Александр Март – Механики 4 (страница 79)
Ха, Грач прав, как никогда. Жим-жим у всех, страшно, пипец как страшно, а ведь мы ещё даже к горе не подъехали!
— Значит так, — опуская бинокль, сказал Туман, — подъезжаем к горе, они на нас, сто процентов, нападут, и валим всех, кого видим. Выманиваем их оттуда, как можно больше, в машине они нас не достанут.
— Валер, а если они все на нас не полезут? — спросил я, — да и не знаем мы, сколько их.
— Всё равно, внутрь горы полезем. Пока будем сидеть внутри Белаза столько, сколько нужно, и мочить всех, кто наружу сунется. Не думаю, что их тут тысячи. Всё, все внутрь, готовьтесь много стрелять.
Млять, млять! Мне эта затея всё меньше и меньше нравится. Ну почему у нас нет ядерной бомбы? Ну, на крайняк, водородной? Почему, млять, к нам провалился только тягач, из которого сделали монстра? Почему без ракеты? Ща бы как шарахнули по горе этой, враз бы её с землёй сравняли! И летать тут нельзя, облака эти низко, мать их! Вон, висят прям почти у меня над башкой, такое ощущение, что рукой достать можно. Напалмом бы всю эту гору залить!
Вздохнув, спустился вниз, потом на второй этаж.
— Всем внимание, — услышали мы голос Тумана в наушниках, — встанем левым полубоком, потом развернёмся правым. За спиной следите тоже. Рыжий, трогай, останавливаешься в двухста пятидесяти метрах от горы. Грач, не вздумай по входам-выходам палить, не запечатывай их там, пусть они наружу все лезут.
Занимаю место около одной из бойниц у Печенега, привязываюсь ремнями, на них, как на ходунках детских каких, удобно, болтаться можно. Рядом Слива вторым номером. Вон полки, на них сменные стволы и с пару десятков коробов с патронами, на двести патронов каждый, надеюсь, хватит.
Хотя у нас тут оружия и боеприпасов, хоть одним местом ешь, запаримся расстреливать.
— Ну, ща повеселимся, — выдал Слива, распихивая по своей разгрузке магазины к автомату.
Тронулись, Белаз плавно выехал из воды и выбрался на сушу. В мониторе вижу, как давим деревья, кусты, давим камни, в общем, всё то, что попадается нам под колёса. Гора, вернее этот муравейник всё ближе и ближе.
Глава 2
Не доезжая где-то метров двести пятьдесят до горы, Рыжий остановил Белаз. Я прям задницей чувствовал, какое напряжение висит внутри машины. Загудела вытяжка, пацаны притихли. Вон вижу, как парочка Гонов, увидев нас, нырнула в одну из дырок.
— Ну давайте же, вылезайте оттуда, — потихоньку произнёс Слива.
И тут Гоны хлынули, мать твою, я аж охренел от их количества! Они, словно какие-то тараканы лезли из всех щелей, и было их, пипец как много!
— Огонь! — заорал Туман.
Бах! — наверху громыхнула пушка, Грач успел среагировать первым. Снаряд врезался точно в большой валун, разметав его и троих Гонов, которые, то ли там прятались за ним, то ли пробегали мимо. Только лапы и бошки полетели, тут же всё, вокруг этого, уже не существующего валуна, окрасилось в жёлтый цвет.
И мы дали! Замолотили зенитки, заработали пулемёты, и застрочили автоматы. Ту часть горы, откуда на нас пёрли Гоны, буквально вспахали пулями. Гонов рвали десятками. Некоторые из них, пользуясь своей силой и ловкостью, пытались уйти с линии огня, они прятались за камнями, какими-то деревьями, но туда тут же прилетели очереди, и всё это перемешивалось в труху.
Бах! — ещё раз хлопнула наша пушка, взрыв, снова лапы летят. Я всаживаю очередь в бегущего Гона, попал, я попал ему по передним лапам. Одна из лап подкосилась, и он покатился по склону вниз, на нём тут же скрестились несколько пулемётных очередей, точку в его жизни поставила длинная очередь из зенитки.
Ловлю ещё одного Гона и ещё, и ещё. Бац. Патроны в коробе кончились, быстро меняю, перезаряжаюсь. В эфире чёткие команды, мат так, пацаны уже матерятся на эмоциях.
На горе уже нет ни одного растущего дерева, ни одной травинки, ни одного целого камня, всё перепахано. И трупы Гонов, много, очень много.
Мать твою, да сколько же их там, они всё ещё продолжают выбираться из той или иной дырки. Бах! — снаряд из пушки влепился точно в кучу Гонов, в четверых, они вон только-только выбрались наружу и замешкались буквально на несколько секунд, пытаясь понять, куда им бежать, Грач как раз успел в них выстрелить.
Ближе, чем на сто метров к Белазу успели прорваться с десяток Гонов, но многие из них были ранены. В прицел своего пулемёта я хорошо видел, как у них из тел течёт их кровь. С первого этажа нашего Белаза их дружно встретили огнём Мушкетёры. Они их просто подпустили ближе и вмазали по ним из помповиков. Даже сквозь грохот многочисленных выстрелов я слышу, как работают АА12, те адские дробовики, которые мы захватили в качестве трофеев в зимней пещере.
По парочке Гонов я ещё успел очередью пройтись.
Одного добил, когда ему отстрелили лапу, и эта тварь закрутилась на месте от боли. Я из пулемёта всадил длинную очередь Гону прям в задницу, оторвав её вместе с задними лапами. Охренеть, не встать!
Снаружи творился какой-то ад, мужики палили из всего, что есть. Несколько раз я хорошо видел, как того или иного Гона разрывало на части. Это попадание из Барреттов, только они так могут с одного попадания рвать тела, даже пусть оно и такое большое. Каждый Гон — это примерно сто пятьдесят-двести килограммов плоти и крови.
Тут вокруг нас вообще всё желтое. Некоторые Гоны попытались обойти нас с другой стороны, но мы вовремя среагировали, и перебежав на другую сторону так же встретили их огнём.
И тут поток зверей из горы прекратился. Они просто перестали оттуда выбираться. Нескольких последних добили, кого на горе, кого уже перед машиной, и всё. Целей больше нет. Хлопнула ещё раз пушка, разметав небольшой завал из мелких деревьев, и всё стихло.
— Неплохо, — крякнул Слива.
— Да уж, намолотили, — добавил Большой, стоя около зенитки.
Сейчас, оторвав глаз от прицела пулемёта, я более внимательно посмотрел и на гору, и на то, что было перед ней. Всё взорвано, расстреляно, уничтожено. Валяются частично или полностью мёртвые Гоны, трупов много, очень много. Жёлтые пятна очень хорошо видны на чёрной земле.
Несколько раз выстрелили снайперки, добивая раненых зверей. Я вон тоже увидел Гона, который, цепляясь передними лапами, пытался уползти за камень, задние отказали, в спине несколько пулевых отверстий, видать, позвоночник перебило.
Но выстрелить я не успел, кто-то жахнул по нему из зенитки, и только брызги полетели. Тяжёлые снаряды буквально разобрали эту опасную зверюгу на молекулы, вон только воронка дымится, и что-то там жёлтое виднеется.
— Ждём, никому не щёлкать, — отдал команду Туман.
— И где тут их говно искать? — спросил кто-то на общей волне.
Да, действительно, говно, чтобы им обмазаться, мы хрен найдём. Там же снаружи пипец, одни кишки, куски мяса, кровь и кости.
— Внутренностями обмажемся, — спустя пару секунд ответил Туман, — от них тоже вонь — будь здоров, ждём ещё.
Ну, мать твою, кишками мазаться! Фу, мерзость, к моему горлу тут же подкатил ком.
— Хрен бы вы от них отбились, — услышал я сбоку голос.
Повернув голову увидел, что это Риф, набивая патронами рожок, говорит Дже и его двум бойцам.
Те с охреневшими рожами смотрят, то на нас, то через бойницы наружу, по ним видно, что впечатлены они по самую макушку.
— Да, — кивнул Дже, придя в себя, — от такого количества Гонов, — кивок головой вбок, — никакие броневики не спасут.
— А это — моща! — его боец хлопнул ладонью по стенке Белаза, — отсюда нас не выковырять.
— Всем внимание, — спустя несколько минут ожидания раздался в наушнике голос Тумана, — подъезжаем к горе как можно ближе. Если оттуда кто покажется — мочить без команды. Если никого не будет — переодеваемся, вооружаемся и лезем внутрь. Рыжий, трогай потихоньку, мушкетёры, огнемёты приготовьте и будьте на первом этаже.
Белаз завёлся и тронулся с места. Проехали сто метров, сто пятьдесят — тварей нет, двести метров, всё так же тихо.
— Я сильно сомневаюсь, что мы их всех перебили, — шёпотом произнёс Слива.
— Я тоже, и я, и я, — послышались голоса других ребят.
Мы же все в наушниках с микрофонами, и у всех общая связь. И тут на экране, на который передавалась картинка с переднего бампера, я увидел дырку в земле, выход или вход в эту гору, рядом с ней лежит парочка мёртвых Гонов. У одного отсутствует голова, у второго вспороли брюхо очередями. Идея мне в голову пришла мгновенно.
— Туман, приём, — я тут же стал его вызывать.
— На связи.
— По курсу прямо вход в гору, рядом с ним два трупа.
— Вижу, — ответ через пару секунд.
— Пусть Рыжий остановится прямо над ним, переоденемся и спустимся из гаража, заодно и трупы лежат, их сейчас до конца вспорем и обмажемся.
— Рыжий, всё слышал?
— Да, выполняю.
Он чуть-чуть довернул левее, мы раздавили ещё парочку трупов, несколько деревьев и остановились точно над трупами и дыркой в земле. На экранах отчётливо видно, что вход, а это именно вход в гору, точно под нашим гаражом.
— Думаю, можно переодеваться и готовиться к спуску, — снова произнёс Туман, — спускаемся.
Только он это сказал, как раздался какой-то треск, шум. Снаружи, сквозь открытые многочисленные бойницы звук этого треска и грохота камней отчётливо слышался внутри Белаза.
— Чё за хрень? — навострив уши, спросил Слива.
Мы все, как по команде, снова прильнули к бойницам. И тут дальше произошло то, от чего мы разом охренели все. Сначала из одной дырки в земле показалась рука, большая, я бы сказал, рука, затем снизу ударили, чем — я сначала не понял, этот удар раскидал камни и стволы деревьев, которыми был завален вход, завален нашими выстрелами. Мы же молотили тут сейчас — будь здоров! Вон парочка мёртвых Гонов, лежащих рядом, от ударов отлетели в сторону, и у одного из них, пока он кувыркался, вывалились внутренности. Я чуть не блеванул, до него вон метров десять, а с высоты третьего этажа я хорошо вижу.