реклама
Бургер менюБургер меню

Александр Слука – Метаморфозы. Корона венков сонетов (страница 14)

18
И снова он безоблачный и ясный. Не верю я осенней желтизне! И пусть моё неверие опасно. Нет, мыслями о прошлом не убить Желания стремиться в выси смело. И более не связывает нить Меня уж с той, которая не в белом. В другом гуляю я давно краю, Встречают там объятьями радушно. И сравнивая, кажется в раю Не столько холоднее, сколько душно. Любому вскружат голову, сверкая, Зелёные глаза и звёзды мая. 57 Зелёные глаза и звёзды мая — Не угасаем, ярок ваш огонь. И не один смотрел на вас, вздыхая, И не одна играла вам гармонь. Таинственна такая амальгама*. И ныне, всё такая же, как встарь. Ох, не одну ты вырастила драму, Вначале так порадовав алтарь. Но было так всегда, увы, и будет. Меняет время только цвет волос. А счастье, зачастую, где-то блудит Среди речных, завитых кем-то кос. О, зелень глаз и звёзды! Не отчасти — Я полностью отдал себя их власти. 58 Я полностью отдал себя их власти — Словам и нежным вздохам в унисон. Пускай познаю тяжесть всех напастей, Владей любовью сердца Аквилон*. Мне не нужна от этого защита. Напротив, распахну навстречу грудь. Надеюсь, что не будет ядовита, Пришедшая с любовью страсть ничуть. О, эти чувства! Вряд ли где-то купишь. В сём невесом весомейший солид*. Я знаю – ты, весна, меня погубишь. Мне ведом этой жизни алфавит. Иду навстречу я огню злосчастий, Вкушая сладкий яд из чаши страсти. 59 Вкушая сладкий яд из чаши страсти, Я чувствую его в своей крови. Но сердцем правят ярлы* двоевластий. Увы, но страсть и разум – визави. И побеждает тот, кто посильнее. Нисколько не страшатся лавы льда. Пусть разум ледяной и холоднее, Но лёд парит от жара без труда. О, лёд и пламень! Стычки ваши вечны, Хоть говорят, что вечен лишь покой. Быть может так, но путь далёкий Млечный Могу теперь потрогать я рукой. Не зря спустилась с неба вниз Аза* — Опутала меня любви лоза… 60 Опутала меня любви лоза… Но этот плен мне дорог и приятен. Вот, отшумела первая гроза И подарила чудо лужных пятен. Но мысли вьются стаей диких ос: «А как же та, которую оставил,