Андрей Антоневич – Аллоген. Пенталогия (страница 99)

— По-моему тебе уже достаточно. Пожалуйста, или отпусти девушек, или перестань орать во все горло, — продолжил настаивать Юра.

— Я по-другому не могу. И вообще… Перестань меня терроризировать. Это мое личное дело. Я самостоятельный уникальный индивид, который имеет право на приватную жизнь, — уже не мысленно, а в полный голос прокричал через дамару Падлантает. — И вообще, ты, узурпатор и…

Закончить фразу уникальный индивид не успел, потому что Юра вошел в его сознание и погрузил кота в сон.

Сквозь наступившую тишину, Юра успел услышать, как кот жирной тушей шлепнулся во сне с кровати на пол и жрицы любви кинулись прочь из апартаментов на коридор.

Последнее о чем он, засыпая, еще успел подумать, это о том, что сегодня, наконец-то, прибудет делегация хармозельцев, с которыми необходимо будет заключить союз против архонтов.

Во сне Юра прерывисто дышал и скрипел зубами. Его ладони с определенной цикличностью сжимались и разжимались, а по всему телу волнами пробегали легкие судороги…

Первое солнце уже почти полностью вышло из-за горизонта, ласково осветив притихшую растительность, которая вмиг ожила многотысячными голосами какой-то мелкой живности, обитавшей среди нее, а Юра, не смотря на то, что солнечные лучи уже коснулись его глаз, продолжал скрипеть зубами и ритмично сжимать кулаки…

Когда два солнца стояли уже в зените, в апартаменты к Юре пришла Настет и сообщила, что в коридоре стоят представители знатных династий, участвовавшие в подготовке встречи с хармозельцами, которые хотят ему сообщить об ответе гостей, чей корабль уже вошел в галактику Иару.

— Пускай войдут, — разрешил Икин.

В образовавшийся проем вошли три, облаченные в пурпурные туники, саламекса.

Два из них были настолько стары, что было непонятно, как они еще передвигают ноги, а вот третий был наоборот, примерно такого же возраста, как и Настет.

— Это Ваклапандает, — указала рукой на ближайшего старца с густыми седыми бровями, из-за под которых, тускло, поблескивали желтые пуговицы глаз, Настет. — Он представитель галактики Иару.

Старый тучный саламекс, который ростом едва достигал Юре до пояса, пошевелил кустистыми бровями и почтительно кивнул головой.

— Это Ликрандает, — продолжила представлять визитеров сехмет и указала теперь на второго старца. — Он представитель галактики Дуата.

Второй старец был ростом повыше, но в отличие от Ваклапандаета, бровей у него не было вообще, зато из треугольных ушей торчало столько седых длинных волос, что их проще было бы заплести в косы.

Старик выпростал обе руки из туники и в знак почтения приложил их к груди. При этом Юра обратил внимание, что правая рука у него была искусственная из такого же дланка, как и у Камилы.

— Это Амсет. Представитель галактики Иалу, — уже без жестов представила молодого саламекса Настет.

Тот презрительно сморщил свой плоский нос и еле заметным кивком головы выразил приветствие.

— Интересный фрукт, — подумал про себя Юра и просканировал сознание заносчивого юнца…

За время скитаний по просторам космоса, Юра для себя выяснил, что эмоции саламексов немного отличались по своему окрасу и энергетике от эмоций людей, но то, что Амсет испытывает черную зависть, определить было несложно. Хотя к кому именно, Юра разобраться не успел, потому что саламекс с волосатыми ушами, шлепая беззубыми деснами, заговорил на языке архонтов:

— Хармозельцы согласны с вами встретиться, сехмет Икин, через четверть колмиса на борту «Катарсиса» и обсудить все условия предстоящего союза.

Все трое представителей галактик саламексов, молча, воззрились на Юру в ожидании ответа.

Икин посмотрел на их, ничего не выражающие, лица и перевел взгляд на Настет. Та стояла и переминалась с ноги на ногу, словно маленькая девочка, которая хотела писать, но для этого не было подходящего места.

Юра, поначалу хотел согласиться, но в последний момент решил посовещаться с Алексичем.

— Одну минуту, — обратился он к переговорщикам и мысленно представил пилотный отсек «Катарсиса», куда моментально и перенесся, оставив изумленных старейшин в одиночестве оглядываться по сторонам.

Яркая синяя вспышка озарила пилотный отсек, на мгновение ослепив Нака, колдовавшей что-то в это время за центральной консолью.

— Нака, вызови Алексича, — вместо приветствия кинул он сколопендре.

Сразу же на одной из консолей высветилось изображение жилого отсека Виктора, хозяин которого от яркого освещения, вспыхнувшего, как только Нака послала сигнал вызова, попытался закрыть глаза рукой.

— Виктор, мне нужно срочно с тобой посовещаться, — не церемонясь, начал Юра.

— Неужели тебе нужен мой совет? — с иронией произнес Виктор и в полголоса сам себе добавил. — Наверное, что-то большое, где-то в космосе сдохло…

— Где? Что сдохло? — не понял метафоры Юра.

— Не обращай внимания, — отмахнулся Виктор: — сейчас схожу на совещание и буду.

— Я тебя жду на совещание, а ты куда собрался? — опять не понял Юра.

— Покакаю и приду, — решил, наконец, пояснить Виктор.

— Нету времени, — выкрикнул Икин и яркая синяя вспышка ослепила уже Алексича.

— Это мой отсек, и я хотел бы иметь какое-то право на личную жизнь. Я понимаю, что ты сверхчеловек и спаситель рода человеческого, но мог бы и постучаться, — раздраженно пробурчал Алексич, вылезая из-под одеяла.

— Нужен совет.

— Что случилось? — накинув на плечи свой любимый халат, спросил Виктор.

— Корабль хармозельцев уже в галактике Иару.

— Я знаю, — перебил его Виктор. — Мы их заметили сразу, как только они вошли через тот же туннель, что и мы.

— Они предлагают встречу на «Катарсисе» и мне кажется это странным.

— Почему? — зевая, спросил Алексич.

— Не знаю… Какое-то у меня нехорошее предчувствие, — ответил Юра.

— Правильное у тебя предчувствие… Хармозельцы недалеко ушли от архонтов и я думаю, что им очень интересно побывать на борту корабля, который может уничтожить целую планету…

— Ты думаешь, что им нужен «Катарсис», а не союз с нами и саламексами? — спросил Юра.

— Я думаю, что да… Тем более ходили слухи, что не так давно у них погибла целая флотилия кораблей… Кстати, как там Настет?

— Надо было тебя сразу брать с собой, — вместо ответа на вопрос о Настет, произнес Юра и схватил Виктора за руку.

Синий всполох возвестил саламексам о том, что Юра вернулся.

Когда они рассмотрели, что тот не один, изумлению их не было предела. Видимо, за ту минуту, пока Юра отсутствовал, Настет им успела вкратце рассказать о возможностях необычного герадамаса, но увиденное… их потрясло.

Настет же, увидев Алексича, покрылась румянцем и, радостно сверкнув глазками, поспешила отвернуться от своих соплеменников.

— Я… Мы, — поправился Юра: — согласны встретиться с хармозельцами на вашей территории…

Саламексы недоуменно посмотрели друг на друга и бровастый Ваклапандает вкрадчиво сказал:

— Мы, нуждаемся в помощи хармозельцев, а не они в нашей, и поэтому было бы разумно, что бы мы приняли их условия.

Только Юра открыл рот, что бы ответить им, что возможно все наоборот, как вмешался Виктор:

— Сехмет Икин хотел сказать, что мы слишком много времени провели, скитаясь в космосе, и нам очень бы хотелось продлить минуты удовольствия нахождения на вашей планете. Свежий воздух располагает к правильному ходу мыслей и благотворно влияет на наши организмы, что позволит, я думаю, нам при помощи советов таких мудрых и знатных вождей своих народов галактик Иару, Иалу и Дуата принять правильное решение во время переговоров с хармозельцами.

От неприкрытой лести лица саламексов засветились от удовольствия.

— Хорошо. Мы передадим ваши слова, — через несколько секунд безмолвного переглядывания между собой, ответил Ваклапандает и все трое, еще раз недоуменно посмотрев на заношенный халат Виктора, двинулись к выходу.

Настет, прикрыв рукой улыбку, поспешила за ними.

Когда в огромной комнате они остались вдвоем, Юра подозрительно спросил у Виктора:

— Откуда ты знаешь, кто это такие? Я тебе про них ничего не говорил…

— В следующий раз, когда тебе стукнет в голову меня куда-то перемещать, пожалуйста, сообщай заранее.

— Извини.

— Ладно… С этими ребятами нужно держать ухо востро.

— Чего ты так решил?

— Жизненный опыт.