Анна Матс – Улей. Акт Ⅰ-Ⅱ (страница 4)

Не выдержав длительного осмотра, незнакомец сглотнул и протянул руку для рукопожатия.

– Рон. Маккейн.

Рукопожатие у него на удивление крепкое.

– Уильям Лидделл.

Глава 2

Он был чем-то похож на тех задир из школы, которые мешали его спокойному существованию. Плечи широкие, рост вполне высокий, сам хмурый и молчаливый. Всё ещё темные от влаги волосы падали ему на глаза, пока он допивал горячий чай из кружки на общей просторной кухне. Рон сидел напротив, бесцеремонно разглядывая его, склонив голову, и морщился, не представляя, как вообще можно с таким удовольствием пить что-то горячее. Несмотря на такую яркую ассоциацию с типичным драчуном, он не оказался опасным или грубым. Наоборот, потерянным и расстроенным, словно брошенный на обочине щенок. Интересно, что будет, если прямо сейчас положить ему руку на голову и потрепать? Огрызнётся или начнёт скулить?

Ссадина под глазом неприятно болела, напоминая о себе, стягивала кожу, от чего было неприятно улыбаться. Рон поморщился правым глазом и потёр припухшую щёку, на которой всё ещё осталась мазь, которую ему бережно втирала приятная молодая женщина, которая оказалась местным врачом.

– От кого получил? – спросил Уилл, заметив его движение.

– Приложился об асфальт, когда убегал, – мурашки пробежали по спине от воспоминаний о погоне, которая произошла несколько часов назад.

– От кого?

Рон сложил пальцы в замок, постарался сделать голос твёрдым, чтобы ему точно поверили:

– От какого-то мужика в противогазе.

Да, прозвучать это могло странно, но после его слов Уилл выпрямился и стал выглядеть куда серьёзнее. Он верил ему, и от этого стало как-то приятно и спокойно на душе. Ему наконец-то есть кому выговориться.

– Этот выродок напал на меня вечером, когда я возвращался из скейтпарка, который, ну, на Венис-Бич. Сначала выбил у меня из-под ног скейт. Я подумал, что это какой-то бездомный, нацепил на себя непонятно что и сейчас будет меня грабить, но он, вместо этого, наступил мне на шею, – Рон закинул голову назад, обнажая шею и демонстрируя пёстро-розовый след, в котором угадывалось очертание подошвы ботинка. – Потом достал нож. Я, – он запнулся, потряс головой. – Я начал вырываться, но он…

Он помедлил, задумался, сам попытался осознать, что же именно произошло в следующую секунду. Тот ненормальный занёс руку с ножом, это он помнил отчётливо, а потом Рон словно вспыхнул огнём, всё тело заныло от неистовой боли, в лёгких закончился воздух, а в глазах он видел яркие пятна, словно его ослепило вспышкой. Так продолжалось, по ощущениям, целую вечность, пока нападавший резко не поднял ногу с его шеи и не оступился. Рона за руки рывком подняла девушка, начала толкать его в спину, держа другой рукой за предплечье. Она заставила его бежать куда-то, но он не видел ничего перед собой, зрение ещё не восстановилось. Руки, которые держали его, исчезли, в темноте он услышал вскрик, запнулся носком об землю и рухнул лицом на асфальт. Щеку обожгло от боли. Он сел на колени, зрение в одном глазу медленно возвращалось. От страха сердце, опомнившись, резко забилось, неприятно отдавая пульсацией в горло. Женские руки снова помогли ему подняться, начали поддерживать его, на плечи что-то капнуло. Девушка попросила его двигаться быстрее, и они побежали. Она указала ему на дверь, заставила бежать туда. Он начал быстрее перебирать ногами, вложил в ноги все оставшиеся силы, смог достигнуть двери уже без посторонней помощи. Дверь на вид была самая обычная, в ней не было ничего такого, чтобы она вдруг каким-нибудь волшебным образом могла помочь ему спастись от ненормального. Кошмар, в котором он оказался, был слишком реалистичным. Дверь резко распахнулась перед его носом, когда он добежал. Рон ввалился в неё и оказался на изумрудной влажной траве, которая колыхалась от бриза. Его снова подняли под руки, и перед собой он увидел море. Это не Калифорния, здесь было холоднее, а воздух намного чище. Ветер пробирался под майку и джинсовые шорты, заставляя его морщиться. Незнакомая девушка навалилась на него сзади, но быстро выпрямилась. Она обошла Рона, осторожно положила руки ему на щеки и осмотрела лицо. Он не мог отвести от неё взгляд не то от изумления, не то от ужаса. На её шее багровел разрез, кровь крупными каплями капала ей на грудь, пачкая кофту. Длинные тёмно-рыжие волосы развивал ветер, а голубые глаза смотрели на него с тревогой. Она спросила, в порядке ли он, но ответить не получилось: его голос неожиданно осип, практически пропал. В голове всё смешалось, и он не понимал, что произошло реально, а что он выдумал.

Рон встрепенулся, покачал головой. Слишком сложно было передать такое словами. К счастью, Уилл выставил ладонь, прося его этим жестом не продолжать. Он отставил от себя кружку, и по его глазам было видно, что он его понимает. Неужели, он и сам прошёл через что-то подобное?

– Венис-Бич? Ты из Лос-Анджелеса?

– Ты тоже? – обрадовался Рон.

– Я из Нью-Йорка, – Уилл привстал и выглянул в окно, присмотрелся, а затем тяжело вздохнул. – Значит, таким, как мы, теперь и в Америке не безопасно, – он сел обратно и прищурился, ещё раз осматривая Рона. – А родился где?

Рон потупился, не ожидая подобного вопроса.

– У-Уотерфорд, – он заикнулся. – Это Ирландия, если что.

Уилл неопределённо хмыкнул и положил подбородок на кулак, о чём-то задумавшись, затем резко напрягся и устремил в сторону, на дверь. Ведомый любопытством, он обернулся, но никого не увидел. Через пару секунд в кухню вошёл ещё один незнакомец. Невероятно высокий, статный, нездорово бледный и беловолосый. Про таких обычно говорят «ноги от ушей». Очень короткие и явно осветленные волосы топорщились вверх ёжиком. Если бы Рон мог родиться таким, то, наверное, у него не было отбоя от девушек. Вошедший выгнул в удивлении брови, потом скрестил руки на груди и усмехнулся, смотря на них свысока не только из-за своего роста.

– Здравствуйте, мои новые подопечные. Я Феликс, теперь я ваш, скажем, куратор. Буду помогать вам здесь адаптироваться.

Он не выглядел старше, хотя вёл себя так, будто им по пять лет. Рону внезапно захотелось отказаться и начать бунтовать против него. Не собирается он находиться под шефством какого-то красавчика с кривой ухмылкой, это слишком унизительно. Хватит с него уже этого бессмысленного пресмыкательства перед другими, более сильными и крутыми. На новом месте всё будет иначе.

Рон обернулся к Уиллу. Парень не сводил взгляд с их нового непрошенного «куратора», однако в его глазах было скорее любопытство, тогда как Рон чуть ли не завистливо следил за каждым движением Феликса, когда тот обошёл кухонный остров, за которым они сидели, и сел сбоку, спиной к окну, чтобы видеть обоих. Приветливая фальшивая улыбка озарила его лицо.

– Значит, это ты нас сейчас будешь вводить в курс дела? – спросил Уилл и развернулся к нему торсом. – Начинай.

Феликс продолжал улыбаться, но уголки его губ дрогнули от напряжения.

– Давайте начнём с того, что мы сейчас находимся на Ломэа. Это остров в Северном море, недалеко от Па-де-Кале. Точнее, – Феликс начал тараторить, расчесывая ногтями странное покраснение над бровями, – мы находимся сейчас как бы на мелях Гудвин-Сэндс, но в другом измерении, – он посмотрел на Рона и, увидев замешательство в его глазах, закатил глаза. – Остров находится в промежуточном пространстве между Тейей и Геей. Сначала он принадлежал Гее, а затем в результате древнего потопа стал переходить Тейе.

– Между кем и кем? – Рон сильнее нахмурился, не понимая, что он вообще несёт. До этого ему сказали, что они просто находятся на маленьком острове недалеко от Англии, и это он ещё мог принять. Да, каким-то образом он переместился с Западного побережья США в Англию, но ни про каких Гей и Тей ему ничего не говорили.

Феликс поморщился и почесал костяшкой пальца между бровей. Похоже, Рон раздражал его не меньше, чем он его.

– Ладно, по порядку, – он начал активно жестикулировать. – Мы делим одну Землю с другим миром. Точнее, с планетой. Тейей. Слышал что-нибудь про теорию гигантского столкновения? Согласно ей, в Солнечной системе существовала ещё одна планета, размером с Марс, которая сошла со своей орбиты и врезалась в Землю. Их ядра слились, из осколков образовалась Луна, а сама наша Земля сместилась и наклонилась, из-за чего стало возможным появление жизни на планете. Вот это эта планета и есть Тейя. Наша планета поглотила её ядро, а поверхность скрылась под нашей, и для нас, по-хорошему, её больше не существует, но это не так. Существует же неисчислимое количество параллельных вселенных, верно? Ветка, в которой находимся мы, после столкновения разделилась надвое, позволяя существовать двум планетам в одном месте одновременно, при этом каждая находится в суперпозиции. Гея – это мы, а Тейя – другая, сосуществующая планета. Если что, то у них там и жизнь есть, и государства, и прочее. Так понятно?

– Нет, – загрузился Рон, пытаясь вычленить из его рассказа хоть что-то адекватное.

– Соболезную, – Феликс похлопал его по плечу, издеваясь, а не подбадривая. – Что-то тебя твоё перемещение не удивило, хотя ты оказался на другом полушарии. Так вот, переместился ты как раз благодаря пространству между двумя мирами. Из-за того, как оно укрывает малютку-Тейю от нас, это пространство зовётся Вуалью. Вуаль иногда искривляется, из-за чего мы можем с помощью порталов путешествовать из одной точки Геи в другую, но не можем таким же образом попасть на ту планету. На Тейю ведут только разрывы в этой самой Вуали, и один из самых больших находится как раз в Па-де-Кале, а Ломэа – остров, на котором мы сейчас – на середине пути на Тейю, то есть между ними. Вообще, никто остров этот так не называет, все предпочитают называть его Ульем. Улей раньше был посольством, а до этого здесь жили беженцы как с Геи, так и с Тейи. В конце девяностых Улей был уничтожен, затем в одиннадцатом году был отдан моему отцу на реконструкцию, но он восстановил только часть здания. Ремонтные работы всё ещё ведутся, поэтому не удивляйтесь, что восточное крыло выглядит как руины. Сейчас Улей используется как убежище для таких, как вы.