Александр Март – Механики 3 (страница 80)

Тут вокруг нас вообще всё желтое. Некоторые Гоны попытались обойти нас с другой стороны, но мы вовремя среагировали, и перебежав на другую сторону так же встретили их огнём.

И тут поток зверей из горы прекратился. Они просто перестали оттуда выбираться. Нескольких последних добили, кого на горе, кого уже перед машиной, и всё. Целей больше нет. Хлопнула ещё раз пушка, разметав небольшой завал из мелких деревьев, и всё стихло.

— Неплохо, – крякнул Слива.

— Да уж, намолотили, – добавил Большой, стоя около зенитки.

Сейчас, оторвав глаз от прицела пулемёта, я более внимательно посмотрел и на гору, и на то, что было перед ней. Всё взорвано, расстреляно, уничтожено. Валяются частично или полностью мёртвые Гоны, трупов много, очень много. Жёлтые пятна очень хорошо видны на чёрной земле.

Несколько раз выстрелили снайперки, добивая раненых зверей. Я вон тоже увидел Гона, который, цепляясь передними лапами, пытался уползти за камень, задние отказали, в спине несколько пулевых отверстий, видать, позвоночник перебило.

Но выстрелить я не успел, кто-то жахнул по нему из зенитки, и только брызги полетели. Тяжёлые снаряды буквально разобрали эту опасную зверюгу на молекулы, вон только воронка дымится, и что-то там жёлтое виднеется.

— Ждём, никому не щёлкать, – отдал команду Туман.

— И где тут их говно искать? – спросил кто-то на общей волне.

Да, действительно, говно, чтобы им обмазаться, мы хрен найдём. Там же снаружи пипец, одни кишки, куски мяса, кровь и кости.

— Внутренностями обмажемся, – спустя пару секунд ответил Туман, – от них тоже вонь – будь здоров, ждём ещё.

Ну, мать твою, кишками мазаться! Фу, мерзость, к моему горлу тут же подкатил ком.

— Хрен бы вы от них отбились, – услышал я сбоку голос.

Повернув голову увидел, что это Риф, набивая патронами рожок, говорит Дже и его двум бойцам.

Те с охреневшими рожами смотрят, то на нас, то через бойницы наружу, по ним видно, что впечатлены они по самую макушку.

— Да, – кивнул Дже, придя в себя, – от такого количества Гонов, – кивок головой вбок, – никакие броневики не спасут.

— А это – моща! – его боец хлопнул ладонью по стенке Белаза, – отсюда нас не выковырять.

— Всем внимание, – спустя несколько минут ожидания раздался в наушнике голос Тумана, – подъезжаем к горе как можно ближе. Если оттуда кто покажется – мочить без команды. Если никого не будет – переодеваемся, вооружаемся и лезем внутрь. Рыжий, трогай потихоньку, мушкетёры, огнемёты приготовьте и будьте на первом этаже.

Белаз завёлся и тронулся с места. Проехали сто метров, сто пятьдесят – тварей нет, двести метров, всё так же тихо.

— Я сильно сомневаюсь, что мы их всех перебили, – шёпотом произнёс Слива.

— Я тоже, и я, и я, – послышались голоса других ребят.

Мы же все в наушниках с микрофонами, и у всех общая связь. И тут на экране, на который передавалась картинка с переднего бампера, я увидел дырку в земле, выход или вход в эту гору, рядом с ней лежит парочка мёртвых Гонов. У одного отсутствует голова, у второго вспороли брюхо очередями. Идея мне в голову пришла мгновенно.

— Туман, приём, – я тут же стал его вызывать.

— На связи.

— По курсу прямо вход в гору, рядом с ним два трупа.

— Вижу, – ответ через пару секунд.

— Пусть Рыжий остановится прямо над ним, переоденемся и спустимся из гаража, заодно и трупы лежат, их сейчас до конца вспорем и обмажемся.

— Рыжий, всё слышал?

— Да, выполняю.

Он чуть-чуть довернул левее, мы раздавили ещё парочку трупов, несколько деревьев и остановились точно над трупами и дыркой в земле. На экранах отчётливо видно, что вход, а это именно вход в гору, точно под нашим гаражом.

— Думаю, можно переодеваться и готовиться к спуску, – снова произнёс Туман, — спускаемся.

Только он это сказал, как раздался какой-то треск, шум. Снаружи, сквозь открытые многочисленные бойницы звук этого треска и грохота камней отчётливо слышался внутри Белаза.

— Чё за хрень? – навострив уши, спросил Слива.

Мы все, как по команде, снова прильнули к бойницам. И тут дальше произошло то, от чего мы разом охренели все. Сначала из одной дырки в земле показалась рука, большая, я бы сказал, рука, затем снизу ударили, чем – я сначала не понял, этот удар раскидал камни и стволы деревьев, которыми был завален вход, завален нашими выстрелами. Мы же молотили тут сейчас – будь здоров! Вон парочка мёртвых Гонов, лежащих рядом, от ударов отлетели в сторону, и у одного из них, пока он кувыркался, вывалились внутренности. Я чуть не блеванул, до него вон метров десять, а с высоты третьего этажа я хорошо вижу.

— Молот? – полностью охреневшим голосом, не то спросил, не то утвердительно произнёс кто-то из пацанов.

Тут и я уже разглядел, что там из земли лезет. Ещё удар, здоровенный камень отлетел в сторону, что-то там лезло сюда из-под земли, расширяло себе проход. И в руке у него был, мать вашу, молот! Здоровенный молот, по прикидкам не менее двух метров в длину, и судя по всему очень и очень тяжёлый. Вон ещё удар, проход стал ещё шире, деревья и камни разлетаются только так.

Вон ещё один лезет чуть дальше.

— Мужики, слева какие-то хрены лезут с молотками! – завопил Туча.

— Впереди тоже, – это уже Рыжий.

А я смотрю, как это чудило выбирается наружу, и не могу оторвать от него взгляда, прям в какой –то ступор впал. И вот этот, первый, который находился к нам ближе всех, посчитал, что выход наружу стал достаточно большим, и он полез сюда весь сам.

Твою мать, сначала показалась какая-то огромная башка, ну, примерно, как у слона, только без хобота, на этой самой башке, то ли мешок, то ли тряпка, короче, ничё не видно. Раз, – оно упёрлось руками в землю, положив свой адский молоток рядом, подтянулось на руках и рывком выдернуло себя наружу, следом выбрались и остальные.

Мы тут в Белазе сначала дружно вдохнули, потом выдохнули, потом все дружно завернули матом. Впереди и по бокам нашего Белаза стояло пять каких-то переростков. Башка в мешке, две руки, две ноги, туловище, но они высотой каждый метров по пять-шесть, точно, вес … да хрен его знает, сколько, под тонну, наверное, точно! На их телах какие-то грязные тряпки, руки и ноги хорошо развиты физически. Раз, – одновременно каждый из них нагнулся и взял в руки свой молот. Мать вашу, я щас и молот хорошо разглядел, если таким прилетит, от тебя мокрое место останется, как от таракана какого или мухи, когда их тапкам или газеткой!

— Это что за шахтёры такие? – услышал я в наушниках голос Маленького, – они чё, Гонов жрут? Или Гоны им как раз еду таскают?

— И чем их валить-то? – это уже Кирпич.

А эта пятёрка стоит и на нас смотрит, вернее, на Белаз.

— Может, они сейчас уйдут куда-нибудь? – озабоченно спросил Леший, – они же своими этими молотками нам всю тачку помнут, ее ж покрасили только недавно.

— Никому не стрелять, – потихоньку произнёс Туман.

Честно говоря, я уже поближе подтянул к себе пулемёт и потихоньку его ствол сунул в бойницу. Хотя, я даже не знаю, сколько пуль в эту тварь надо всадить, чтобы она сдохла.

— Вижу Лота, на двенадцать часов, наверху горы, – доложился Митяй.

Мельком смотрю на экран, точно, вон наверху этот в балахоне появился.

— Юп, Юп, твою мать! – позвал я.

— Чё?

— Попробуй кого-нибудь из них под контроль взять.

— Пытаюсь, пока не выходит.

— Ну давайте шахтёры, мать вашу, чего вы ждёте, – снова слышу в наушниках. Это Грач уже бубнит, – валите отсюда.

— Туман, Лота валить? – спросил Митяй.

Ответить Туман не успел. Эти шахтёры, как по команде, резко взяли с места и в несколько прыжков добежали до Белаза.

— Огонь!!! – запоздало заорал Туман.

И тут эти уроды врезали по Белазу своими молотками, почти что разом. Бам! – удары были довольно-таки ощутимые. Стрелять-то мы начали, я вон сижу на втором этаже и вижу на его уровне башку этого шахтёра, только он уже прижался к борту Белаза и размахивается.

— В сторону! – заорал я, одновременно хватая за шкирку стреляющего куда-то Сливу, Большого, млять, он на ремнях этих, и ещё Лешего снесли.

Охренеть, удар снаружи был такой силы, что тут у нас кусок железа аж выгнуло!

— Они по тачке своими молотками бьют! – заорал кто-то во всё горло.

— Все от бойниц, от бойниц все отходите! – это Туман снова орёт, только я уже слышу его не в наушниках, а по громкой связи, – Рыжий, вывози нас отсюда!

Ещё удар, ещё, удары раздавались со всех сторон, моя бойница, в которую я стрелял, стала как-то кривее и, кажется, больше, а мой пулемёт валяется на полу с погнутым стволом.

— Отвяжите меня! – кричит Большой, пытаясь освободиться от ремней, он в них запутался.