Алексей Ситников – Karmamagic (страница 79)

Впрочем, среди читателей книги Рубинштейна людей, испытывающих проблемы с мотивацией, скорее всего, немного. Поиск необходимой информации, чтение, запоминание — это уже само по себе свидетельствует о том, что человек умеет себя мотивировать.

На нейрофизиологическом же уровне мотивация является результатом борьбы двух конкурирующих систем контроля над поведением человека. С одной стороны, нашими желаниями и поступками «заведует» лимбическая система головного мозга. Это очень древняя и очень простая, но весьма сильная система, главным орудием которой является гормон удовольствия дофамин. Дофаминовая система — это система награды. Именно этот гормон заставляет нас испытывать радостное возбуждение при виде вкусной еды (причем даже еще до того, как мы ее попробовали), он же отвечает за сексуальные желания и многие другие устремления, доставшиеся человеку от животных-предков[563].

Но если бы мы следовали только велениям лимбической системы, наше поведение было бы сродни поведению животного: мы поглощали бы все вкусное, что попалось нам на пути, и стремились бы размножаться с любыми симпатичными особями противоположного пола, попавшими на нашу территорию. Возможно, кому-то было бы достаточно и этого, но у человека помимо животных реакций есть еще интеллект, за который отвечает кора головного мозга. Она обладает способностью формулировать отдаленные и абстрактные цели. Эти цели нередко вступают в противоречие с предпочтениями лимбической системы. Помните фразу героя Александра Калягина в фильме «Раба любви»: «И есть хочется, и худеть хочется!»? Это реплика прекрасно иллюстрирует возникающий внутри нас конфликт.

Согласно проведенным экспериментам именно лобные отделы коры головного мозга отвечают за то, что у нас формируется мотивация, направленная на достижение отложенного удовольствия. По словам американского нейроэндокринолога Роберта Сапольски, хотя дофаминовая система единообразна для всех видов, именно у человека она обрела одно новое свойство — мы способны откладывать удовольствие на невероятно долгое время[564].

Каким образом это происходит? Импульсы различных действий рождаются в лимбической системе, однако для реализации им необходимо пройти через определенные части коры головного мозга, которая оценивает и решает, стоит ли реализовать импульс. По предположениям нейробиологов, в процессе обдумывания возможных сценариев развития событий у нас формируется ожидание возможного вознаграждения (допаминовый отклик)[565].

Как мы можем помочь нашему мозгу сделать правильный выбор? Один из самых простых и действенных — визуализация. Необходимо представить себе желаемую цель как можно более конкретно. Вообразить себя стройным, красивым на великосветском рауте, представить лакированное крыло нового автомобиля или золотую медаль и первое место на пьедестале на спортивных состязаниях. В этом случае суммарное ожидаемое вознаграждение для нашего мозга превысит единичный всплеск дофамина, который может быть вызван выполнением сиюминутного желания. Тем более что даже маленькие шажки, ведущие нас к принятой цели, будут в этом случае поддерживаться лимбической системой. Похудел на килограмм, отложил тысячу рублей на новую квартиру — почувствуй себя победителем. Именно так свершаются все большие дела. В большом деле на одних морально-волевых качествах без поддержки лимбической системы далеко не уедешь.

Впрочем, визуализация хорошо помогает мотивировать себя, а как быть с другими? Мы живем не в вакууме, и даже самый продвинутый специалист — один в поле не воин. Достигая определенных вершин, мы часто сталкиваемся с тем, что глобальные цели не воплощаются из-за отсутствия мотивации у всех участников процесса. Поэтому рано или поздно перед руководителем любого уровня встает вопрос: как результативно мотивировать каждого из подчиненных в отдельности и создать мотивирующую атмосферу в трудовом коллективе?

Ответы можно найти в психологических опытах, которые проливают свет на тайные пружины работы мотивационных механизмов. Американские психологи Роберт М. Йеркс и Джон Д. Додсон в далеком 1908 году провели эксперимент, в результате которого был сформулирован носящий их имя закон[566]. Суть эксперимента заключалась в том, что психологи поместили несколько мышей в лабиринт, стенки которого были выкрашены в разные цвета. Мышам полагалось научиться придерживаться только одного определенного цвета. Если мышка совалась в лабиринт другого цвета, там ее поджидал удар тока.

Со временем мыши осознавали эту закономерность, и ходили только теми тропинками, которые были для них безопасны. А Йеркс и Додсон измеряли время, за которое мыши учились ходить по нужным ходам. Сначала удары тока были слабенькими и подопытные животные учились медленно. Их мотивация у них развивалась с трудом. Постепенно сила тока повышалась, и мыши получали все более чувствительные разряды. Им становилось по-настоящему больно, и скорость обучения резко возросла.

Но, дойдя до определенной точки, планомерно растущий график корреляции между силой тока и скоростью обучения вдруг резко изменил свое направление. Сила тока продолжала расти, боль от ударов становилась нестерпимой, а вот способность мышей извлекать уроки из этих ударов вдруг практически сошла на нет[567].

Проведенные позже исследования на людях продемонстрировали аналогичные результаты (в этом случае применялось не наказание, а, наоборот, поощрение). По мере увеличения вознаграждения результаты улучшались, но только до определенного момента, а потом высокий уровень мотивации вызывал нежелательные эмоциональные реакции, что приводило к ухудшению деятельности.

Что интересно, для тех, кто занимался физической активностью, такой проблемы не было — тело здесь работало достаточно автономно от сознания и человек или мог или не мог выполнить задание, в зависимости от его физической кондиции.

Об этом же писали в свое время Поль Фресс и Жан Пиаже. Только они оперировали понятием «оптимум мотивации». Существует оптимум мотивации, за пределами которого возникает эмоциональное поведение. Понятие оптимума мотивации связано с адекватностью или неадекватностью реакций ситуации. Эта связь соответствует отношению между интенсивностью мотивации и реальными возможностями субъекта в конкретной ситуации. Как говорил Хоудж (1935), «эмоциональные реакции обратно пропорциональны способности высших мозговых центров противостоять данной ситуации»[568].

Характер мотивации зависит не только от вида деятельности, но и от возраста мотивируемого человека. Если мы говорим о детях (а их тоже приходится мотивировать на учебу, развитие и спортивные достижения), то акценты несколько смещаются.

Американский психолог Уэнделл Джонсон провел эксперимент, который вошел в историю психологии под названием «ужасного»[569]. Он и в самом деле ужасен. Но даже слабонервным следует о нем знать. Быть может, даже в первую очередь.

Суть опыта была такова: в 1939 г. Уэнделл Джонсон и его аспирантка Мэри Тюдор отобрали из приюта двадцать два ребенка. Дети были сиротами, поэтому их судьбой никто особенно не интересовался и экспериментаторы могли многое себе позволить.

Детей разделили на две учебные группы. Одну группу в процессе учебы поощряли и хвалили. Особенно хвалили их речь. С детьми из другой группы экспериментаторы вели себя совершенно иначе. Они всячески высмеивали и унижали их, называя глупыми и ничтожными заиками. В итоге результаты обучения во второй группе были существенно ниже, а у многих детей сформировалось заикание (хотя в начале эксперимента в их речи не было никаких дефектов).

С 1939 года прошло много лет. Дети выросли. Но заикание осталось с ними на всю жизнь. Мэри Тюдор после проведенного эксперимента несколько раз возвращалась в приют и пыталась исправить речь у пострадавших детей. Но, как известно, ломать — не строить. Исправить неуверенность в себе и отставание в речевом развитии не удалось. В 2007 г. штат Айова выплатил дожившим до этого времени участникам (правильнее сказать, жертвам) эксперимента солидную компенсацию. Но какова бы ни была сумма, разве она может окупить испорченную жизнь?[570]

А ведь согласитесь, есть родители, которые так же ведут себя со своими собственными детьми. Устраивают им персональный маленький ад в отдельно взятой городской квартире: «Тупица, бездарь, лодырь» — все эти слова следует произносить только в том случае, если вы действительно решили вырастить тупицу, бездаря и лодыря. В противном случае их необходимо исключить из своего словаря.

Даже желая добра своим детям, мы нередко еще в детстве закладываем в них глубинные мотивационные установки (драйверы), которые потом руководят их поведением на протяжении всей жизни. По мнению американского психолога Тайби Кэлера, который исследовал и описал эти установки, люди чаще всего неосознанно тяготеют к одной из них и воспроизводят в большинстве типичных жизненных ситуаций[571].

1. «Будь лучшим». Человек, у которого этот драйвер является ключевым, обладает высокой мотивацией достижения, но никогда не бывает удовлетворен достигнутым. Такие люди чаще всего обладают качествами успешного человека — они организованны, трудолюбивы, целеустремленны.