Алекс Громов – Подводный флот Гитлера (страница 39)

А вот впечатления Герберта Вернера («Стальные гробы рейха»): «После многочасового сидения на ограждении мостика и наблюдения за горизонтом я спустился вниз и занялся бутербродом, приправленным прогорклым маслом и зеленой плесенью. Чтобы скрасить неказистую пищу, я покрыл хлеб толстым слоем клубничного джема и запил свой нехитрый ужин крепким кофе».

Вечно мокрая одежда, которую негде было просушить, залитая водой обувь и всепроникающая морская соль… И холод, пробирающий до костей… «Итак, мы улеглись спать, полностью одетые, в кожаных куртках и ботинках, загородив огромным зеленым вонючим меховым пальто ледяные переборки. Никогда раньше я не сталкивался так близко с проблемой ревматизма, даже не думал о нем, пока не окончились еще три операции. Наша резиновая одежда превратилась в лохмотья, износившись при постоянных тревогах. «Мы умрем от ревматизма, – говорили мы друг другу. – На нас не понадобится даже тратить бомб».

«9 мая U-557 погрузила на борт продовольствие и боеприпасы. Жестяные банки, бочонки и картонные коробки были тщательно отсортированы и уложены в определенном порядке. В то время как снаряды для нашей 88-миллиметровой пушки и 20-миллиметровой зенитной установки нашли свое место в специальных помещениях, контейнеры с продуктами распределили по всей длине лодки. Я с удивлением наблюдал, как укладывается продовольствие на восемь недель. Его распихивали между трубопроводами и клапанами, шпангоутами и двигателями, шкафами и люками. Внушительные копченые окорока подвесили в помещении центрального поста. Деликатесы, такие, как взбитые сливки, масло, кофе и чай, запер сам командир. Заправка топливом была завершена 10 мая. Двенадцатого мы приняли на борт груз свежих овощей, яиц, хлеба и свежей воды, уложили кочаны капусты в последние свободные щели и свалили остальные овощи на три подвесные койки, позволяя им свободно качаться в носовом и кормовом отсеках».

Брать на борт бритвенные принадлежности запрещалось. «Вонь от пропотевших членов команды, от солярки, гнилой пищи и заплесневевшего хлеба смешивалась со зловонием, распространявшимся из камбуза и двух крохотных гальюнов. Назойливые неприятные запахи и беспрерывная качка вызывали у людей, заключенных в узкий стальной цилиндр, головокружение и непроходящее ощущение сырости. Только ежедневные регулярные погружения приносили частичное облегчение от постоянной качки».

Обычай требовал, чтобы подводники перед походом бросали за борт кое-что из своей одежды, некоторые личные вещи – письма, книги, зубные щетки, фотографии родных или подруг.

Животные-талисманы на подлодках

Среди животных, которые обитали на немецких субмаринах, преобладали коты. Самым известным среди них был кот Петер – член экипажа подводной лодки U-953, который не только ловил мышей (что, учитывая ограниченные запасы съестного на лодке, было очень важно), но служил талисманом, изображенным на неофициальной эмблеме U-953.

Эта субмарина была построена на верфях Гамбурга 28 октября 1942 г., а 17 декабря этого же года отправилась в свой первый поход. Когда лодке были присвоены позывные «Kater» (от немецкого – «котик»), то появился и кот, принесенный на подлодку одним из офицеров. Вскоре Петер стал всеобщим любимцем, хотя и был очень избирательным в общении с командой и «отвергал» ласки многих матросов, не даваясь им в руки. Однажды Петер, который в промежутках между походами шлялся на берегу, чуть не опоздал на очередное отплытие и лишь в последний момент был найден первым помощником и отправился с лодкой на службу.

«Демобилизовали» кота в Париже, когда один из офицеров, знавший о многочисленных потерях среди германских субмарин, решил не рисковать жизнью животного и отдал его владельцу местного отеля, обещавшему холить и лелеять Петера.

Помимо него, на немецких подлодках «несли службу» еще два известных кота, которые, по мнению подводников, отличались изрядной отвагой. И к тому же приносили немалую практическую пользу. Они тоже, подобно Петеру, благополучно пережили войну. О них ходили настоящие легенды. Так, большой белый кот персидской породы, по утверждению экипажа подлодки, на которой он обитал, безошибочно определял «слабые места» корпуса: он метил именно те участки, где впоследствии при атаке глубинными бомбами открывалась течь. Поэтому, дескать, вахтенным вменялось в обязанность внимательно следить за котом и докладывать о необходимости замены или укрепления указанных животным заклепок, при малейшей к тому возможности. Если времени для срочного ремонта не было совсем, то «помеченным» бортом старались к противнику не поворачиваться…

Рыжий полосатый кот был подарен одному из командиров субмарин его бабушкой-шведкой, убежденной, что «солнечные коты» приносят удачу на море. Этот кот, по рассказам подводников, начинал пронзительно мяукать всякий раз перед тем, как лодку нащупывал английский «асдик».

Глава 9

Подводники – звезды пропаганды Третьего рейха

2 февраля 1933 г., то есть спустя всего лишь несколько дней после прихода Гитлера к власти, новый рейхсканцлер присутствовал на премьере фильма режиссера Густава Уцики «Утренняя звезда» студии «УФА». В этой картине, рассказывающей о переживаниях командира подводной лодки и его экипажа во время Первой мировой войны, приукрашивались и прославлялись геройство подводников и почетная смерть на поле брани. Так, в центральном эпизоде фильма было показано, как подводная лодка ложится на дно, и из десяти человек команды могут спастись только восемь. Но кто должен погибнуть? Предлагают пожертвовать собой старшие по званию – и наиболее ответственные, командир подводной лодки и его первый помощник, но зато остальные спасутся. Но в ответ патриотически настроенный экипаж отказывается спастись такой ценой: «Спасемся все или никто!». В ответ командир задает вопрос своему первому помощнику, можно ли принять такую жертву от команды. Помощник заявляет: «Какие люди! Я бы мог умереть во имя Германии десять, сто раз!» Но на этом патетика разговоров обреченных на смерть людей не заканчивается – главный герой наконец-таки произносит свою легендарную фразу, ставшую классикой ранней пропаганды (до разрыва Версальских соглашений): «Возможно, мы, немцы, живем не очень хорошо, но в любом случае мы умеем красиво умирать. Мы останемся здесь всей командой». Но гибнуть им все же не придется – один из матросов, узнавший, что его девушка любит первого помощника командира подводной лодки, кончает жизнь самоубийством.

Побольше брутальности

В этом фильме подводники показаны героями, но в дальнейшем в кинематографе рейха, под неусыпным контролем и давлением Геббельса, образы командиров и матросов флота стали еще более брутальными, а фильмы – типично «мужскими» лентами. Именно к таким фильмам относится вышедший в 1941 г. «Подводные лодки идут на запад», в котором роль второго плана сыграла популярная актриса германского кинематографа Ильза Вернер. Из нее пресса рейха делала эталон немецкой девушки: «Стройная и красивая актриса представляет собой наиболее привлекательный тип современной девушки. Такой грации мы не видели ни еще в одном кинофильме».

В фильме «Подводные лодки идут на запад» известная исполнительница поет: «Как моряк доверяет кораблю, так он должен доверять своей невесте». По сюжету в нее влюбляется героический офицер-подводник Вигант (в исполнении Хайнца Энгельманна), который мечтает на ней жениться. Но певица отвечает ему, что в «в эти сложные времена она занята тем, что своим пением пытается дарить людям радость», и поэтому предлагает ему чисто дружеские отношения.

В фильме есть и своеобразный «профессиональный» юмор – командир подводной лодки (его играет Герберт Вильк), вернувшись во время увольнения на берег, радостно обнимает своих четырех детей, а когда настает время им ложиться спасть, то он отправляет их в постели своей шутливой командой: «На погружение!»

Женщины в этом фильме мелькают лишь в эпизодах, и когда один из моряков-подводников говорит своей невесте, что хотел бы остаться с ней навсегда, то она вполне в арийском духе возражает: «Ты не был бы счастлив здесь, так как там, в море, ты совершенно другой».

Еще одна тема, обыгранная в фильме, – это неразрывная связь подводников с родиной, с Фатерляндом. Она осуществляется через радио и его динамик – это не просто техническое устройство. В этом фильме появляется радиопередача «Концерт по заявкам» (так назывался другой, вышедший на экраны Германии в 1940 г. популярный фильм, в котором тем не менее умело сочеталась нацистская пропаганда и история любви, разворачивающаяся на фоне патриотической войны).

Из «Концерта по заявкам» обрадованный моряк-подводник узнает, что у него родилась двойня, и в этой передаче героиня Ильзы Вернер исполняет для ушедших в море трогательную песню со словами: «Где-то там, вдали, мои любимые плывут по морю».

Но сантименты – сантиментами, а пропаганда героизма в кино Третьего рейха была одной из главных задач. Поэтому после всех этих песен и радостных сообщений герои фильма «Подводные лодки идут на запад» выполняют свое боевое задание – их атакуют английские крейсеры, превосходящие численностью и вооружением, но отважный экипаж подводки выигрывает этот бой. В финале фильма звучит патриотическая песня «Мы выступаем против Англии».