Aila Less – Закат в моих ладонях (страница 8)

– Письма, – произнёс он с горечью. – Они могли затеряться. Их могли уничтожить в канцелярии полка как ненужную солдату светскую переписку. Или… – он на мгновение замер, и его серые глаза стали холодными, как лезвие, – или их мог перехватить кто-то, кто не хотел, чтобы мы общались. Мой отец, твой… неважно. – Он выдохнул. – Арабелла, послушай меня. Я не знал. Клянусь тебе, я не знал ни о твоих проблемах, ни о письмах. Если бы всё было иначе… если бы я получил хоть одно из них… я бы ответил. Возможно, мы бы поступили иначе. Прости меня.

Но она уже не слушала, или не хотела слышать. Сдавленный крик, больше похожий на рыдание, вырвался из её груди. Она вонзила шпоры в бока кобылы, и та рванула с места, понесясь прочь по узкой лесной тропинке, быстро скрываясь за поворотом, в сгущающихся сумерках. Лишь звук отдаляющегося, бешеного топота, взметнувшаяся в воздух багряная листва и глубокая, неровная борозда от копыт остались от неё.

Гидеон остался стоять один. Тишина, которая теперь его окружала, казалась оглушительной после только что отгремевшей бури чувств. На душе лежал тяжёлый, горький осадок. Он не хотел причинять ей боль – этой девчонке, которая когда-то прятала его шляпу. Но и лгать, притворяться, что разделяет её пыл, её внезапно прорвавшуюся страсть, не мог. Прошло несколько минут, прежде чем он вздохнул, сбросив оцепенение, и решил действовать. Собрав волю, он сел в седло и, пришпорив коня, поскакал обратно по лесной тропе. Он догнал большую поляну, где ещё недавно кипела жизнь и шумели гости, но теперь она была почти пустынна – только слуги молча и быстро убирали со столов остатки пиршества, сворачивали скатерти.

Арабеллы нигде не было видно. Спросив у одного из конюхов, который вёл под уздцы двух усталых лошадей, он получил короткий, озадаченный ответ: «Леди Фэрфакс промчалась здесь, как вихрь, сэр. Умчалась по главной дороге к воротам парка». Преследовать её дальше, к самому Стендиш-Холлу, значило бы обречь на ещё больший скандал и дать пищу самым ядовитым слугам. Гидеон смирился, ощущая во рту привкус беспомощной усталости. «Пусть успокоится дома, в своих покоях», – подумал он. Повернув коня, Гидеон медленной, усталой рысью направился обратно к конюшням Роузхолла.

Большая, длинная кирпичная конюшня, пахнущая сеном и терпким запахом свежего навоза, встретила его полумраком и тихим, умиротворяющим ржанием. В дальнем конце строения, у стойла с красивым, статным гнедым мерином, Гидеон заметил молодого парня с ярко-рыжим цветом волос. Тот что-то тихо и мелодично напевал себе под нос, с интересом осматривая копыто животного, подняв ему ногу. Гидеон подвёл своего усталого жеребца к пустой стойке рядом и начал расстегивать подпругу, чувствуя, как с каждым движением плечо ноет всё сильнее.

– Помочь, сэр? – раздался рядом молодой, открытый, лишённый подобострастия голос. Рыжеволосый парень уже подошёл, вытирая ладони о холщовые штаны. В его зелёных глазах светилось дружелюбное любопытство. – Вы, должно быть, один из господ с охоты, – продолжил парень. – Лорд… Харрингтон, кажется? Или я ошибаюсь?

Гидеон повернулся к нему. В скудном свете, падающем из высокого запылённого окна, он увидел живое, веснушчатое лицо и тот самый искренний, незамутненный светский расчетами взгляд.

– Нет, – ответил он просто. – Я Гидеон… Эшфорд.

На лице конюха мелькнуло лёгкое, неловкое замешательство, быстро сменившееся почтительной сдержанностью. «Новый маркиз». Это знание витало в воздухе последние недели, обрастая слухами.

– Прошу прощения, милорд, – сказал он. – Не узнал. Я Томас Харпер, конюх.

– Ничего страшного, Томас, – отозвался Гидеон, намеренно смягчая тон. – Я и сам ещё не всех запомнил.

Он повернулся обратно к лошади, и принялся снимать тяжёлое седло. Мышцы плеча горели тупым, знакомым огнём, но он не подавал вида.

– Прекрасный конь, милорд, – произнёс Томас после короткой паузы. Его голос вновь приобрёл оттенок живого интереса, пересилившего робость. Он почтительно кивнул на вороного жеребца. – Чистая арабская кровь видна с первого взгляда. И характер, должно быть, под стать – гордый, не каждого к себе подпустит.

– Это точно, – отозвался Гидеон, проводя ладонью по шее лошади, и на мгновение в его холодных глазах мелькнула тень улыбки.

– Вот этот мерин, – Томас обернулся и похлопал ладонью гнедого коня у своей стойки, – тоже нравом не подарок. Покусал уже пару грумов, пока те пытались его почистить. Но если найти к нему подход… если понять, что он не злой, а просто пугливый от природы и не доверяет незнакомцам… то лучшего, преданного друга не найти. Он умнее, – Томас на мгновение запнулся, но потом твёрдо закончил, – умнее и честнее некоторых людей.

Разговор о лошадях, простой и лишённый подтекста, оказался неожиданной отдушиной. Томас оказался знающим и страстным в своём деле, его глаза загорались, когда он рассказывал о случае, когда выходил жеребёнка с больными суставами. Гидеон слушал, задавая короткие, точные вопросы, и на какое-то время тягостная сцена с Арабеллой, давящие, оценивающие взгляды гостей – всё это отступило, растворилось в тёплом запахе сена и спокойном ржании. «Славный парень, – мелькнула у Гидеона мысль. – Говорит то, что думает. И любит своё дело. Таких здесь мало».

– Спасибо за беседу, Томас, – сказал Гидеон, уже закончив с конём и взяв свою трость. – Приятно встретить человека, который любит своё дело. Вам уже выделили жильё? Где вы остановились?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.