко, не просто на другом полушарии, а, можно сказать, на другой планете. Это его шанс. Шанс попробовать что-то новое, а не бегать за кем-то, полагаясь на чужое мнение.
– Да не собирался я тебя бросать. Так, решил взять перерыв, – отшутился он.
– Рон, – её голос прозвучал как-то встревоженно.
– Да не волнуйся ты, всё со мной будет хорошо, я уже большой мальчик.
– Рон! – прервала она его. – Я только что выглянула в окно, и напротив твоего дома стоит странный человек. Кажется, он в… Противогазе?
Пальцы рук похолодели от страха. Он сильнее сжал телефон, соскочил и развернулся к окну, словно мог увидеть сейчас то же, что и она. Не мог, это не его дом. Это не Санта-Моника. Голова закружилась от ужаса. Он боялся за Грейс, за себя. Рон опёрся свободной рукой о стол, чтобы не упасть.
– Отойди от окна. Запрись, – он сначала издал писк, а затем захрипел.
– Рон, что происходит? – испугано спросила Грейс. Он через телефон услышал, как она закрыла дверь на защёлку. – Этот человек сейчас подошёл к моему дому и смотрит в моё окно.
– Спрячься!
Мысли лихорадочно проносились в голове, но он ничего не мог выловить. Действовать нужно быстро, но как? Он за несколько прыжков преодолел расстояние от стола до двери, резко раскрыл её, метнулся куда-то, стал бить кулаком в дверь Уилла, продолжая прижимать телефон к уху настолько крепко, что нагревшийся корпус начал опалять кожу. Грейс не издавала ни звука, и это совсем не успокаивало. Уилл резко открыл дверь и перехватил Рона, который продолжал заносить руку, за запястье. Он недовольно сдвинул брови, но почти мгновенно переменился в лице, внимательно посмотрел на него, наклонив голову в бок, ожидая ответа.
– Жнец, – только и смог выдать Рон, хотя до конца не понимал, что всё же значит это понятие.
Уилл выпрямился и потянул его за собой, ведя по коридору. Непослушные ноги спотыкались. Они сбежали вниз по лестнице и завернули в угловую комнату. Пока Уилл стучал в дверь, Рон начал прижимать телефон к уху двумя руками, не обращая внимания на то, каким горячим он стал. Он пытался услышать хоть что-то: шелест занавесок или её дыхание. Ему нужно было знать, что она в порядке. Дверь открыла женщина. Рон глянул на неё только мельком, не переключая своё внимание, сфокусировался на звуках из динамика. Незнакомка осторожно провела ногтем по его плечу, обращая на себя внимание. Он обернулся и посмотрел на неё как затравленный зверь, ничего не смог сказать, показал на телефон.
– Он сказал что-то про Жнеца. Видимо, его увидел кто-то из его близких.
– Быть не может. Им нет никакого смысла гулять по Америке и, тем более, ходить к нему домой. Может, просто совпадение?
Рон раздраженно мотнул головой, злясь на то, что ему не верят, и спросил, обращаясь к Грейс:
– Ты там? Ты в порядке?
– Что? О чем ты?
Он расправил сгорбленные плечи, отнял вторую руку от телефона, нахмурился. Глаз дернулся.
– В смысле «о чём»? Ты только что сказала мне, что возле моего дома стоит какой-то человек в противогазе.
Она промолчала. Уилл вскинул брови в недоумении.
– Грейс?
– Не было такого. Я лишь сказала, что завтра мы могли бы пообщаться с тобой по видеосвязи.
Может, он просто сошёл с ума? Что, если всё это просто сон? Он со всей силы ударил себя ладонью по лбу и поморщился, стукнув зубами о зубы. Больно, значит, это не сон. Люди и всё это место – настоящие. Тогда, может, его обманула Грейс? Только зачем? Да и как она узнала про противогаз? А если она действительно его видела, и потом её заставили забыть? Да, такое вполне могло быть. Он отстранил телефон от себя, посмотрел на экран, а потом снова поднёс к уху, коротко и спокойно сказал:
– Я перезвоню, – и сбросил.
В ушах звенело, дыхание только возвращалось к нормальной частоте. Рон присел на корточки, закрыл голову руками и уставился в пол. Мир вокруг кружился, казалось, он вот-вот упадёт и улетит в открытый космос, лишившись опоры.
– Всё хорошо, Роуэн? – женщина присела рядом и коснулась его лопаток. В ответ он отрицательно покачал головой.
– Ты не Рональд? – спросил Уилл. Женщина махнула рукой в его сторону, прося не мешать. Если бы Рон не был в таком состоянии, то объяснил, что даже его сокращённое имя пишется несколько иначе, чем обычно2.
– Потом. Попробуй объяснить всё с самого начала. Пойдем, присядем, я заварю тебе чай, – она начала подниматься и потянула его за локоть за собой, а затем, не отпуская, повела в комнату. Рон послушно поплелся за ней, Уилл следом, прикрывая за собой дверь.
В темной по тонам комнате пахло благовониями и маслами. Парни сели на софу под окном. Рон, неловко перебирая ногами, перед этим запнулся об ножку стоящего рядом кофейного столика, подвинув его с места. Уилл, шедший следом, носком подвинул столик обратно и сел рядом, неровно вздыхая и оттягивая ворот футболки, словно ему было то ли очень жарко, то ли тяжело дышать. Женщина мельтешила перед ними, цокая каблуками, её темные кудри подлетали от каждого движения. Она поставила перед ними очень милые фарфоровые чайные пары, разливая по ним ароматный травяной чай из не менее милого чайничка. Рон посмотрел на свою кружку с недоверием. Он не любил горячий чай, к тому же здесь было всего на два глотка. Какой в этом смысл? Женщина посмотрела на Рона и подвинула пару ближе к нему, настаивая, чтобы он выпил. Он осторожно поднял маленькую кружку, фарфоровая ручка впилась в пальцы, держать её было неудобно. С любопытством покосился на Уилла, желая узнать, как человек с руками больше справится с такой мелкой посудой. Однако, вопреки ожиданиям, он поднял кружку очень ловко и спокойно, отпил. Рон посмотрел на гладкую поверхность жидкости и рассмотрел своё отражение. Встревоженный и разлохмаченный, словно только что пробежал пару кварталов, пытаясь догнать автобус. Он сделал один большой глоток, горло обожгло. Поморщился, а потом шумно выдохнул почти весь воздух из легких. Со вздохом пришло облегчение, невидимые тиски, сжимающие голову и грудь, наконец, отпустили, мысли стали яснее, а дышать стало намного легче. Вместе с облегчением пришла и усталость.