Анна Лоур – Хранитель чудесных. Принятие (страница 10)

– Да, пожалуйста, – Девиан подался вперед, надеясь на согласие жрицы, но она лишь покачала головой.

– Простите, риаспий, но несмотря на ваши заслуги в Академии, мы не можем позволить просмотреть Архив. Вы должны получить согласие четырех старших жриц, главы Академии четырех стихий, королевы Мариам и главы Гильдии магов. Мне очень жаль.

– Только так? – колдун опустил голову и уставился на алтарь. – А комнату Душ я могу посетить?

Кеви только покачала головой. Законы были строги и одинаковы для всех. И если семь лет назад этот колдун был легендой Академии, то сейчас все равно обязан был подтвердить былые заслуги перед жрицами.

– Но зачем вам Архив и комната Душ? Быть может вы расскажете мне, для чего, и я найду другой способ решить вашу проблему, – Кеви протянула к нему руку и взяла его ладонь в свою.

Девиан почувствовал, как тело успокаивается, но ничего не ответил, только высвободил руку, прошел к лавке для младших жриц и сел. Нечего ему было рассказывать. Кошмары казались детской проблемой, а после истощения его быстро восстановили в целириуме, только вот сон с волком настораживал. Но даже это можно объяснить лишь близостью лесов, где обитают эти чудесные.

– Я не настаиваю, – произнесла Кеви и прошла к полке с банками и склянками. Смешала несколько трав в чашке, залила их горячей водой из кувшина для ритуалов, и протянула колдуну. – Выпейте. Вам станет легче. Это успокаивающий напиток.

– Спасибо, – ответил он и пригубил напиток.

Отвар действительно успокаивал, но не туманил сознания. Девиан оперся на стену за лавкой и принялся думать. Стоило рассказать только самое главное, но не выдавать семейные дела. Пару минут спустя колдун начал свой рассказ:

– Когда я ехал в столицу, заметил, что мои зрачки стали серебристыми, когда я использовал заклинание левитации. Оно одно из самых простых, поэтому я испугался, что магия выходят из-под контроля. Потом, на вокзале я встретил вампира и забрал его силу. Мне впервые стало настолько плохо после этого, что я потерял сознание и провел в целириуме несколько дней. Я постоянно слышу какой-то голос. Он говорит вспомнить, что-то, но я не понимаю, что именно. Элирия Кеви, помогите мне, прошу.

В голосе его послышалась неприкрытая мольба. Девиан посмотрел на жрицу глазами, полными отчаяния, та задумчиво смотрела на алтарь.

– Пожалуйста, – произнес колдун уже тише, боясь сбить ее с мыслей.

– Да, я помогу, – ответила Кеви и поднялась с лавки. – Всем, чем смогу.

Она забрала у него напиток, вымыла чашку, поставила ее на полку и взяла несколько баночек с травами. Жрица подошла к алтарю, насыпала в туда сбор и провела над ним рукой. Никаких заклинаний Кеви не произносила. Ей стоило только представить то, что она хочет сделать, и магия начинала струиться вокруг, собираясь на дне чаши. Девиан подошел к Кеви.

– Ваша стихия огонь? – спросила она, жестом показывая колдуну становиться напротив.

Он кивнул и тоже поднял руку над алтарем. Из пальцев вырвались языки пламени и бесконтрольно начали пожирать травы. Девиан попытался отдернуть руку от бушующей силы, но не смог. Жрица отошла и провела полукруг вокруг себя. Огонь стал сильнее и полностью поглотил колдуна.

Девиан стоял не в силах сделать и шагу. Его сила вырывалась под действием заклинания Кеви, и он должен ее подчинить. «Это просто очередной экзамен,» – успокаивал себя колдун. Только пламя уже не просто охватывало его, но начало опалять своим жаром. И жар этот все усиливался. Девиан с трудом поднял вторую руку и попытался остановить бушующую вокруг силу. Зрачки его глаз стали серебристыми, ладони покрылись шерстью и начали превращаться в когтистые волчьи лапы. Колдун дрожал от напряжения, в висках стучало от боли, но пламя начало уменьшаться. Где-то вдалеке снова появился тот голос. «Вспомни», – услышал он в голове. Ноги уже не держали, голова раскалывалась, и Девиан, обессиленный, повалился на пол. Огонь пропал, к колдуну подошла жрица и протянула целебный отвар.

– Я снова слышал этот голос, – произнес Девиан, как только выпил весь напиток. Голос его дрожал, в горле пересохло, а тело слушалось с трудом.

– Какой он? Этот голос? – спросила Кеви, опускаясь рядом с колдуном. Она чувствовала, что у Девиана нет сил встать.

– Говорила женщина, – начал колдун. Дыхание его было сбивчивым, он часто моргал, хоть и смотрел в одну точку. – Раньше было непонятно, кому он принадлежит. Казалось он обезличен, но в этот раз она почти кричала. Раньше просто говорила. Мне кажется, я слышал ее когда-то, только не могу вспомнить когда. Голос кажется одновременно родным и теплым, но в то же время холодным и отстраненным.

Девиан замолчал, а жрица положила руку ему на плечо, успокаивая. Она не знала, как помочь этому юноше. Не так часто приходили в храм люди, которые слышали голоса, но обычно эти голоса принадлежали их умершим родственникам. И люди узнавали этих родственников. А сейчас. Кеви не хватало какой-то важной детали, поэтому она спросила:

– А какие у вас отношения с родными?

Этот вопрос попал в точку. Лицо Девиана тут же скривилось то ли от боли, то ли от отвращения, а глаза превратились в узкие щёлки.

– Это не ваше дело, – отрезал он и поднялся.

– Нет уж, теперь мое. Возможно ваши кошмары и слабость – результат напряжения в семье.

– Правда? А может я сам как-нибудь разберусь тогда?

– Риаспий Девиан, – жрица взмахнула рукой и вокруг колдуна начали струиться волны магии, – вы понимаете, что в таком случае вы только зря потратили мое время и силы? За это следует отработка.

Колдун вздрогнул. Он слышал про ужасные недели, которые можно провести в Храме Высших на одной похлебке, работая на должности хуже чем у самого слабого из чудесных. И отец всегда предупреждал, что за отработку в храме следует наказание и от королевы.

– Какая? – все же решился уточнить колдун. Все же он не обязан рассказывать каждому о том, что происходит в семье. Даже если его спрашивает жрица.

– Это решит собрание Жриц, но я не советую вам доводить до такого. Вы же пришли за помощью, почему отказываетесь от нее?

– Я… – он замялся, но продолжил: – мне все еще больно вспоминать о прошлом.

– Тогда разделите эту боль со мной.

Кеви отозвала заклинания и пригласила Девиана в зал Внутренней Силы. Там они скрылись за ширмами, чтобы не мешать другим волшебникам восстанавливать магию. Жрица села на мягкий пол, скрестив ноги, Девиан устроился напротив.

– Вы уверены, что это поможет? – спросил он, поднимая взгляд.

Кеви только кивнула и протянула руки к колдуну. Он вложил свои ладони в ее и закрыл глаза. Жрица начала читать заклинание на древнемагическом языке, Девиан повторял некоторые фразы, и, как только магия полностью окружила их обоих, начал свой рассказ. С каждым словом становилось легче, колдун чувствовал, как боль уходит и продолжал говорить. Теперь жрица знала все, что он думает о сестре, как винит ее в смерти матери, об отце с братом, которые сдувают пылинки с девчонки, а о нем даже не вспоминают. На душе становилось легче, но боль все равно оставалась, а рана так и кровоточила. Они одновременно открыли глаза. В одно мгновенье все, что он сейчас рассказал навалилось на него с новой силой. Захотелось создать бушующее пламя и уничтожить все вокруг, все королевство, лишь бы не осталось в душе этой зияющей пропасти.

– То есть началось все после смерти Лизаветы? – спросила Кеви, опуская руки. В ее глазах он заметил влагу и стало мучительно стыдно перед жрицей. Ей же наверняка больно слушать о его потере и чувствовать его собственную боль.

– Не знаю, – ответил Девиан. Вопрос застал его врасплох. Он никогда не задумывался, в какой именно момент все началось, когда он впервые услышал голос, и когда ему стали сниться кошмары. И он начал прокручивать в голове события десятилетней давности.

Теплый солнечный день, на небе ни облачка. Кажется, даже Высшие благословляли всех выпускников Академии. Девиан стоял среди ребят своего курса. Все они были одеты в яркую красную форму своей стихии: новые, недавно сшитые и накрахмаленные брюки и плащи. И белые рубашки, так удачно подчеркивавшие сосредоточенные лица юношей. А вот девушки почти все одеты в пышные бальные платья. Чуть поодаль стояли колдуны, маги и волшебницы остальных стихий. На лицах всех сияли радостные улыбки. Девиан вглядывался в толпу гостей, стараясь найти родителей и брата. Максима он увидел почти сразу, тот стоял под тенью большого дерева и разговаривал с кем-то из преподавателей.

Вскоре началась церемония выдачи звезд, а родителей юный колдун так и не увидел. Его позвали, и он медленно двинулся к ректору. По традиции все выпускники должны идти с определенной скоростью: важно и неспешно, показывая уважение и благодарность Академии. Девиан подошел к старому, уже многое повидавшему, колдуну и получил свой жетон.

– Поздравляю с выпуском, – сказал ректор и пожал Девиану руку.

Колдун повернулся ко всем и увидел родителей. Значит они все-таки пришли. Он улыбнулся и вернулся к однокурсникам.

Выпускной стал самым счастливым воспоминанием Девиана за последние годы. А после начался нескончаемый кошмар. Мама перестала выходить из комнаты, отец целыми днями ходил мрачным, и Девиан ничем не мог им помочь. Ему только оставалось готовиться к стажировке и с тяжелым предчувствием ждать рождения сестры. Когда мамы не стало, отец сам предложил ему ехать в Храм Высших. И после этой поездки Девиан отправился на юг, в далекий от Ризнона и столицы, клан Анор.