Александра Багирова – Развод. Двойная жизнь моего мужа - Александра Багирова (страница 64)
- Ритка, а мы… как мы? Зачем он? – Витя настолько встревожен, что ему сложно дается сформулировать свои мысли.
- Виктор, пройдем в дом. Поговорим, - Адам делает шаг вперед, становится так, словно заслоняя меня от тревог.
- Ты кто такой, чтоб я с тобой говорил? Уходи! – сын топает ногой.
- А я бы послушала, - дочь склоняет голову набок. – Мам, ух, - прикладывает руки к щекам. – Зажигаем, - смеется.
Рита реагирует по-своему, у нее эмоций тоже через край. Но я не вижу в ее глазах осуждения. Шок есть. И мне следовало детей подготовить. Но моя жизнь меняется так стремительно, что я не успеваю.
Еще совсем недавно, у меня на глазах убили человека, и хотели сделать заказчицей. Теперь мы отсиживаемся в чужом доме. И тут Адам… решающий мои проблемы, я истосковавшаяся по нему. Беременная от другого.
Если рассказать постороннему человеку, многие меня осудят. Потому что так не делается, это как бы не по нормам. Я долго была в браке, любила мужа, сейчас беременна, завтра у меня развод, ускоренный Адамом.
Как тут вписываются новые отношения?
Но это моя жизнь. Я живу ее для себя, а не в угоду кому-то. Серж предал меня еще до нашего брака, продолжал предавать после, он пусть косвенно, но виновен в смерти родителей.
По кому мне убиваться? За что держаться?
Закрыться в себе и лелеять обиды? Оплакивать предательство?
Жизнь слишком коротка для этого. Свою чашу боли я испила сполна. Можно ведь побыть счастливой, не оглядываясь на чужое мнение и осуждения?
А что-то мне подсказывает, что именно с Адамом это возможно. Есть его честность, он заслужил мое доверие. Хоть по идее, после всего, я не должна никому верить, но верю. Это идет из глубины сердца, некое чувство родной души.
И я не хочу терять время, что-то выжидать. Это никому не надо.
Понимаю до конца это сейчас. А дети – я люблю их безумно и хочу для них самого лучшего. Я всегда и во всем им помогу. Но ведь это не значит, что я должна ставить крест на себе? Разве им от этого будет лучше?
Адам уводит нас в дом. Витя норовит сбежать наверх.
- Сынок, давай поговорим. Бегать нет смысла, - говорю мягко.
Сын, опустив голову усаживается на диван. Рита мостится рядом. Я сажусь в кресло. Адам стоит у дивана.
- Виктор, ты любишь свою мать? – спрашивает Адам.
- Я не хочу с тобой говорить, - отворачивает голову.
- Я вот ее люблю, - быстрый взгляд на меня. Открываю и закрываю рот, новый ураган эмоций накрывает. – И больше всего на свете хочу сделать счастливой.
- Мама заслуживает на счастье, - говорит Рита. – Просто вы появились неожиданно. Только Фубырь пропал из нашей жизни. У нас все очень поменялось. Нам страшно. И тут вы, - Рита вздыхает. – А Витька еще не пережил то, что чуть не сделал. И мы вас не знаем.
Дочь озвучивает все и за себя, и за брата.
- Я могу долго говорить, и убеждать, какой я. Но это будет неправильно. Вы взрослые, - Адаму удается словить взгляд Вити, - У вас у каждого есть свое мнение. Но чтобы оно сформировалось, надо узнать человека. Пообщаться с ним, провести время и тогда уже делать выводы. А не по одному увиденному эпизоду.
- Это ты намекаешь, что не собираешься уходить? Так смысл? Что наше мнение, если мама тебя не собирается прогонять? Она все решила за нас! – бурчит недовольно.
- Хорошо, допустим, ваша мама мне укажет на дверь, она останется одна с вами. Будет грустить, у нее не будет настроения, вы будете чувствовать, что она несчастна. Вам это будет нравится?
- У нее будем мы. Родится братик или сестричка.
- А если мама хочет мужское плечо рядом, опору, защиту. Женское счастье? Или ей нельзя.
- Можно… наверно… Но… не так все должно быть, - в голосе сына сомнения.
- А как, Вить? В жизни все спланировать невозможно, тем более чувства.
- Но ведь был папа, она его любила…
- Ты тоже любил папу. А потом папа предал доверие? Твое отношение изменилось? – Адам продолжает смотреть Вите в глаза, говорит мягко, уверенно.
- Изменилось. Он Фубырь. Он перестал быть нашим папой. Он хотел, чтобы я убил своего брата или сестру, - по телу сына проходит дрожь. Воспоминания еще слишком свежи и до сих пор очень болезненны.
- Вот и у мамы все изменилось. Она не может, как и раньше относиться к вашему папе. Никто из нас не планировал, но мы с вашей мамой встретили друг друга. В свою очередь, обещаю, сделать все, чтобы ни вы, ни ваша мама не пожалели, о том, что я появился в вашей жизни.
- Не знаю, - Витя в раздумьях кусает нижнюю губу. – Надо тебя проверить, кто ты вообще такой. Может, не заслуживаешь, быть с мамой.
- Так я и предлагаю, знакомство. А там уже сделаете выводы.
- Я уже сделала. Но пока буду молчать, - Рита прикладывает ладонь к губам, таким образом пряча улыбку.
Глава 78
Когда дети заснули, мы с Адамом проговорили почти всю ночь. Сидели на кухне, пили чай, и он рассказывал мне обо всем, что произошло за эти дни.
- Я не имею права от тебя ничего скрывать, и не хочу, - сказал, накрывая мою ладонь своею. – Решения, я принял, скажем так, не стандартные, но тюрьма для них слишком легко.
По мере рассказа Адама, мои глаза округлялись. Я была уверена, что сладкую парочку Каро и Сержа отдадут полиции. А тут выплыла какая-то Марфа из деревни, которая еще и беременна от моего мужа.
Что ж надо признать, что Серж плодовитый. Помимо меня, Каро и Марфа, не удивлюсь, если у него еще имеется ребенок от случайной любовницы, о котором он не знает. Но это уже не мое дело.
Справедливо ли такое наказание? У меня нет ответа на этот вопрос. Время покажет. У меня желание, чтобы этот человек никогда больше не появился в нашей жизни.
Насчет Каролины, если ей не удастся убежать, а Адам заверил меня, что нет, то, я считаю наказание справедливым. Если Серж был марионеткой, то, руководила всем она. Женщина, в которой сосредоточено слишком много зла. Ее не изменить, а только изолировать.
К Виолетте моя злость давно прошла. Если она возьмется за ум, станет матерью Родиону… пускай. У нее вся жизнь впереди, она сестра Адама, и я думаю, заслуживает на еще один шанс.
Спустя время, возможно, я в чем-то ей даже благодарна. Если бы не ее глупая одержимость моим мужем, то еще неизвестно, сколько Серж бы меня обманывал. А останься он рядом со мной и ребенком, был бы у меня этот ребенок? Он ведь тогда мог сам мне подсыпать препарат.
Страшно. А Виолетта, пусть и потрепала мне нервы знатно, но запустила цепочку событий, открывших мне глаза на фарс, в котором я жила много лет.
- Пускай будет так… хоть пока мне и сложно свыкнуться со всем. Я немного шокирована, - признаюсь честно.
- Ксюш, если что-то пойдет не так, их всегда ждет решетка. Я обещаю, что за ними будут приглядывать, - кладу голову на его плечо, он обнимает меня.
- Еще надо Мирославе рассказать, что с ее сыном…
- Она умная женщина. Все поймет. И с ее разводом я помогу. А насчет ее мужа, так его вчера уже уволили.
- Как ты все успеваешь? – смеюсь.
- Я окрылен, у меня есть ради кого горы сворачивать. Но если честно, хочу энергию свою применять в другом направлении, - нежно гладит меня по голове, перебирая пряди.
- В каком?
- Сделать тебя и детей счастливыми. Ловить каждое мгновение в ожидании нашего малыша. Ведь не это ли есть настоящая жизнь!
- Адам… ты постоянно говоришь: «нашего», - нервно облизываю губы. - Но ведь он не твой… Не станет ли малыш напоминать Сержа…
- Во-первых, не Сержа, а Фубыря, как там дети сказали. Во-вторых, он мой, наш. Я так чувствую. Иначе не будет, - кладет руку мне на живот.
- Страшно все это, мы знакомы всего ничего… А все так быстро…
- Значит, моя следующая задача – развеять все твои сомнения, - подхватывает меня на руки и несет в комнату.
Мы остались у Никиты с Кирой, не стали на ночь срываться с места. Тем более дети были взволнованы после новостей и разговора с Адамом.
- А теперь тебе надо немного поспать. Завтра важный день, - нежно целует меня в губы.
- Развод.
- Начало новой жизни, - Адам открывает комнату, укладывает меня в постель.
Мирослава уже спит, за окном начинает светать. Укрывает меня одеялом.
- Сладких снов. Буду думать о тебе, лежа один в холодной постели, - окутывает меня таким теплым взглядом, что кровь в венах закипает, превращается в разгоряченную лаву, течет к сердцу, зажигая там миллиарды ярких вспышек.