Анна Матс – Улей. Акт Ⅰ-Ⅱ (страница 12)
Рон выпрямился, словно кто-то оттянул его сзади за волосы.
– С Беллой что-то не так?
– Я бы вообще никому из старших здесь не доверял. Рамон и Эван – Охотники, а из Охотников получились Жнецы, так что кто знает, не шпионы ли они. Белла мутная, её буквально с улицы подобрали, до этого она гадала за гроши. Роза, которая тебя вытащила, ещё более-менее, но она бывшая Эвана, так что на счёт неё тоже не знаю. Аделаида вообще дочка одного из самых главных людей Канала, её специально в курс дела не посвящают, она только за лазарет отвечает. Кто там ещё? Ник. Не знаю, тоже мутный, нашёлся сам, хотя обычный человек, но по виду мирный, хотя я бы спиной к нему, на всякий случай, не поворачивался. Ну и остались приближенные Каса, отца Феликса. Корделия вообще во мне чувство страха вызывает. Хлоя, наоборот, кажется милой, но на её счёт тоже ничего не могу утверждать.
– Ты не доверяешь Феликсу и его отцу?
– Нет, Феликсу я доверяю, но вот его отцу – определённо нет, – Джо начал загибать пальцы. – Он врёт родному сыну, заставляет его лезть куда не нужно и подставляться, водится непонятно с кем. И вообще, этот Улей больше не на пристанище похож, а на настоящий капкан. Не удивлюсь, если нас всех здесь ваши же спасители и переубивают. Но я тебе этого не говорил.
В горле пересохло.
– О чём отец Феликса ему врёт?
– Это не наше дело, так что забудь об этом, хорошо? И Феликсу даже не намекай, пусть сами разбираются. И вообще, всё это мои придумки, и к реальности они никакого отношения не имеют, – Джо снова наклонился в его сторону. – Если твоя подруга снова даст тебе хоть малейший намёк на Жнеца, то я отправлюсь проверять с тобой. Договорились?
Он кивнул.
– Ты упомянул про какой-то Канал.
– А, да. Феликс называет его Ла-Манш, как и остальные, кто говорит на французском, остальные чаще используют «Канал». Можешь говорить хоть Ассоциация колдунов Ла-Манша, хоть Ассоциация колдунов Канала – это одно и то же, просто каждый использует наиболее привычное название пролива. Кто-то просто использует аббревиатуру ACMS, где учтено и то, и другое.
Рон постучал пальцами по своей почти полной бутылке. Другой вопрос вертелся на языке, но он пока не решался его озвучить.
– Что ещё можешь рассказать? Просто, считай, я про эти ваши ассоциации и параллельные миры узнал только сегодня. Информации очень много, но я, если честно, ничего не понял.
– «Следуй за северными олушами, если хочешь найти меня».
Рон выгнул брови, не понимая, о чём он. Джо рассмеялся.
– Это строчка из детской сказки про юношу с Геи и его возлюбленную, девушки с Тейи. На самом деле птицы олуши приведут не совсем на Тейю, но зато они гнездятся на Ортаке и Ренонкете, отчего и сложилось такое мнение, – пояснил он. Рон за сегодня уже слышал эти названия. – Ломэа, Ортак, Ренонкет и Грасшем – это острова, а уже на этих островах располагаются стратегически важные объекты для Канала: Улей, Гнездо, Двор и Ясли. Острова не запоминай, но вот эти четыре названия запомни. Во Дворе заседал Совет, Гнездо использовали как казарму для Охотников, Ясли как школу для детей, а Улей… Ну а Улей – это улей.
– Улей, Гнездо, Двор и Ясли, – повторил за ним Рон.
– Да. Четыре самых главных места для колдунов Европы. Четыре острова, которые были когда-то под управлением Совета. Теперь же Двор и Гнездо захватили Жнецы, а Улей стал пристанищем для преследуемых.
– А о чём ещё стоит знать?
Джо задумался и отпил из своей бутылки.
– Доггерленд – это ближайшая к нам страна на стороне Тейи. У нас с ними был конфликт несколько лет назад. Располагается относительно Земли в Северном море, а переход начинается в Дуврском проливе. В – как сказал бы Феликс – Па-де-Кале.
Да, Феликс об этом говорил.
Рон решился, наконец, спросить.
– Почему ты хочешь помочь с Грейс? Разве тебя это касается?
Джо посмотрел в сторону троицы, которая курила в темноте. Они что-то обсуждали, но расслышать их было тяжело. Он понизил голос, наклонился ближе, широкие черные брови отбросили на глаза тени, Рон мог разглядеть в его темных глазах отчетливые языки пламени.
– Всё, что касается Жнецов, касается и меня. Они убили мою сестру, и я хочу наказать их за это. Сначала тех, кто подчиняется, а затем тех, кто приказывает.
Глава 5
Она нервничала, не могла усидеть на месте, стучала столовыми приборами по посуде и нервно вздыхала, посматривая по часы. Роза наблюдала за ней, не понимая, как вообще Оливер мог выбрать такую девушку, как она.
– Передай своей матери, что я отказываюсь.
– Мадлен, пожалуйста, подумай ещё. Речь ведь идёт не только о твоей безопасности. Обещаю, вам вдвоём будет хорошо в Доггерленде, мама сделает всё, чтобы вы там ни в чём не нуждались и быстро привыкли.
Мадлен стукнула ложкой по чашке. На этот раз специально. Роза не удержалась и от раздражения закатила глаза.
– Нет. Когда Эш немного подрастёт, я хочу покинуть Европу и уехать в Канаду. Подальше от всего этого, подальше от Ла-Манша и вашего Доггерленда. С меня хватит.
С одной стороны, её можно было понять: она потеряла мужа, будучи беременной, и её гнев на Ла-Манш и всех к нему причастных был оправдан. С другой стороны, Роза и её семья тоже потеряли близкого человека. Роза и её младшая сестра – старшего брата, а мать единственного сына. Они хотели помочь невестке, забрать её к себе вместе с малышом, но она отказывалась.
Упертая, как баран.
Мадлен отставила от себя посуду и озлобленно зыркнула на Розу, от чего захотелось сжаться или раствориться.
– Ты всё ещё с ним?
– Нет.
– И правильно. Ему и ему подобным место где-нибудь в клетке, а не среди людей. Почему его вообще оставили в живых?
Розу её слова укололи в сердце.
– Эван не виноват в том, что произошло. Он сопротивляется Зову и хочет помочь. Хочет всё исправить.
– И ты в это веришь? Роза, его чуть ли не с самого детства учили убивать таких, как вы. Это тебя не волнует?
Она поджала губы. Да, этот факт ужасно волновал её, но об этом он хотя бы рассказал сам, хоть и спустя какое-то время и уже после того, как решился сделать ей предложение. Видимо, решил об остальном упомянуть уже у алтаря. Например, о том, что его имя даже не Эван.
– Не удивлюсь, если это он тебя по шее полоснул.
Роза прикрыла бинт на шее воротником и распустила волосы по плечам.
– Нет, это сделал не он.
– Ну да, будь это он, ты бы сейчас здесь не сидела, – Мадлен очень сильно скрежетала зубами. – Была бы как твой брат. Без головы.
– Эван никак не причастен к смерти Оливера, – Роза очень резко дернулась в её сторону, столик между ними задрожал. Она опустила взгляд, стыдливо сжала челюсть и оперлась обратно на спинку стула. – Он был далеко и о заговоре ничего не знал.
Мадлен фыркнула, не веря ей.
– Ты ради него решила присоединиться к Улью?
– Нет. Я присоединилась для того, чтобы помочь. Дети не заслужили всего того, что с ними происходит.
Она поднялась из-за столика и смерила Розу взглядом, полным разочарования.
– Лучше просто сожгите Двор вместе с Гнездом, и проблем никаких не будет. Ни Жнецов, ни Жатвы.
– Не все делают это по собственной воле, их загипнотизировали и заставили. В этом нет их вины.
– Они вступили в Охотники, этого достаточно, – Мадлен рывком забрала свою сумку со стула рядом и уже собралась уходить. – Маме и сестре привет.
Роза кивнула, не решаясь проводить её взглядом. Она слышала, как её шаги становится тише, и только когда мимо неё прошла пара в возрасте, она выдохнула и закрыла глаза, отвлекаясь на посторонний шум. Роза не открывала глаза, скрывая от посторонних светящиеся зрачки, подняла возле себя ветер и избавилась от аромата парфюма Мадлен. Ей хотелось назвать её дурой всю их беседу, и, наверное, это было взаимно. Они друг друга не понимали и не уживались и до этого. Всё ещё непонятно, как Оливер её выбрал.
Она вернулась из Ренна обратно в Улей через лабон, толкнула возникшую на секунду золотую дверь и попала обратно в башню, опуская голову. Войдя, уперлась взглядом в тяжелые кожаные ботинки.
– Феликс, – она подняла на него взгляд, сморщилась, так как узнала с трудом. Как раз его не хватало, чтобы окончательно испортить ей настроение.
Феликс стоял, привалившись на стену возле двери, скрестив ноги, опираясь только на левую. Он опустил руки, которые до этого скрещивал на груди, и криво улыбнулся, а затем нахмурился.
– Скажи своему парню, чтобы он перестал меня преследовать.
– Он не мой парень.
– Да мне плевать, что там между вами произошло. Хорошо, скажи тогда своему
Вообще-то, Эван до этого пытался поговорит с ней самой, но она то скрывалась в лазарете, то сорвалась в Бретань. К разговору с ним она ещё не была готова, но Феликса стало как-то жалко, ведь, по факту, он был ни при чём.
– Хорошо, я поговорю с ним.
– Отлично.
– Но ты пойдешь со мной. В качестве поддержки.