Александр Кленов – Очищение. Городские волки (страница 17)

– Нет, ничего. Мы тебя внимательно слушали. Правильно ты все говорил. Вот только у тебя семья. А мы не в игрушки играть собираемся.

– Так и я сюда пришел не паровозики катать. Семья говоришь? Вот ради нее я сюда и пришел, ради своих детей, их будущего. Что бы было у них это будущее.

Павел протянул ему свою руку.

Разговор продолжался. Павел стал подробно расспрашивать Сергея о его военной специальности и тот все, что могло заинтересовать его новых друзей, рассказывал во всех деталях. Из его слов выходило, что он действительно классный специалист взрывного и диверсионного дела. Ведь ордена просто так ни кому не дают. Мало того, когда он сказал, что иногда хочется взорвать весь мир, он ни сколько не преувеличивал. Из подручных средств, которые легко приобрести в быту, он мог соорудить бомбу любого назначения и именно этим главным образом мог быть полезен своим новым знакомым и их замыслам.

– А вот пистолеты делать я не умею, – с улыбкой развел он руками.

– Ничего, оружие мы позаимствуем у наших врагов. Его у них в избытке, потому, что как бы смело они себя не вели, их всегда сопровождает страх перед честным народом. А мы должны увеличить этот страх до паники, до нервных колик, чтобы одно у тех только было на уме – бежать, зарыться куда-нибудь и не дышать. И не поганить больше наши улицы выхлопными газами своих иномарок и своим, таким же смрадным дыханием. Я говорю не только о кавказских пришельцах но и своих, так сказать «единокровных».

– Согласен.

Дальше Сергей предложил вот что, вернее даже поставил для пользы дела условие. Оказалось, что у него есть два надежных товарища, которые тоже далеко не чужды взрывному делу, прошли Афган, и имеют те же взгляды что и он. Сергей предложил, что бы они втроем были отдельной группой и занимались по мере необходимости своим делом и подчинялись через Сергея только Павлу. Чем меньше о них будут знать, тем лучше.

8 глава

Через несколько дней к Павлу зашел Андрей, и с хорошими новостями. Он осторожно пообщался со спортсменами и выяснил – кто, чем дышит. Среди них были и такие, кому действительно было не безразлично, что происходит вокруг и что творится в родном городе, и никто из них не хотел безучастно смотреть на все это. Эти парни были связаны между собой дружескими отношениями, которые возникли у них в спорткомплексе в результате общения и совместных тренировок.

Народ, тренирующийся в спорткомплексе, был разный. Много было таких, кому вообще на все было наплевать, кто-то тупо верил в победу демократии, а те, на кого обратил внимание Андрей, верили только в то, что если чего и можно добиться в этой жизни, то только силой. И не важно, добиваться для себя лично или для кого или чего другого.

Самим им для себя собственно ничего не надо было. Молодые и здоровые, они по – разному устраивались в этой жизни, но не могли принять ложь и цинизм творящийся вокруг. Как рассказал Андрей, они уже не раз собирались вместе, обсуждали происходящее в стране, в которой все больше углублялась пропасть между богатством и нищетой, о том, как алчность, желание нажиться, разбогатеть любой ценой толкало людей на любые даже самые гнусные и кровавые преступления. Да что там толкало. Толкает от безысходности, от загнанности в тупик, а эти «ловцы удачи» грабили и убивали сознательно и добровольно, в результате чего человеческая жизнь совершенно обесценилась, а попустительство властей и закона вообще лишало граждан какой-нибудь защиты от беспредела.

Вдруг оказалось, что эти молодые ребята уже и сами намеривались создать что то вроде группы по наведению порядка в городе, но всё это было лишь на уроне мечтаний и эмоций. И с каким интересом они восприняли гуляющие по городу слухи о расправах над оборзевшими пришельцами и «родными» бандитами. Приветствовали тех, кто не испугался всей этой сволочи, и сами были бы не прочь присоединиться к ним. Когда администратор Андрей Ветров, узнав об этом, сам предложил парням эту встречу, они сначала даже не поверили.

Разведкой проделанной Андреем, Павел был доволен, тот умело разузнав о настроении спортсменов из спорткомплекса, не навлек на себя ничьего излишнего любопытства и никто так пока и не подозревает, что один из охранников комплекса, а именно Павел Ковалев не просто охранник.

Другой момент, устроивший Павла, это то, что все парни были самостоятельны и каждый по своему устроен в жизни. Павел привык не вполне доверять совсем обездоленным и голодным. Да, голодный человек способен на отчаянные поступки, способен поддержать тех, кто за правду, но лишь до тех пор, пока голоден. Когда же перепадет ему что-то с барского стола, и он почувствует себя более – менее сносно, он может запросто тихо уйти из любого движения, забыть то, чем жил еще вчера, во имя чего боролся.

По большому счету ради этого и происходит борьба ради этих самых крох. Только крохи эти должны быть достойные человека, а не унижали бы его, как это происходит сейчас. Не должно и ни когда не будет, ни поголовно общества бедных, ни общества одних богатых. Каждый должен занимать свое место в общественном устройстве и заниматься своим делом при достойном уровне существования. Так же как никогда не будет общества одних умных или одних дураков. Всегда были и будут богатые и бедные, умные и дураки. Только не должно быть нищих и голодных среди тех, кто хочет и может трудиться и приносить пользу обществу. И пока будут среди людей те, кто готов бороться за такое общество, не смотря на то, что в его собственном кармане ветер не гуляет, не будет все потеряно. Не рухнет окончательно, а самый независимый народ в мире – славяне так и не станут, как бы это не хотели многие – рабами!

Об этом хотел поговорить Павел с молодыми спортсменами, которых и решил привлечь на свою сторону.

Назначили день встречи – день, когда Павел дежурил и после тренировок Андрей привел с десяток человек вместе с их тренером, тридцатилетним молодым мужчиной в зал, где обычно проводились совещания руководства спорткомплекса.

Все руководство к этому времени, за исключением Андрея Ветрова, благополучно отправились по домам, не подозревая, какой общественный заговор начинает вызревать в том месте, где обычно выковывалась молодая надежда спортивного мира, живущего по законам матчей, таймов и рекордов.

Павел уже был там и когда молодые спортсмены заходили в зал то с удивлением посматривали на мирно сидящего в углу охранника, которого, разумеется, не раз видели на своих тренировках, но который ни когда не вступал с ними в какие-нибудь разговоры. Он и сейчас сидел и с молчаливым любопытством разглядывал входящих, а те перешептывались между собой.

– А охранник тоже, что ли из наших или охранять нас здесь будет, что ли?

Наконец, когда все расселись, вышел Андрей.

– Ну что, все? Значит так братья, раз все – таки решили, раз вам надоело просто смотреть на то, что происходит вокруг, и вы хотите активных действий, то … – Андрей замялся. Ведь он не был профессиональным оратором и к тому же он всех парней пусть и шапочно, но знал, и не раз с ними дружески общался во время перерывов. Поэтому как-то и чувствовал себя неловко и понимал всю серьезность наступившего момента.

– Среди нас есть человек, которого вы не раз видели, но мало кто из вас знает – как его зовут. Это наш охранник Павел Петрович Ковалев. Но, он не просто охранник и не просто недавно приехал в наш город. Это его город. Он здесь родился и вырос, но обстоятельства… И вот теперь он вернулся. И именно с этим человеком я хотел вас сегодня познакомить.

Павел поднялся и вышел перед одиннадцатью парами внимательно и с интересом смотрящих на него глаз, ждущих, что скажет им этот обыкновенный вроде бы с виду молодой мужчина не раз наблюдавший со стороны за их тренировками, куда он будет звать их.

– Здравствуйте. Андрей мой старый друг, несмотря на его молодой возраст.

Все заулыбались. Некоторое напряжение сковывающее всех, спало:

– Он назвал вас всех братьями, но я надеюсь, если сегодня мы придём к единому мнению, то станем ещё и соратниками, делающими общее дело. И дело это – восстановление чести и достоинства родного и, не смотря ни на что, любимого города. Нашего города, который брошен на произвол судьбы, отдан на откуп всякой разномастной сволочи, творящей на его улицах все, что им заблагорассудится и уверенной, что теперь так будет всегда. Они уверены в этом с позиции своей, никем не ограниченной власти, а все остальные граждане этого города, всегда отдававшие городу свой труд и свою любовь, с позиции своего бессилия. Они, наши граждане опустили руки и молчаливо позволяют каким -то нелюдям, захватившим власть и чувствующим себя полноправными хозяевами, как в нашем городе, так и во всей стране, прикрывшись законом, который и писан под них, творить всё то, что они творят. Разрешать захватывать наши улицы азиатским и кавказским пришельцам. Которым нет никакого дела, ни до местного населения, ни до его культуры и обычаев. Смотреть сквозь пальцы на братву обирающую коммерсантов, и убивающих недовольных. Не замечать чиновничий произвол. А что при этом делают простые граждане? Спрятавшись в кокон своего бессилия, единственное, что делают эти граждане когда-то гордого и непобедимого народа так это то, что заливают себя суррогатной водкой, убивая себя десятками тысяч на радость врагам захватившими бразды правления в стране. Вы только вдумайтесь в эти цифры,– ежегодно, десятки тысяч россиян (хотя я очень не люблю это слово) гибнет от пьянства, от нищеты, от этой веселой свободной жизни. И большинство с этим смиряется и молча идет на заклание этой новой власти, оболванивающей мнимой свободой и столь же мнимой демократией, абсолютно не понимая того, что за этими словами скрывается, какие понятия? Вот именно – понятия, по ним мы сейчас и живем, вернее нас заставляют жить, убаюкивая TV ложью о все большем процветании. Я не оговорился. Это не законы – это понятия, принятые среди уголовников всех мастей, тех уголовников, которых когда -то легендарный Глеб Жеглов сажал, тех кто сейчас у власти и сами десятками отправляют людей туда, где им самим самое место. За какие-то неполных десять лет, страна стала похожа на огромную тюремную зону, где дети совершенно искренне стали мечтать о том, чтобы стать килерами или проститутками. И все это смакуется, все подогревается СМИ, выдается за истинное проявление свободы и культуры. Вы всё это прекрасно знаете и без меня, на примере своего города. Где наши тенистые парки, наши фонтаны – гордость города, где праздничная молодежь по вечерам, где песни под гитару. И почему вместо этого каждый вечер по всем городским скамейкам пьяная и обкуренная малолетняя сволочь, не имеющая ни каких интересов стремлений и желаний, кроме как, самых грязных. И все это делается открыто, нагло – смотрите какие мы свободные! Наши родители всю жизнь были рабами, выпивали на кухнях, а мы свободные люди,– пьем, где хотим и когда хотим. Эта ли жизнь нужна нам, русским? О таком ли будущем России мы все мечтали в не таком уж и далеком девяносто первом, когда окончательно развалилась старая система и которую как старую отслужившуюся мебель нужно было заменить на новую. Чего не произошло. О таком ли будущем вы мечтаете для своих детей, глядя на этих спившихся нелюдей шестнадцати – восемнадцати лет, которым одна дорога – в могилу. Ведь ни наркомания, ни алкоголизм не излечимы, поверьте моим словам, как бы ни врали вам новые хозяева жизни. Они сознательно нас убивают. Убивают в нас гордость, честь, оплевывая нашу культуру и историю, то богатейшее наследие, которое дал миру русский человек своим трудом и умом. А мы, я не говорю о присутствующих, бессознательно подчиняемся ИМ. В пьяном угаре, в равнодушии к собственной судьбе, добровольно кладем голову на плаху созданную для нас.